Сага о кораблях - Энн Маккефри

– Ты чертовски прав, не поднимем! – прервала его Нансия. – Иди и найди себе корабль, который соответствует твоим моральным принципам, Калеб!

– Что ты имеешь в виду?

Чтобы успокоиться, Нансия прервалась на секунду, пересчитала все координаты Веганского подпространства в линейных мерах Старой Земли, а затем обратно. Путем множественных стандартных арифметических действий. В кодировке верхнего уровня. Нансия была на грани того, чтобы оскорбить Калеба самым изощренным способом. Но она все же не настолько разозлилась, чтобы действительно это сделать. Тот неопытный умный корабль, который пять лет назад заключил партнерство с Калебом, принял бы его самодовольную нотацию так же послушно, как если бы пилот излагал устав курьерской службы. Это не вина Калеба, не вина Нансии: она просто переросла его узкий черно-белый взгляд на мир. Фористер научил ее ценить оттенки серого и воспринимать их. И теперь Нансия чувствовала, что ее «мускулом» является скорее невысокий, полноватый, пожилой дипломат, нежели молодой человек, сопровождавший ее в первых ее полетах, – что ж, нельзя же заставлять Калеба страдать из-за этого.

Ее перегретые контуры остыли, жужжание в ушах стихло. Нансия успокоилась, просчитав простые, неизменные уравнения.

– Ничего не выйдет, Калеб, – произнесла она наконец. – Ты можешь простить меня, но прошлое все равно будет стоять между нами. Тебе лучше найти другой корабль, тот, который никогда не предаст твои идеалы.

«Предпочтительно такой, что получил патент не более десяти минут назад».

– Что касается меня… – Нансия вздохнула, – горечь прибавляет мудрости.

«Это, по крайней мере, правда».

– Я полагаю, наиболее правильным будет подать запрос в Центр, чтобы мое временное партнерство с Фористером стало постоянным или же чтобы мне позволили подыскать другого «мускула», если Фористер решит уйти.

«Пожалуйста, пожалуйста, пусть он этого не сделает!»

– Ну… – По крайней мере речевые импульсы Калеба временно оказались подавлены. – Если ты действительно так считаешь…

– Да, – ответила Нансия и твердо добавила: – Я заплачу штраф за запрос о новом назначении для «мускула». Будет нечестно возлагать на тебя хотя бы часть этой ответственности.

Однако она была слегка разочарована, увидев, как быстро Калеб согласился на это предложение…

Когда несколько недель спустя Нансия приземлилась на Центральной Базе, суд над Ньотской Пятеркой, как окрестили новостники первых пассажиров Нансии, все еще был в разгаре.

Одинокое путешествие в Центральное подпространство, без пилота или пассажиров, которые отвлекали бы ее, дало Нансии много времени на раздумья… возможно, слишком много. У нее не было возможности узнать, как продвигается судебный процесс или как суд отреагировал на представленные ему показания: из уважения к чувствам Высших семей репортеров не допускали в зал суда, и потому новостникам оставалось только пережевывать слухи. Нансия даже не знала, захочет ли суд вызвать ее на перекрестный допрос для подтверждения показаний, записанных ею на инфокристалл. Ну что ж, если они пожелают, она к их услугам. Все равно Нансия не получит нового назначения, пока Фористер не будет освобожден от обязанностей свидетеля и не вернется на должность ее «мускула». Если, конечно, он по-прежнему хочет этого, после того как прослушал, что было на том кристалле… и чего там не было.

Однако на размышления Нансии уже не хватило времени – едва она коснулась посадочной площадки на Центральной Базе, как получила сообщение о визите посетителя.

– Перес и-де Грас запрашивает разрешение подняться на борт, – заранее предупредил ее управляющий «мозг» Центральной Базы.

Это был приятный сюрприз! Последним известием, полученным Нансией от Фликса, был информационный пакет, присланный с Кайласа и содержащий по большей части изображения какого-то заштатного кафе, где Фликс получил работу синткоммиста. Должно быть, он уволился – или его уволили… Что ж, она не будет его об этом расспрашивать. Нансия открыла внешний люк и вывела на панорамные экраны в рубке изображения подарка, который она заготовила для своего непутевого братца.

– Фликс, как здорово, я и не знала, что ты… – радостно начала она, когда дверь открылась.

Фраза оборвалась слабым шипением из динамиков левого борта: Нансия увидела, что в проеме шлюза стоит подтянутый седовласый мужчина с холодными серыми глазами. Нансия поспешно смела с дисплеев новые, супердетализированные, с голографическими вставками изображения новой версии «Разбросанных» и заменила их уместными, в спокойных тонах, репродукциями картин Старых Мастеров.

– Насколько я знаю, – ответил на ее слова Хавьер Перес и-де Грас, – его здесь нет. Хотя теперь, когда я получил назначение на Центральный, твой братец наверняка найдет себе какую-нибудь отвратительную работу на этой планете, чтобы и дальше раздражать меня лицезрением того, как низко он пал.

– Ох! – Нансия никогда раньше не сопоставляла перемещения Фликса с одной планеты на другую и назначения, которые получал ее отец на дипломатической службе.

Теперь же она провела быстрое сканирование своих восстановленных банков памяти и обнаружила, что совпадений на удивление много. Об этом, пожалуй, стоит поговорить с Фликсом. Но обсуждать это сейчас с отцом Нансия не готова.

– Я не думаю, – осторожно сказала она, – что именно ради этого ты пришел навестить меня. В смысле, не для разговоров о карьере Фликса.

Отец хмыкнул:

– Я бы не назвал это карьерой. Вот ты, Нансия, девочка моя, действительно делаешь карьеру, и, судя по всем отчетам, на сегодня тебе это удается весьма неплохо. Возможно, несколько просчетов в суждениях, но ничего такого, чего не исправят опыт и взросление…

На этот раз Нансия знала, что означает прилив тепла, затопивший контуры ее верхней палубы, и красная пелена перед визуальными сенсорами. Несколько секунд она не решалась заговорить, боясь, что не сумеет контролировать голос. Она смотрела на отца и видела Калеба, а за ним, тенью, соткавшейся из ее воображения, маячил Фаул дель Парма-и-Поло. Вот еще один человек, который видит в ней всего лишь орудие, способное послужить его планам, и который явился лишь ради того, чтобы оценить, насколько хорошо она с этой задачей справилась. Они что, все такие?

– И какие именно ошибки в суждениях ты можешь назвать? – поинтересовалась Нансия, восстановив контроль над голосом.

Не то чтобы она совсем не сделала ошибок, на которые ей мог бы указать папа…

Но то, что он сказал, было последней вещью, которую Нансия ожидала услышать в данной ситуации.

– По крайней мере, задачу по их доставке на Центральные миры выполнил другой корабль, – произнес отец. – Но судя по тому, что я слышал на суде, ты была готова сама предложить свои услуги. Тебе не следует так принижать себя, Нансия. Перес и-де Грас не может быть использован в качестве тюремного корабля для транспортировки обычных преступников.

– Если ты не забыл, папа, – возразила Нансия, – «обычные преступники» – те самые люди, которых я доставляла в систему Ньота во время своего первого рейса… и разве ты не потянул тогда за ниточки, чтобы устроить мне именно