Время туманов - Ален Т. Пюиссегюр

Пока друзья повторяли пройденное, делая пометки на полях у себя в тетрадях, Зародыши устроили весёлую потасовку. Сирения терпеть не могла крика и шума, поэтому, по совету Фигаро, произнесла заклинание «Древосвет» и создала для них сияющее раскидистое деревце, чтобы каждый утихомирился на своей ветке.

– Я не могу появиться у Миркенбальды с пустыми лапами! – объявил Лексиос, и по дрожи струн все поняли, что он в панике. – Я должен привезти какое-нибудь изобретение!

Всего две недели отделяли их от начала практики. Школяры сгорали от нетерпения.

– Послушай, тебе не стоит перегружать себя! – забеспокоилась Сирения.

«Она не забыла, что с ним творилось в конце прошлой четверти», – подумал Ковен.

«И как он злоупотреблял отваром «радужка саламандры»…

– Сирения права, – проговорила Брайна, занятая очень важным делом: она вытряхивала крошки, застрявшие в пушистой белой шерсти. – Перечитай список заданий и письменных работ! Нужно ещё приготовить углеморс для Иллены. Ты о нём не забыл, я надеюсь? В общем, работы выше крыши!

Углеморс – напиток-противоядие. Иллена рассказывала о нём на прошлом занятии и велела каждому для будущей практики научиться его варить без ошибок.

– Ты не понимаешь, – возразил Лексиос, и его кантеле пело так, словно говорило с котёнком-несмышлёнышем. – Миркенбальда – легенда нашего времени, она получила премию Милхана! И если я, прилетев на летучем корабле, не произведу на неё впечатления своим творчеством, то все две недели буду подавать чай в её магазине «Атлантикус». Она просто не воспримет меня всерьёз.

– И как ты собираешься впечатлить её своим творчеством, когда до практики осталось всего две недели? – поинтересовалась ангорская кошка.

Паника вновь вспыхнула в глазах бенгальского кота.

– Точно, сажусь немедленно!

– Я совсем не это имела в виду! Но.

Но Лексиос больше её не слушал. Он уже лихорадочно рылся в рюкзаке и наконец вытащил клочок пергамента. Драк соскочил с золотого деревца и в знак ободрения, как новоявленный степлер, щёлкнул зубастой пастью.

– Не надо ему мешать. – Ковен встал на защиту Лексиоса. – Я его понимаю. Я бы тоже не хотел, чтобы Ларимар узнал дурацкую историю с карнабо.

– А меня бесит Ксантос! У землеройки мозгов и то больше! Тоже мне, великий педагог! Да как он смел заставить вас безо всякой подготовки сражаться с чудовищами!

– Ксантос правильно поступил, – не согласилась с Брайной Сирения. – В жизни чудовища нападают внезапно и не дают подготовиться.

Брайна с упрёком посмотрела на подругу.

– Так-то оно так, но Ксантос всё равно…

Ковен благоразумно промолчал о своём разговоре с тигром. За это время он научился дипломатии и благополучно избегал вспышек гнева Брайны. Тем более не хотелось с ней ссориться перед предстоящей разлукой. Но тут вдруг не удержался и всё-таки спросил:

– Ты говорила с Ксантосом за эти дни?

– Говорила? С ним? – вспыхнула Брайна. – Ты в своём уме? Да я лучше нос в задницу жруну засуну!

Ковену захотелось как-то примирить их, но Черномордик энергично запротестовал.

«Не стоит. Не получится. Время неподходящее».

– Не волнуйся, пожалуйста, я уверена: практика у тебя пройдёт отлично, – успокаивала Сирения Ковена.

Чем ближе подходили сроки, тем сильнее он сомневался. Годится ли он в коты-маги? Есть ли у него способности?

С одной стороны, он мечтал об опасностях и дальних странствиях, а с другой – так хорошо себя чувствовал на мягкой подушке у камина, хрустя вкусными пирожками Брайны. Здесь ему не грозило разочарование в собственных силах.

