Охотники за привидениями, Ленинград - Сергей Вариченко

— Бесполезно, — констатировал профессор. — Они не дают материализоваться в нашем мире. Только когда канал полностью открыт.

Вместо ответа из сгустка вылетела третья волна — резкая, узкая, направленная. Она ударила в генератор. Иридиевая плита треснула, из неё повалил дым. Прибор зашипел и умер.

— Всё, — сказал Градов. — Отходим.

Глеб схватил профессора за шиворот, Дима — Константина, и они бросились к выходу. За спиной сгусток вздулся до невероятных размеров, заняв почти ползала. И в нём, на секунду, Глеб увидел лица. Не одно, а десятки. Разные: мужские, женские, детские. Все с одинаковым выражением — ужас и надежда.

А потом дверь за ними захлопнулась сама собой.

Они выскочили в служебный коридор, пробежали мимо остолбеневшего сторожа-узбека, вылетели на улицу, в машину. Глеб завёл двигатель с пол-оборота и погнал прочь от дворца, даже не включив фары.

— Тормози, — сказал Константин. — Тормози, Глеб. Нас никто не преследует.

— Откуда знаешь?

— Я бы почувствовал.

Глеб сбросил скорость, включил ближний свет. Молчание длилось минуту, другую.

— Генератор убит, — подвёл итог профессор. — Иридиевая плита треснула, контуры выгорели. Нужен новый, с нуля. А деталей больше нет.

— Есть, — сказал Дима, глядя в окно. — На том же объекте, под Можайским. В другой комнате. Я видел ящики с маркировкой «Иридий-спец». Мы тогда не все забрали.

— Успеем? — спросил Глеб.

— Две недели, — напомнил Константин. — Должны успеть.

— А существа? — Глеб посмотрел в зеркало заднего вида, где позади темнел Меншиковский дворец. — Раскол среди них — это наша возможность. Если мы сможем договориться с теми, кто не хочет войны, они помогут закрыть канал.

— Или откроют его мирно, — добавил профессор. — Что тоже неплохо.

— Но для этого нужно имя, — сказал Дима. — Имя женщины в белом. Без него мы не получим доверия ни с той, ни с другой стороны.

Машина въехала на Ржевку, остановилась у школы. Все вышли молча, понесли в подвал остатки аппаратуры.

Буржуйку разожгли быстро, но тепло не согревало. Глеб смотрел на обгоревшие ладони — иней уже стаял, но кожа осталась белой, как у мертвеца.

— Завтра едем за деталями, — сказал он. — А послезавтра — в архив Главного штаба. Имя найдём.

— А если не найдём? — спросил Дима.

— Найдём, — ответил Константин. — Должны найти. Иначе вся наша затея — просто игра в охотников за привидениями.

Он сел к столу, раскрыл блокнот и начал писать план поиска. Профессор чинил генератор, хотя чинить там было уже нечего. Дима ушёл наверх — проверять, не вернулись ли странные сны, мучившие его последние ночи.

Глеб остался у буржуйки один, сжимая побелевшие пальцы.

«Мы проиграли сегодня, — подумал он. — Но не войну. Пока не войну».

Конец четырнадцатой главы

Глава пятнадцать. Пленник

Ленинград, Меншиковский дворец

Через пять дней, 2:00

Они подготовились основательно. Профессор собрал новый генератор на запасных деталях из Можайского — мощнее, стабильнее, с тройным охлаждением. Дима перекалибровал частотомер и добавил второй контур захвата, предложенный Константином — психоэмпатический модулятор.

— Это не физика, — сказал журналист, когда профессор скептически поднял бровь. — Но если существа реагируют на эмоции и память, мы должны использовать это. Я настрою генератор на вибрацию благодарности.

— Благодарности? — переспросил Глеб.

— Мы идём не забирать, а спасать. Это меняет частоту взаимодействия.

В ночь третьей попытки в Меншиковском дворце дежурил уже знакомый Егорыч. Он молча открыл дверь, молча перекрестил их и ушёл в сторожку.

В зале было тихо. Сгусток висел на привычном месте, но без агрессии — чёрно-синий, с редкими золотистыми искрами, похожими на далёкие звёзды.

— Контакт есть, — шепнул Дима, глядя на частотомер. — Две частоты. 124,7 и 125,3. Кто-то внутри говорит на разных языках.

— Конфликт не утих, — заметил профессор, разворачивая генератор.

Константин подошёл к сгустку ближе остальных, протянул руку, но не касаясь.

— Мы пришли с миром, — сказал он вслух. — Мы хотим помочь. И нам нужна ваша помощь.

Сгусток отозвался. Из глубины выступило знакомое серое существо — то же, что говорило с ними в прошлый раз. Но сейчас оно выглядело иначе: на его теле появились трещины, из которых сочился багровый свет.

— Ранен, — сказало оно голосом, полным помех. — Свои же. Те, кто хочет войны, напали на меня. Я за то, чтобы договориться. А они — чтобы вырваться силой.

— Мы можем вам помочь? — спросил Константин.

— Только одним. Заберите меня отсюда. Ненадолго. В ваш мир. Пока я в Бездне — они меня достанут. А здесь, у вас, я буду в безопасности и расскажу всё, что знаю.

Глеб переглянулся с профессором. Риск был огромен — существо из другого измерения, перенесённое в их реальность, могло вести себя непредсказуемо.

— Как мы тебя заберём? — спросил Дима.

— Ваш генератор. Настройте его на частоту 125,3 — это мой голос. И создайте зону захвата иридиевым полем. Я отделюсь от канала и перейду к вам.

— А вы не рассыпетесь? — спросил Градов.

— Я не привидение. Я — материя, только другой структуры. В вашем мире я приму… иную форму. Но не враждебную.

Профессор посмотрел на Глеба. Тот кивнул.

— Настраивай.

Градов крутанул ручку, выставил 125,3. Генератор загудел ровно, без надрыва. Иридиевая плита засветилась мягким золотым светом — не агрессивным, как раньше, а тёплым, почти ламповым.

— Выставил. Ловушка готова.

Существо шагнуло к границе канала. В тот же миг из глубины сгустка вырвалась тёмная нить, обвила его ногу, попыталась утащить обратно.

— Помогите!

Глеб рванул к сгустку, сунул руку в его вязкую массу — снова холод, снова боль, но он схватил существо за шершавое запястье и потянул. Дима подхватил, Константин — давил эмпатическим полем, не давая тёмным нитям закрепиться.

— Профессор, мощность на максимум!

— Максимум! — крикнул Градов, и генератор взвыл так, что заложило уши.

Нити лопнули. Существо перевалилось через границу канала и упало на паркет — маленькое, серое, дрожащее. Генератор щёлкнул и отключился — перегрев, но своё дело сделал.

Канал схлопнулся. Не полностью — по краям ещё мерцали багровые сполохи, но центр стал чёрным, неактивным.

—