Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Я посмотрел прямо в глаза Исабелле и добавил:

- Вы можете, конечно, мне это запретить, можете применить силу… Вы много чего можете! Но, знайте, вам придётся меня убить, чтобы не допустить того, что я решил сделать. Другие способы бесполезны. Прощайте!

- Кляк! – раздался яростный голос Колдуна, – Кляк, ты…

- Нет, – внезапно перебила его Исабелла, – Пусть летит! Ты, что, Родомир, не видишь, в каком он состоянии?! Пусть летит! Я разрешаю.

В принципе, плевать мне было, разрешает она или нет. Я понял одно: без Эли мне жизни нет. Я и раньше так думал, а сегодня убедился в этом окончательно. Жаль, только, что целых два сильнейших артефакта на это ушли, чтобы убедиться в очевидном. Даже три, если считать меч и кинжал врозь. Я уже убедился, что меч отдал все свои силы своему младшему родственнику. Теперь неизвестно, сможет ли он восстановиться.

Я коротко поклонился Хранителям и исчез. В смысле, исчез из пещеры, и перенёсся на границу лесного эльфийского посёлка.

Как давно я здесь был! И, кажется, ничего не изменилось. Так же петляет тропинка, совершенно невинно углубляясь в зелёную рощу, так же выделяется эльфийская роща необычной, совершенно круглой формой и яркой, изумрудной зеленью. Так же, неизвестно отчего, стеснилось сердце, предчувствием опасности. Только теперь я чувствовал скрытые взгляды, направленные на меня. Всей кожей чувствовал. Мог даже сказать, сколько их, взглядов. Двое. В смысле, две эльфийки разглядывали меня сквозь завесу листвы, думая, что они незаметны. Ха! Лучше тренироваться надо, девочки!

Эпизод третий-2

Я шагнул вперёд и сразу же тонко пропела тетива. Вжикнуло возле уха. И сразу же завжикало с удивительной быстротой. Буквально, пара секунд – и не менее сорока стрел пролетели мимо меня. Я не обращал на них внимания. Я применил редкое заклинание рассеивания и все, угрожающие мне предметы, сами отворачивали от меня в стороны. Почему редкое? Потому, что там серьёзное ограничение по весу, и, кроме того, оно не создаёт психологического давления на противника так, как щит. Был бы щит – стрелы бы ломались или даже сгорали передо мной. Подлый вражина, увидев это, должен убояться и сломаться духом. А так, пролетела стрела мимо, может сам промахнулся? Нет психологического прессинга.

Только в данном случае мы все трое понимали: эльф промахнуться не может. Вот, не может, и всё! Поэтому, прессинг был, да ещё какой!

- Эй, ты кто такой? – раздался встревоженный голос из кустов. Я бы даже сказал, крайне встревоженный голос. Чуть ли не панический.

Нет, вот сами скажите, разве не должно быть всё наоборот? У людей сначала спрашивают, а потом стреляют. А у эльфов, как всегда, шиворот-навыворот.

- И вам доброго дня госпожа Жилниессетта фюр Талваччи! – жизнерадостно ответил я, помахивая рукой в знак приветствия.

Ещё несколько лет назад я пролистал любопытную книжку об эльфийских родах, гербах, цветах и родственных связях. Я был уверен, что мне это понадобится. Я же не собирался отрывать Элю от её подруг, от родственников, от эльфийской общины. От корней. Если, конечно, сама этого не захочет. Но, я знал, что эльфов с малолетства воспитывают так, что – не захочет. Вот, взять хотя бы эльфийских отверженных, гиаварри. Казалось бы, если тебе так плохо в эльфийском селении – уходи, ведь никто не держит. Поселись где-нибудь среди людей или, там, гномов. Не нравится – создай своё, новое селение из одних гиаварри. И живите, как душа пожелает! Так, ведь, нет! Нет! Будут мучиться, страдать, могут руки на себя наложить от безысходности, но от эльфийского селения ни шагу не сделают. Потому, что так с молоком матери впитали, так их с детских лет учили. Одно слово – эльфы!

- Ты меня знаешь?! – поразилась эльфийка и грациозно спрыгнула с дерева.

В руке лук, за спиной пустой колчан. Всё правильно, если бы в колчане были бы стрелы, не было бы разговора. Кончились стрелы, можно и поговорить. Впрочем… у госпожи Жилниессеты на поясе ещё два кинжала и из-за голенища сапога торчит ручка ножа. Так что разговор может прерваться в любой миг. Есть у меня одна знакомая, отменно ножи метать умеет. В том числе и в меня.

- Лично не знаком, – признался я, – однако, у вас на колчане изображение оленя на фоне берёзы, и сам колчан сине-голубой расцветки. Трудно не догадаться. Впрочем, вы могли меня видеть здесь… э-э-э… лет семь тому назад.

Эльфика прищурилась. У эльфов великолепная память. Хуже, конечно, чем у магов и колдунов, но всё равно, великолепная. Поэтому и добрые и злые дела они помнят не годами – столетиями. Я ждал.

- Так ты… – ахнула, вдруг, эльфийка, припоминая, – Так ты… это… сексуальная игрушка Эльги фюр Алагавы?!

Нет, ну что за беспардонность! Как они меня достали! Нет бы, сказать, любимый человек, или, там, предмет нежной страсти. Нет! Сексуальная игрушка! Тьфу! Похоже мне у эльфов от этого клейма вовек не отмыться!

- Почему Эльги? – спросил я, – Насколько я помню, её звали Эльвиенеррой.

- Ну, да, – согласилась эльфийка, – До родов была Эльвиенеррой, после родов стала Эльгой. Сменила девичье имя на полное родовое.

Я подумал, что это весьма интересно. До смены имени я звал её Элей и теперь можно звать Элей. Или, всё же, Эльгой? Да, какая разница? Буду звать её так, как ей самой будет приятно.

- Я рад, что вы вспомнили меня, благородная госпожа, – улыбнулся я эльфийке, – Надеюсь, теперь вы не будете осыпать меня стрелами почём зря! Всё равно, бесполезно!

- Ну… может и не буду, – призналась Жилниессетта, слегка растерявшись, – Только мне непонятно, зачем ты к нам припёрся?!

Меня разговор стал слегка раздражать. Глаза непроизвольно сузились. Признаться, не в том я был настроении, чтобы любезничать. Меня, с полчаса назад, чуть не сожгли!

- Я пришёл сюда потому, – отчеканил я каждое слово, – что я так захотел! И не тебе, кошка драная, мне указывать! И если ты, стерва, ещё раз посмеешь обратиться ко мне на «ты», то ты сдохнешь, немедленно! А, нет! Наоборот, медленно и страшно. Ясно? Я спрашиваю, тебе ясно?!

Видимо, эльфийка увидела в моих глазах, что я не блефую, а может, что-то почувствовала в голосе, потому, что непроизвольно попятилась.

-