Падение клана Шэ. Том 1 - Ло Ян

– Сестрица! Ты не понимаешь! Я не за него волнуюсь, а за тебя. Мой старший брат, он… Он не такой как все, понимаешь?

Как же такое объяснить…

– Мне кажется, он… В общем, в нашей деревне есть кузнец, который не ладит с женой, и… Они с братцем выпивают вместе и ходят охотиться.

Нет, так совсем непонятно!

Но сестрица задумчиво кивнула.

– Понимаю. Он предупредил меня о том, что женщины ему не интересны.

А. Вот как это можно было назвать.

Шэ Юэ нахмурилась.

– Но как он мог тебе такое сказать?! Вы… Вы правда решили пожениться?! Так быстро?! И… Ты принцесса, а он просто…

– Сестрица Юэ, – тихо, но твëрдо прервала еë сестрица Янмэй. – Я одна в этом мире, в чужом краю. У меня нет ни родни, ни отца, ни мужа. Я живу здесь милостью чужого правителя, но как долго продлится эта милость? В конце концов я снова стану лишь камнем на доске в игре власть имущих. К тому же… Мне всегда хотелось семью, а ты рассказывала о своей с такой любовью…

Она вдруг встала на колени, как Янь-янь недавно.

– Прошу, сестрица Юэ! Не осуждай меня! Прими как младшую сестру, больше я ни о чëм не прошу!

Шэ Юэ не выдержала, упала на колени рядом с ней.

– Как я могу тебя не принять! Мы столько пережили вместе! И… мы всегда боялись, что жена у Цзюэ будет противная и нас возненавидит! Такое счастье, что у нас появилась ты!

Сестрица Янмэй быстро утëрла глаза.

– Сестрица Юэ, милая! Обещаю никогда тебя не возненавидеть! – прошептала она. – А ты… ты замолвишь за меня словечко перед своей матушкой?

– Конечно! – Шэ Юэ не выдержала и крепко обняла еë. – Матушка только о такой дочери и мечтает! И твоему мужу я велю, чтобы он был добр с тобой!

Сестрица неловко обняла еë в ответ, и вот так, обнимаясь, они уговорились и о свадьбе, и о нарядах, и о том, что надо будет как-то уговорить Цзюэ на ребëночка. Обе они, впрочем, не очень ясно себе представляли, как это сделать. Шэ Юэ, вспомнив медицинские книги, начала было рассуждать, может ли в семени такого странного мужчины быть достаточно ци для зачатия, но сестрица зажала уши и объявила, что не хочет о таком даже слышать.

Шэ Юэ некстати подумала вдруг про А-Юаня, вспомнила его смущëнное, но довольное, сияющее лицо, белёсые капли на своëм животе.

А-Юань… в нëм столько было янской горячей ци, что он бы точно смог…

Но А-Юань словно в воду канул.

«Ему некогда», – вот и всё, что сказал Лю Хэ.

* * *

Только у болтуна Хуаня да дядюшки Бая находилось для неë время. Но болтун Хуань больше рассказывал о том, как судят Бай Лици, да о том, как со всей столицы собирают собак для развеивания южного колдовства. Он сам от нечего делать то помогал ловить бродячих псов, то тренировал новобранцев вместе с Лю Хэ. Про А-Юаня же больше молчал, говорил только, что тот обивает пороги важных чинуш, убеждая дать побольше серебра, а те, испуганные новостями с юга, ничего ему не дают, говоря, что земли потеряны и нужно переносить гарнизон в глубь страны.

«У малыша Юаня аж глаза кровью наливаются, когда он такое слышит», – усмехался болтун Хуань. А Шэ Юэ всë боялась задать ему тот самый вопрос…

«Его ведь не сослали?»

Нет, тогда ему не дали бы солдат. Значит, всë же дело в срочности. Он и так задержался здесь из-за клана Шэ, из-за Агатовой горы. А теперь всë стало как прежде.

Она решила научиться ждать. Если она хочет стать женой воина, нужно выучиться ждать его из походов, ведь так будет всегда. Но всë меньше было надежды на то, что император смягчится и забудет свой запрет. С чего бы ему? Никто не устраивал праздников в честь поимки советника Бая. По слухам, всех переписчиков и чтецов спасли, всех полудемонов казнили. Сожгли библиотеку. Замуровали подземные ходы. Цзян Сюэляна судили, и все свидетельствовали против него: и братец Цзюэ, и дядюшка Бай, и болтун Хуань, и А-Юань.

Наследный принц возмущался, клялся, что ничего не знал. Завистливые придворные выдумывали разные небылицы, только бы закопать врага ещë глубже. Даже сестрице Янмэй дали слово.

Цзян Сюэлян не слишком и отпирался. Улыбался, соглашался со всем, а под конец и вовсе заскучал. Ни тени раскаяния на его лице заметно не было.

– Он знает, что ничего ему не сделают, – мрачно объяснял болтун Хуань. – Можно его четвертовать и разбросать куски, да только всë равно эта тварь будет жива. Закопай его башку – и через сто лет она будет с полным ртом земли над нами смеяться. Пока кто-нибудь ушлый его не выкопает. Поэтому бросят его в подвал и забудут. Понадеются на потомков.

– Можно ведь сунуть в сундук и выбросить в море, тогда никто его не найдëт, – предложила Шэ Юэ. Ей показалось странным, что мудрый император и советники не подумали о таком простом выходе.

Болтун Хуань взглянул на неë долгим, проницательным взглядом.

– А ты, малышка, не промах. Это бы его навеки заткнуло. Возможно. Да только на самом деле никто этого не хочет, уж слишком полезный колдун, такими не разбрасываются.

Больше он ничего не прибавил, а Шэ Юэ и не стала спрашивать. По спине у неë и так пробежал неприятный холодок. Столько людей, столько подземных ходов, целый город, и никто не знал… даже император не знал…

Разве такое возможно?

В конце концов она набралась храбрости и тихо-тихо, на ухо, спросила об этом дядюшку Бая.

Братец Цзюэ уже на пятый день был здоров и бодр, как всегда, хоть и бледен, а вот дядюшка Бай оказался прикован к постели. Его незаурядный случай император решил остроумно: велел ему в качестве наказания лечь под нож императорского лекаря. Лекарь испробовал новый способ лечения переломов, и потому раздробил неправильно сросшиеся кости дядюшки Бая снова и собрал их одному Небу известным способом. Шэ Юэ даже подумать о таком было страшно, но дядюшка Бай приободрился и даже написал оду, славящую милость его величества. Хоть и непонятно было, сможет ли он ходить.

– Едемте с нами, дядюшка Бай, – попросила его как-то Шэ Юэ, когда они с сестрицей пришли его проведать. – У нас прекрасное поместье и большая библиотека, и… теперь мы наберëм много учеников, нужно, чтобы кто-то их учил.

– Премного благодарен, барышня Шэ, но, боюсь, ваша школа – даосского толка, я же – приверженец учителя Куна. Разве