Странник и его спутники - Алексей Вячеславович Зубков

С другой стороны, риски морского путешествия не стоит преувеличивать. Грузооборот морских портов на это явно указывает. И моряки не так уж боятся Моря и Неба, и купцы, и инвесторы.

Хотя… Если в ту сторону удастся проскочить до того, как море покроется льдом, то обратно-то как? Сидеть на Закатном Севере до весны и всю зиму кормить за свой счет команду корабля по ценам голодного севера? Чтобы потом скрипеть зубами, когда кто-то другой займет то место в армии Восходного Юга, которое должен был занять полковник Весмон? Или все-таки рвануть обратно по снегу через Пустоши? Тогда зачем избегать маршрута через Пустоши по пути туда?

Все-таки, Кааппе правильно просчитала, что маршрут проляжет через Пустоши. Хотя это и не маршрут мечты, но остальные варианты еще хуже.

— Корбо, что зимой происходит в Пустошах? — строго вопросил граф.

— Скука смертельная, господин, — без запинки ответил Корбо, — Одно хорошо, летние твари зимой спят. Слизни и шершни уже сейчас должны залечь в спячку. Серые Тени уходят в подземелья. Подземные твари зимой крайне редко вылезают наружу…

— Но вылезают.

— Но редко. Если нам не нужно, как смоляным, обязательно добить тварь и разделать, то достаточно отпугнуть.

Смоляными называли охотников за магическими тварями и артефактами старой цивилизации. Потому что магический светильник вещь дорогая и редкая, и отчаянные парни лезли в неведомые глубины главным образом при свете смоляных факелов.

— Алхимический, даже не магический, фальшфейер отлично с этим справляется, — продолжил Корбо, — Господин маг нам фальшфейеров не привез, здраво рассудил, что и здесь купим. Для тыдр люди и лошади не главная еда, они могут только для развлечения прийти и укусить. Выползни зимой почти все время спят…

— Почти?

— Если разбудить, то проснется. Сон у них чуткий, и просыпаются они быстро. Если еда рядом, то выползню совершенно не лень быстренько сбегать на перекус.

— Есть специфическая зимняя фауна, которая не дремлет?

— Есть. Но она не массовая, потому что зимой в Пустошах жрать нечего. Наиболее частые зимние хищники ходят за табунами диких лошадей. Еще, конечно, встречаются откровенно магические твари, которые тихо лежат под снегом и просыпаются, когда кто-то проходит мимо.

— Как выползни?

— И выползни тоже. Выползень большой, сильный и на рану стойкий.

— Стойкий как тыдра?

— По-другому. Тыдра уязвима и восстанавливается. Выползень не восстанавливается, но его уязвить сложнее.

— Еще сложнее?

— Ох, господин… — Корбо покрутил головой, — При равном размере тыдра конечно более опасна чем выползень. Но выползни обычно намного больше тыдр.

— Чем их бьют смоляные?

— Убегают по возможности. Если же припрет, оружие даже не достают. Бьют алхимическими и магическими заготовками. Еще ловушки копают. Выползень из ямы с вертикальными стенками нипочем не выберется.

— Ладно. Наймем Сантели. Если он там как-то живет, значит, с местной живностью справляется. Как нам дойти до Сантели?

— Самый безопасный проход зимой — «проход Тудука» через горы на севере. Чем дальше на север, тем менее ломаные горы. Есть место, где подвижные камни заваливает снегом до неподвижности, и там можно перелезть через горы. Зима там начинается раньше, чем в долине Сузы. Пока соберемся, пока дойдем, так уже и проход будет готов.

— Ты знаешь, где это?

— Нет, но весной мы поймали проводника и посадили под замок в вашем замке. Должен быть жив-здоров.

Непорядок, — сердито решил Адемар. И бесхозяйственность. Оказывается, кто-то несколько месяцев сидит в более-менее приличных условиях, ест, пьет и греется за графский счет, а пользы не приносит. И дальше объедал бы Весмонов, не вспомни про него Корбо.

— Лошади пройдут? — спросил Адемар.

— Нет. После прохода встаем на лыжи и идем к Тудуку. У него берем лошадей и идем к Сантели.

— Он даст лошадей?

— Вы ему после зачистки городов баб отправили. С вашей подачи Сантели с Тудуком начал работать. И мы с собой ещё что-то нужное принесем. Думаю, даст. Он же не совсем тупой. С вами-то лучше, чем против вас.

— Залив Пустошей не замерзает на зиму. Но Сантели на Северо-Запад не пойдет, потому что у него не очень легальный корабль, ранее приписанный к порту на западном побережье Ойкумены, — вспомнил Адемар.

«Не очень легальный корабль» поначалу мог ходить только в Архипелаг, где судовые документы не спрашивали. В прошлом году Адемар договорился, чтобы Сантели принимали в Любече. Но бумага вида «Этот краденый корабль обслуживает интересы семьи Весмон» даже в Гравайоне вызвала бы некоторое непонимание, не говоря уже о Каденате.

— Да, господин, — согласился Корбо, — И южное побережье Залива очень каменистое. Под снегом только ноги ломать лошадям. Летом еще можно проехать, зная дорогу. Южнее побережья дороги нет, там небольшая полоса плохо проходимого леса между каменными неудобьями и большим болотом. Говорят, что бывают зимы, когда болота замерзают, и там хоть галопом скачи. Но мы через болото не пойдем. Сантели может довезти нас на корабле в юго-западный угол залива. Там Порт, и оттуда есть дорога во Врата.

— Наконец-то цивилизация.

— Севернее Порта по побережью замок Майнхард, у него своя пристань. Замок место дрянное и опасное. Там живут культисты-демонопоклонники. С одной стороны, порядочному человеку с такими договариваться как бы и не принято. С другой стороны, в Пустошах порядочных людей раз-два и обчелся. В окрестностях Майнхарда рабы добывают серу, а сера и в Пустошах нужна, и даже в нормальном мире. У культистов точно есть как минимум один достаточно легальный для Закатного Севера корабль. С ними можно договориться, но это будет дорого. Они с одной стороны поганые сектанты, с другой все-таки торговцы и золото любят как бы не больше, чем этих своих демонов.

— Их капитан сможет обогнуть нелюбимый моряками мыс Трвин-и-Гогледд, пока не закрылась навигация?

— Проливы замерзают только на востоке. На западе корабли могут ходить в Залив Пустошей хоть всю зиму. Южное теплое течение доходит примерно до мыса Трвин-и-Гогледд и где-то к северо-западу от него разворачивается против солнца. Благодаря течению даже зимой с западной стороны сохраняется морской путь в Залив Пустошей. Серу из Майнхарда возят этим путем, а не пешком через каньон. Думаю, их корабль ходит там как у себя дома.

— Выход из залива на восток еще опаснее?

Адемар вспомнил письмо от Клавель. Успеет ли она обойти