Ковен отлично запомнил слова Цернунна. Необходимо поверить в себя.

«Мне это очень трудно».

«Я буду с тобой», – пообещал Черномордик.

К окнам незаметно подкралась тьма. Кошки и коты сосредоточенно углубились в занятия. Топорща усы, низко склонили головы над тетрадями. Всем хотелось закончить уроки до ужина. Брайна утверждала, что умственная работа плохо сказывается на пищеварении.

Прошло примерно полчаса, и неожиданно раздался жалобный плач. Горестное мяуканье услышали во всех уголках замка. Прощай, мирные занятия в большом зале! Четверо друзей покинули крепость из учебников и подушек.

После плача наступила напряжённая тишина. Школяры, подмастерья и мастера, сгрудившись здесь и там, обменивались тревожными взглядами. Бродячие жаровни, дрожа, застыли по углам.

– Что это было? – спросила Элисса.

– Мне кажется, это был кошачий плач, – высказал общее мнение Алессандр.

– Так кричат в агонии! Кто-то умер? – всполошился подмастерье Кэц.

– Откуда доносился крик, вы не знаете?

Все насторожили уши и замерли, не дыша.

Снова раздался душераздирающий вопль.

– Снаружи, – сыграл на кантеле Лексиос.

– Может, выйдем и узнаем, что случилось? – предложил Ковен. – Что, если там кто-то из наших и ему нужна помощь?

– Согласна, – кивнула Аннук и соскочила с пуфа.

– Школяры остаются здесь, – распорядилась она. – Подмастерья и мастера идут со мной.

– Но мы тоже могли бы… – вступился Лоннард за всех школяров.

– Никаких «но», – рассердилась Аннук. – Там опасно. А раз ты такой прыткий, поскорей предупреди магистров. Если пришла беда, понадобится их помощь.

Юный кот затрусил по коридору. С одной стороны, он гордился ответственным поручением, с другой – горевал, что не узнает первым сенсационную новость.

Как только ушли старшеклассники, младшие облепили окна, как мухи. Если взгромоздиться друг на друга, можно разглядеть хоть что-то.

– И что там видно? – спросила Ойра.

Она предусмотрительно стояла в сторонке, не желая, чтобы её раздавили.

– Ничего не видно. Во дворе никого нет.

Вновь раздался леденящий душу крик.

– Никого? – возмутилась Ойра. – Но кто-то же там кричит!

– Поверь, двор пустой, – раздались голоса в ответ.

– Есть! Вон там! Я кого-то вижу! – объявила Адалина, забравшись по головам товарищей, как по лестнице. – Ой, нет, это просто белка…

Адалине с вершины хвостатой и усатой пирамиды было видно лучше других.

– Пошли! – скомандовала Брайна. – У меня идея!

– Аннук нам велела оставаться здесь.

– Ковен, хватит соблюдать правила! Самое время вспомнить о ЧПОК!

Четверо друзей быстро выскользнули из гостиной. Мимо на всех парах промчались два перепуганных автоматона. Металлические детали стучали от страха.

– Мне всё это не нравится, – сыграл на кантеле Лексиос. – Похоже, на нас напали…

– Сейчас мы всё узнаем наверняка! – мяукнула Брайна.

По коридору второго этажа она привела их всех на балкон, который находился как раз над главным входом.

– Умно, – одобрила Сирения. – Отсюда видна большая часть территории.

– А вы уверены, что нам сюда можно? – спросил Ковен.

– Само собой, – беспечно ответила Брайна, распахивая остеклённую дверь.

Школяры ещё ни разу не были здесь. Отсюда магистры ордена Благого Знания приветствовали их в тот день, когда они прошли вступительные испытания.

Их обдало холодом. Угольно-чёрные тучи затянули небо, потемневшее после заката солнца. В просветы между тучами просачивался фиолетовый