Сага о кораблях - Энн Маккефри

солгала ни об одном прегрешении Фассы; все свидетельства, приведенные в твоих показаниях, совершенно правдивы. Ты просто… уравновесила то, что не могла рассказать о ее трагическом детстве, тем, что ты умолчала о некоторых аспектах ее строительных работ на Шемали.

– Вы не будете презирать меня за это?

– Я сделал ровно то же самое, – напомнил Фористер, – при этом даже не зная о том, насколько тяжелым было детство Фассы.

– Значит… это не было неправильно?

– Теперь ты взрослая, Нансия. Ты можешь судить сама. Так что ты теперь думаешь? – спросил Фористер.

Нансия все еще размышляла об этом, когда они достигли первой точки сингулярности по пути, в конце которого ждала Тета Чентмари. Фористер и Микайя надежно пристегнулись к койкам в своих каютах, и Нансия без усилий заскользила по волнам расщепляющихся пространств. Пространство и время скручивались и перестраивались вокруг нее, и она выбирала путь между постоянно изменяющимися матрицами трансформаций. В течение нескольких секунд великолепного и опасного перехода Нансия скользила, танцевала и ныряла в своей стихии, принимая решения самостоятельно…

…как и на протяжении всей остальной своей карьеры.

Корабль, который искал[9]

(Совместно с Мерседес Лэки)

Роман

Глава 1

Когда Ипатия Кейд вынырнула из-под учебного шлема, первое, на что она обратила внимание, был мигающий на панели коммуникатора красный огонек. Не ровное мигание, означающее, что ее ждет записанное сообщение, и не тройные вспышки, сигнал, что мама или папа оставили ей записку, а двойные мигания с паузами между ними: значит, наверху, на орбите, кто-то ждет, пока она включит связь.

А раз наверху кто-то ждет, следовательно, прибыл корабль – вне расписания: его-то Тия знала назубок, – то есть ответить надо срочно, одеваться и бежать разыскивать родителей некогда. Однако же это не ЧП – иначе бы Сократ прервал ее урок.

Тия протерла глаза, чтобы избавиться от пляшущих переменных, и подвинула табурет к панели комма, чтобы иметь возможность, встав на него, дотянуться до всех кнопок. С кресла она, разумеется, ни до чего не дотягивалась. С проворством и деловитостью, которым могли бы позавидовать иные люди втрое старше, она очистила экран, сдвинула переключатель и открыла канал.

– Исследовательская группа Эс-один-два-один! – произнесла она очень отчетливо: микрофон был старый, и слова, произнесенные недостаточно внятно, он просто глотал. – Исследовательская группа Эс-один-два-один слушает! Говорите, пожалуйста! Прием.

Тия нервно отсчитывала четырехсекундную задержку на прохождение сигнала до орбиты и обратно. «Один-гипотенуза, два-гипотенуза, три-гипотенуза, четыре-гипотенуза… Кто бы это мог быть?» Корабли вне расписания прибывали очень редко и чаще всего приносили плохие новости. Космические пираты, эпидемии, работорговцы. Проблемы с какими-то колонизированными планетами. Или, еще того хуже, – появление грабителей, охотящихся за артефактами. Такая крошечная археологическая база, как у них, была слишком уязвима для внезапного налета. Разумеется, при раскопках поселений саломон-кильдерской культуры редко попадалось что-то, чем интересуются коллекционеры, но вдруг грабители этого не знают? На случай, если они вдруг появятся, а Тия будет одна, у семилетней девочки имелись четкие инструкции: нырять в потайной тоннель, активация которого спустит купол, и бежать в маленькое темное укрытие в стороне от раскопа. Убежище было первым, что папа с мамой оборудовали после купола…

– Говорит курьер Ти-Эм-три-семь-зеро. Тия, милая, это ты? Не волнуйся, солнышко, у нас просто не слишком срочное сообщение, а вы у нас по дороге, так что мы привезли вашу почту раньше обычного. Прием.

