Сага о кораблях - Энн Маккефри

И теперь суровый голубой медвежонок в рубашонке с эмблемой курьерской службы воцарился в рубке, точно некий молчаливый наблюдатель. Неизвестно, что подумают о нем будущие «мускулы». Ну и фиг с ними: пусть думают, что это такая странная голограмма. А кстати: ведь к ней скоро должны прийти кандидаты в напарники! «Вот и посмотрим, как они отнесутся к Теду».

Тия вернулась к статьям, мимоходом проводя статистический анализ и оставляя перекрестные ссылки на все, что казалось ей любопытным. Кое-какие наблюдения действительно представлялись весьма значимыми. Например, истощенные месторождения определенных минералов вблизи мест обитания эскайцев или удивительное сходство чередования сезонов и периодов обращения планет и планетоидов, на которых они селились. То есть насколько у планет марсианского типа вообще могут быть сезоны. Но периоды обращения, совпадающие с разницей в пределах часа… Интересно. Неужели они настолько зависели от естественного солнечного освещения? Если так подумать – да, расстояние от солнца у всех планет тоже примерно совпадает. И все это звезды солнечного типа…

Тия переключила внимание на последние исследования своих родителей, предоставив информации об эскайцах пока что перевариваться у нее в сознании. Пота с Брэддоном были Шлиманами современной археологии, но славу им принесли не эскайцы. После того как Тия заболела, они так и не смогли заставить себя вернуться на место прежних раскопок и вообще к исследованию эскайской культуры – и институтское начальство в кои-то веки повело себя по-человечески, а не как искусственный интеллект с компьютерным чипом вместо сердца. Им пошли навстречу. Пота с Брэддоном получили новое назначение – на планету с нормальной атмосферой и богатой вулканической деятельностью, бо́льшая часть поверхности которой была покрыта океаном, а на тысячах мелких островков обитали разумные существа, ведущие кочевой образ жизни, – короче, полная противоположность эскайским планетам.

И именно здесь они совершили свое открытие. Изучив туземные легенды о царе, который впервые решился бросить вызов богам, они повторили знаменитое открытие Шлимана, нашедшего останки легендарной Трои: им удалось обнаружить целый город, погребенный под потоками лавы. И притом идеально сохранившийся. Для этого мира и этого народа был открыт аналог Атлантиды и Помпей, вместе взятых: жители погребенного города владели технологиями бронзового века, в то время как современные разумные существа все еще использовали орудия из кремня, обсидиана и раковин и обитали в крошечных деревеньках, насчитывавших не более двух сотен жителей. И в то время как современные туземцы были амфибиями, проводившими большую часть времени в воде, эти древние существа почти всю свою жизнь проводили на суше…

Открытие принесло Поте и Брэддону вселенскую славу. Работы в городе должно было хватить полусотне археологов на сотню лет. Та-хианна сделались главным делом их жизни, и они теперь почти не покидали планету. Они даже устроили себе постоянное жилище на чем-то вроде модернизированного корабля.

Тии было приятно читать их работы – и личные соображения, которые они ей присылали вместе с сообщениями о кое-каких находках, пока еще не описанных в научных журналах. И все же та-хианна не настолько будоражили ее воображение, как таинственные эскайцы.

Дело было не только в археологии. Годы тщательного анализа малейших подробностей и нюансов тех жутких недель заставили ее прийти к выводу, что то, что произошло с ней, может в любой момент произойти и с другим неосторожным археологом или даже с другим ребенком.

И для того чтобы получить всю нужную информацию, для того чтобы трагедия не повторилась, нужно найти родную планету эскайцев.

А Тия твердо намеревалась сделать все от нее зависящее, чтобы беда не повторилась никогда. Ведь следующему, кто заразится этой болезнью, может повезти куда меньше. Если заболеет взрослый или даже ребенок, но, к несчастью, менее интеллектуальный и гибкий, чем сама Тия, он будет обречен на жалкое существование в четырех стенах, прикованный к робокреслу…

– Икс-И-один-зеро-три-три, вас ждут подобранные для вас кандидаты в «мускулы», – сказал Ценком, прервав ее мрачные размышления. – Вы ведь выберете одного из них? – устало добавил оператор.

– Еще не знаю, – невозмутимо ответила Тия. – Сперва мне нужно с ними побеседовать.

Первую партию кандидатов она отвергла начисто, всех до единого. Ценком явно считал, что она выпендривается, строит из себя примадонну. Тия же полагала, что она всего-навсего осмотрительна. В конце концов, поскольку она была официально приписана к Институту археологии для спецзаданий, она получила именно то, на что рассчитывала: корабль, оборудованный варп-двигателем. Такие корабли, последнее слово техники, стоили колоссальных денег, и, разумеется, сам институт не мог себе позволить просто нанять ее. А значит, ей, как и Мойре, придется проводить очень много времени в полете. И, в отличие от Мойры, она не собиралась менять «мускулов» как перчатки, когда штрафы чуть не удваивают сумму долга.

Все то время, что она будет проводить в полете, ей придется общаться только с «мускулом». Понятное дело, Тия хотела, чтобы ее будущий напарник был в первую очередь умным. Как минимум не менее умным, чем Томас и Чарли. Она хотела иметь дело с человеком, который будет не против ее маленьких личных экспедиций, совершаемых параллельно с официальными полетами, и будет относиться к ним так же серьезно, как к официальным заданиям. И пожалуй, Тия предпочла бы иметь дело с мужчиной, хотя она не отвергла еще ни одного из предложенных «мускулов» только на том основании, что это были женщины.

Но прежде всего она хотела найти кого-то, кто хорошо относился бы к ней лично; кого-то, кто станет настоящим товарищем во всех смыслах. Кого-то, кто по доброй воле проводил бы время с ней, хотя мог бы заняться чем-то другим; подлинного друга, такого, как Кенни, Анна, Мойра, Ларс.

И чтобы он был личностью. Два кандидата из предыдущей партии – обе женщины – оказались примерно такими же яркими личностями, как сырое тесто.

Быть может, другой «мозг» это бы и устроило – «мозг», который предпочитает, чтобы обычные люди не тревожили его иначе как по делу. Но Тия хотела летать с напарником, с которым есть о чем поговорить! В конце концов, она ведь и сама когда-то была обычным человеком.

– Кто первый? – спросила она у Ценкома, спуская лифт, чтобы человек мог подняться на борт, не карабкаясь по трапу.

– Доннинг Чань и-Нархан, – ответил Ценком после небольшой паузы. – Окончил академию с отличием.

Пока Доннинг пересекал асфальтовое поле космодрома, направляясь к ее стартовому столу, Тия просматривала полученные данные. Да, действительно, окончил с отличием, но не суперотличником. Как и она сама: входил в первую десятку в своем классе, но не лучший из сотни. Очень хорош собой, если верить голографическому портрету: волнистые белокурые волосы, ярко-голубые глаза, точеное лицо