Задача трех гробов. Расследования Ди, судьи-вампира - Леви Тидхар

Снаружи ночь оглашалась криками. Джонатан уставился на засохшую кровь на полу.

– Граф пришел сюда, – неумолимо и тихо продолжал судья, выстраивая единственную логичную версию в деле, которое, казалось, уже потеряло всякий смысл. – Он вернулся в свое убежище. Он был ранен, тяжело ранен. Но жив. Он вполз в окно, и затем…

– Римлянин, – догадался Джонатан.

– Да. Паразит ждал. Граф был слаб. Гость набросился на него. Такова природа вампиров, Джонатан, нападать на слабых. Они сражались. Сам посмотри – вот здесь и здесь, – судья указал на следы на стенах. Джонатан изо всех сил старался разглядеть. – Римлянин был силен. Но граф еще мог постоять за себя.

– И что, это все? – сказал Джонатан. – Римлянин убил его здесь? Значит, право наследования за ним?

Судья Ди вздохнул:

– Судье-вампиру редко приходится разрешать споры. Вампиры в конечном счете решают все разногласия клыками и когтями. И подумай, Джонатан, если римлянин убил графа, то где тело?

– Господин?

– Именно это и беспокоило меня с самого начала, – сказал судья. – Если граф Верденфельс мертв, то где его тело, Джонатан?

– Но граф был стар, – возразил Джонатан. – Наверное, он обратился в прах.

– Чушь, Джонатан. Этот римлянин-паразит – возможно. Но граф? Ему было всего-то три века. Какой из него старейшина? Должно было остаться тело.

– Тогда что же случилось, господин?

Судья зашагал по комнате.

– Граф добрался до комнаты. Они с римлянином сразились. Старейшина был силен, но граф хитер. Я полагаю, он снова обратился в туман, обманув более старого вампира. Он выплыл из комнаты и замка и опустился на землю. Он был тяжело ранен, а день быстро приближался. Ему нужно было укрыться. Ему требовалось убежище.

Звуки битвы снаружи стихали. Джонатан услышал всхлипы, оборвавшийся крик. Он гадал, кто остался в живых.

– Вы хотите сказать… никто из них не убивал графа Верденфельса? – предположил Джонатан.

– Да. Идем, Джонатан! – Судья Ди вскочил на подоконник. – Пошли!

– Господин?

– Да, Джонатан?

– Если вы не против, я спущусь по лестнице.

* * *

Судья Ди ждал его внизу. Джонатан последовал за хозяином. Они прошли мимо того, что осталось после битвы. Графиню Марию пригвоздили к дереву колом, пронзившим сердце, а ее рот все еще был открыт в беззвучном крике. Судья нашел Кретьена из Труа, погребенного под грудой тел. Его глаза смотрели в пустоту. В кулаке все еще был зажат короткий меч: он был воткнут в римские доспехи паразита, теперь пустые, если не считать кучки праха.

Судья не остановился. Он ускорил шаг, и Джонатан последовал за ним, спотыкаясь в темноте, в то время как судья указывал на невидимые Джонатану следы.

– Граф пошел этой дорогой. Смотри. Вот волчьи следы. Здесь он полетел летучей мышью. Видишь кровь, которую он оставил на коре этого дерева? Здесь он парил туманом. Здесь полз. Здесь… Так-так. Вот куда он пришел.

Джонатан поднял взгляд. При лунном свете он увидел маленькую унылую хижину.

Она стояла одиноко.

Ее окружали могилы.

– Ох… – произнес он.

– Судья Ди. – Отшельник Клаус вышел из хижины. Он улыбнулся, обнажив острые длинные зубы. – Вы пришли.

– Мастер Клаус. Уже собираете вещи?

– Вещей у меня мало, – с легкостью ответил отшельник.

Затем из хижины вышел еще один человек, и Джонатан узнал Гельмута, старого фамильяра графа. Увидев их, Гельмут замер.

Джонатан смотрел на эту сцену новыми глазами. Он видел маленькую, одинокую хижину, выкопанные вокруг нее могилы. Его взгляд снова привлекла одна крохотная свежая могила. Он видел ее раньше. Могила была безымянной.

«Детская могила», – подумал он тогда.

Но что, если это не так?

– Вы? – сказал Джонатан. – Все это время… это были вы?

– Граф пришел сюда, – сказал судья Ди. – Он был слаб и испытывал боль. В каком финальном облике он пришел, мастер Клаус? Летучая мышь? Что-то маленькое.

– Их иногда приводят ко мне, – печально произнес отшельник. – Тех, кто страдает, для кого смерть станет избавлением. Таким я помогаю.

Джонатан уставился на маленькую безымянную могилу.

– Господин? – позвал фамильяр Гельмут. – Нам пора в путь.

– Да-да, – отозвался отшельник и снова повернулся к судье. – Прошу прощения, но скоро взойдет солнце, и мне следует отправиться в новое обиталище. Вы, конечно, можете переночевать здесь, судья Ди. Надеюсь, вы не видите нарушений закона?

Судья Ди посмотрел на отшельника. Посмотрел на могилу.

И коротко кивнул.

– Никаких, – сказал он.

История четвертая. Палач из Эпиналя

Джонатан считал, что дела определенно идут не самым лучшим образом.

Судья Ди точно что-то затевал. Но Джонатан просто не мог понять, что именно. Или почему. Или даже кто, в смысле – кто в результате умрет.

Они путешествовали по Германии, у подножия Альп, недавно завершив дело Верденфельса – удовлетворительным образом, как выразился судья Ди. Стояли холода, но земля была щедрой, а еда – сытной и обильной, чем Джонатан весьма дорожил, и всегда находилась колбаса. Какое-то время все было хорошо, но пошло не так, когда они прибыли в город Базель.

– Римляне, – сказал судья Ди, понюхав воздух.

– Господин?

– Это старое место, – сказал судья. – Прежде здесь жили римляне.

Джонатан чувствовал лишь запах колбасы. У него потекли слюнки. Стояла ночь – ведь когда путешествуешь в компании вампира, всегда ночь. Джонатану редко доводилось видеть дневной свет. Но Базель не спал, и в узких переулках города теснились торговцы и гуляки. Джонатан услышал, как бьют полночь колокола собора, услышал крики чаек над Рейном. На миг его охватило некое подобие покоя. Базель показался ему милым местом.

И несколько мгновений так оно и было. Он следовал за судьей, радостно уплетая колбасу, пока они бродили по улицам, казалось бы, без цели, останавливаясь то у шляпника, то у цирюльника-хирурга, то у аптекаря, то у крысолова. Постепенно огни тускнели, горящие камины отливали зловещим мерцанием, улицы становились уже и мрачнее, и Джонатан понял, что судья все это время что-то искал.

Они вошли в мастерскую резчика по камню, судя по незаконченным надгробиям. За прилавком стоял человек с белыми от мраморной пыли руками.

Нет, не от пыли, понял Джонатан, когда мужчина зажег вонючую, плюющуюся свечу. Тогда его красные глаза вспыхнули, а клыки обнажились в подобии улыбки. Призрачно-белая кожа мужчины была не следствием его ремесла, просто он был вампиром.

– Судья Ди, – сказал он.

Его руки, отметил Джонатан, скрылись из виду под прилавком.

– Иоганнес, – мягко произнес судья.

– Давно не виделись, – сказал мужчина, то есть Иоганнес.

– Последний раз в Трансильвании, кажется, лет двести назад. Нет, на твоем месте я не тянулся бы за тем ножом с серебряным наконечником.