Густое, звучное контральто звучало довольно невыразительно из-за плохого динамика, но все равно голос был знакомым и приятным. Тия возбужденно запрыгала на табуретке.

– Мойра! Да-да, это я! Но…

Тия слегка нахмурилась. В последний раз, когда Мойра была здесь, первая буква ее индекса была не Т!

– Мойра, а что случилось с Чарли?

Ее голосок приобрел несколько язвительные интонации человека куда более взрослого.

– Мойра, ты что, выставила еще одного «мускула»? Как тебе не стыдно! Вспомни, что тебе говорили, когда ты выкинула Ари из шлюза! Э-э… Прием!

Четыре секунды – целая вечность.

– Я его вовсе не выставила, милая, – ответила Мойра, хотя Тии показалось, что ее голос звучит немного виновато. – Он просто решил жениться, завести свое собственное потомство и осесть где-нибудь в грязи, на планете. Не волнуйся, это последний раз, я в этом уверена. Мы с Томасом прекрасно нашли общий язык. Прием.

– Ну да, про Чарли ты говорила то же самое! – мрачно напомнила ей Тия. – И про Ари, и про Лилиан, и про Джулза, и…

Она все еще перечисляла имена, когда Мойра перебила ее:

– Тия, милая, включи, пожалуйста, посадочный маячок! Мы можем поговорить и после, когда я не буду жечь топливо в орбитальных двигателях. Ее голос сделался немного лукавым: – К тому же я привезла тебе подарочек на день рождения! Вот почему я просто не могла не остановиться здесь. Прием.

Можно подумать, подарочек на день рождения помешает Тии продолжить перечислять неудачные попытки Мойры обзавестись «мускулом». Так у капсульников, «мозгов», пилотирующих космические корабли, а еще точнее, и являющихся этими кораблями, было принято называть напарников.

Ну… разве что ненадолго!

Тия включила посадочный маячок, а затем, не без самодовольства, активировала и все прочие системы посадочной сигнализации: зажгла огни на посадочной площадке, указатели, сообщила Сократу, что он должен связаться с навигационной системой курьерского корабля. Когда Мойра была здесь в прошлый раз, Тия ничего этого делать еще не умела, и Мойре пришлось садиться практически вслепую.

Девочка подалась вперед, чтобы дотянуться до микрофона.

– Мойра, для посадки все готово! А… а что ты мне привезла, а? Прием.

– Ах ты ж, моя умничка! – радостно воскликнула Мойра. – Всю систему активировала! Да, ты многому научилась с тех пор, как я побывала у вас в последний раз! Спасибо, милая. А что я тебе привезла, ты узнаешь, когда я сяду. Конец связи.

Ну и ладно. Надо же было попробовать! Тия спрыгнула с табуретки, предоставив заниматься посадкой искусственному интеллекту, который управлял всем домом и внешними системами базы тоже. Или, точнее, приказав Сократу дать кораблю всю информацию, в которой Мойра нуждалась, чтобы совершить посадку. Мойра никогда никому не передавала управление корабельными системами, если без этого можно было обойтись. Отчасти поэтому у нее и возникали постоянные проблемы с пилотами. Она не доверяла им управление и не стеснялась сообщать об этом. Ари, к примеру, эта ее манера крайне раздражала, и кончилось тем, что он попытался отключить Мойру от системы управления кораблем, чтобы доказать, что он способен «рулить» не хуже ее.

Теперь следующий шаг: надо ли одеться и сходить за мамой и папой? Пытаться дозвониться до них по комму бесполезно: они почти наверняка отключили динамики. Хотя, конечно, делать этого не положено. Но ведь дело-то несрочное – они наверняка рассердятся, если Тия помешает им работать, а потом выяснится, что причина всего-навсего во внеплановом визите курьерского корабля, даже если это не кто-нибудь, а Мойра. А если