Тень отступника - Артём Гармашов

— Я бы предложил оседлать коней, отступить и разбить их в поле. Там у нас…

— Если мы позволим им перейти этот мост, — перебил Нар'каз, — на равнине нас встретят не две тысячи светлых, — он посмотрел на карту. — Двадцать тысяч.

В шатре снова стало тихо.

— Мы не отступим.

Он выхватил ремень из рук оруженосца и сам затянул пряжку нагрудника. Слишком резко — молодой отдёрнул пальцы и едва не уронил наплечник.

Нар'каз поднялся, поправил узденьский меч на поясе, проверил кинжал. Пальцы скользнули в поясной мешочек и нащупали две игральные кости — старые, с потёртыми гранями и мелкими царапинами.

Он поднёс их к губам, коротко дунул и бросил на стол.

Кости стукнули о дерево, прокатились по краю карты и остановились.

Обе — единицами вверх.

Нар'каз посмотрел на них. Усмехнулся одними губами, убрал кости обратно в мешочек и только после этого вышел из шатра.

Утренний холод ударил в лицо.

Сотня уже стояла в строю — десять шеренг поперёк ущелья. Нукеры замерли: копья вертикально, щиты прижаты к бедру, забрала опущены. Над строем, на высоком древке, вяло колыхался стяг Кара'Тага — череп, пронзённый мечом. Ветер рвал край полотнища, ткань хлопала глухо и неровно.

Нар'каз прошёл вдоль первой шеренги.

Не торопясь.

Смотрел в лица тем, кто стоял с открытыми забралами. Молодые. Старые. Бритые наголо. С косами, стянутыми кожаными ремешками. У одного пальцы дрожали на древке копья. Другой смотрел прямо перед собой так неподвижно, словно уже перестал слышать всё вокруг.

Нар'каз знал многих по именам. Почти всех — по шрамам.

Остановился и развернулся к строю.

— Сотня, — голос ушёл в ущелье и вернулся от скал. — Сегодня нас сто три. Против двух тысяч. Вы это знаете. Я это знаю, — он замолчал.

В первой шеренге кто-то переставил копьё в руке. Древко тихо скрипнуло о кожаную перчатку.

— Я не стану говорить, что будет легко. Не будет, — он обвёл взглядом строй. — Не стану говорить, что все вернёмся. Не вернёмся.

Никто не шевельнулся.

— Но если они перейдут мост, дальше будет равнина. Деревни. Дороги к Сар'Келе. Ваши дома. Мой тоже.

Он сделал шаг ближе.

— Там уже не будет ущелья, где сотня может встать поперёк. Там их будут считать не тысячами, а десятками тысяч.

Где-то в задней шеренге коротко кашлянули. Тут же стихли.

— Поэтому мы не дадим им перейти.

Нар'каз посмотрел на правый фланг. На левый. На середину строя.

— Держите щиты. Слушайте горн. Не геройствуйте без приказа. Кто упадёт — задний встанет на его место. Кто дрогнет — рядом стоящий вернёт его в строй, — он помолчал. — Мы удержим Волчий мост.

Сотня ответила не сразу. Сначала кто-то ударил древком копья о щит. Потом второй. Третий. И только затем строй взревел.

Нукеры били копьями о щиты, кричали имя лейфара, имя Нар'каза, боевой клич сотни. Кто-то просто орал — глухо, сорванно, не разбирая слов.

Эхо пошло по ущелью, ударилось о скалы и вернулось обратно.

Нар'каз поднял руку, и шум стих. Потом развернулся и поднялся на деревянный помост, сколоченный посреди ущелья.

С него открывался весь проход.

По ту сторону моста, за провалом в сотню метров, стояли светлые эльфы. Колонна выходила из узкого ущелья ровно, без суеты, и всё тянулась вперёд. Первые шеренги уже остановились у моста. Задние скрывались за поворотом, и конца им не было видно. Доспехи в сером утреннем свете отливали бледным золотом и белизной.

По обе стороны ущелья, на скальных уступах, заняли места лучники. Десятки фигур с длинными луками. Время от времени кто-нибудь спускал тетиву, и стрела втыкалась в камень или в землю за несколько шагов до строя тёмных эльфов. Пристреливались.

Потом над колонной поднялся штандарт.

Золотой феникс на белом полотне — герб Аэтель'Линда.

Ткань дрогнула на ветру, расправилась. В тот же миг над строем светлых запели горны — высоко, чисто, непривычно легко после тяжёлого рева кара'тагских.

Передние ряды двинулись. Колонна вступила на мост. Первая шеренга ступила на камень. За ней — вторая. Третья.

Шаги отдавались в ущелье глухим, ровным гулом. Копья были опущены, щиты сомкнуты. Светлые шли тесно, почти плечом к плечу, и мост под ними казался шире, чем был.

Нар'каз смотрел и считал.

Они прошли половину моста — первые шесть шеренг, — когда он вскинул руку и резко опустил её.

На скальных уступах спустили тетивы.

Стрелы ушли вверх, пересекли ущелье и ударили в колонну.

Светлые мгновенно сомкнули щиты над головами и по бокам. Большая часть стрел застучала по металлу и соскользнула в провал. Но несколько всё-таки нашли щели.

Один эльф упал на колено. Второй рухнул поперёк строя. Третий исчез между щитами, и задние сразу переступили через него. Колонна не остановилась.

Нар'каз опустил руку. Строй нукеров ждал.

Первая шеренга светлых ступила на эту сторону. За ней вошли ещё несколько рядов.

Они обошли деревянное заграждение у моста. Его поставили не для того, чтобы остановить врага, а чтобы повернуть поток вправо — туда, где стояла сотня.

Светлые начали разворачиваться во всю ширину ущелья.

Первые ряды опустили копья.

Нар'каз дал команду.

Строй нукеров двинулся вперёд — не бегом, а тяжёлым, слаженным шагом. Копья разом опустились, выставив перед собой сталь, и в следующее мгновение две стены сошлись с таким лязгом, что в ушах зазвенело.

Поначалу всё смешалось.

Щиты били в щиты. Копья скользили по металлу, находили щели, входили в лица, в горло, под край наплечника. Нукеры работали коротко, от щита, не тратя лишнего движения. Светлые напирали, но продавить строй не могли — тёмные стояли плотнее и били жёстче. Один за другим светлые валились на камень, а задние, наступая, спотыкались о своих же. Кто-то у самого края потерял опору и с криком сорвался вниз. Крик ещё долго тянулся из каньона, пока не оборвался.

С помоста Нар'казу был виден весь бой.

Его нукеры теснили врага. В передних рядах светлых уже ломался строй, между щитами открывались просветы. Над головами мелькнуло что-то тёмное — отрубленная кисть с мечом — и шлёпнулось о камень возле самого заграждения.

И тут Нар'каз заметил движение на той стороне.

Лучники на уступах снова натягивали тетивы.

— Двойной горн! Отойти на десять шагов!

Горн взревел дважды — коротко, отрывисто.

Строй нукеров разомкнулся и отступил на десять шагов, сохраняя порядок.

Стрелы ударили туда, где они только что стояли. Большая часть выбила искры из камня или ушла в щели между плитами. Несколько вонзились в спины светлых, не успевших остановиться.

Светлые воспользовались паузой и