Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Они начали перестроение. Мечники развернулись в боевой порядок — широкой дугой, охватывая подножие холма. Арбалетчики спешились и заняли позицию за щитами. Профессионально. Крис был прав — после нашей засады в Волчьей Пасти они больше не лезли в узкие места.

Маги выехали вперёд. Остановились в ста метрах от холма — вне досягаемости любого обычного оружия.

Маг в чёрном плаще поднял руку. Голос его разнёсся над полем — усиленный магией, ровный и холодный:

— Барон Арморн ди Валье! По решению Совета Гильдии Боевых Магов и по запросу графа Маурицио Черро, вам предлагается сложить оружие и сдать баронство под управление представителя графа. В случае отказа — будет применена сила. У вас одна минута.

Я встал в траншее. Не полностью — голова и плечи над бруствером, не больше.

— Одну минуту, — крикнул я в ответ. — Мне нужна одна минута, чтобы задать вопрос!

Пауза. Маг в чёрном наклонил голову — видимо, совещался с остальными.

— Спрашивайте, — донеслось через поле.

— Ваш контракт одобрен Советом Гильдии или только отделом контрактов? Потому что инспектор Ренард, с которым я говорил месяц назад, заблокировал запрос графа до окончания расследования. Если вы здесь без санкции — вы нарушаете Кодекс Гильдии, статья семнадцатая: «Применение силы до завершения официального расследования».

Тишина. Длинная, неуютная.

Я не знал, существует ли статья семнадцатая. Но они — тоже не знали, что я блефую. А вот то, что Ренард заблокировал запрос, — было правдой. И если среди этих шестерых был хоть один, кто ценил свою лицензию...

Маг в чёрном повернулся к остальным. Даже на расстоянии было видно: короткий, резкий разговор. Двое магов — в сером и зелёном — отъехали чуть назад. Несогласие в рядах.

Потом чёрный повернулся обратно.

— Статья семнадцатая не применяется к операциям класса «Б» при наличии подтверждённой угрозы, — отчеканил он. — Гибель двух аттестованных магов является подтверждённой угрозой. У вас тридцать секунд.

Хитрый ход. Он нашёл лазейку. Или выдумал её на месте — как я выдумал номер статьи.

— Понятно, — тихо сказал я, опускаясь обратно в траншею. — Разговоры кончились.

Я повернулся к Тиму.

— Передай по цепочке: план «Гребёнка». Огонь по моей команде. Фугасы — по сигналу Олафа. Стрелки — только по магам. Арбалетчики — прикрытие перезарядки.

Тим кивнул и исчез в ходе сообщения.

Они ударили через тридцать секунд. Точно по обещанию.

Первый удар был огненным. Маг в красном — пиромант, как и покойный Фальк, — вытянул руки вперёд, и с его ладоней сорвался поток пламени. Не огненный шар — поток. Широкий, как река, ревущий, жадный. Он ударил в склон холма перед нашими траншеями.

Земля вспыхнула. Кустарник загорелся. Жар дошёл до траншеи — я почувствовал, как волосы на макушке затрещали.

— Мокрые шкуры! — рявкнул Крис с правого фланга. Стрелки натянули пропитанные водой шкуры над головами.

Огонь прокатился над нами и ушёл. Настил обуглился, но выдержал. Шкуры дымились.

Второй удар — геомант. Земля под левым рукавом траншеи вздыбилась. Каменные шипы — точно такие же, какими меня ранил Скальный в Волчьей Пасти — прорвались снизу. Дубовые брёвна настила треснули, но задержали их. Шипы застряли, торча из настила, как зубы из челюсти.

— Все целы! — крикнул Олаф.

Третий удар — ветер. Маг в синем плаще — аэромант — обрушил на нас горизонтальный шквал. Камни, земля, обломки кустарника полетели в траншею. Одного из рекрутов сбило с ног, он ударился головой о камень и затих.

Три удара за пять секунд. Три стихии. И это были только трое из шести.

Они тестировали нашу оборону. Щупали, проверяли, чем мы защищены. Как профессионалы — методично, без спешки.

Я выждал. Молча, стиснув зубы. Мечники начали подъём по склону. Первая линия — двадцать человек, щиты перед собой, мечи наготове. За ними — арбалетчики.

Пятьдесят шагов до минной полосы.

Сорок.

Тридцать.

— Олаф, — произнёс я. — Фугасы.

Старый наёмник поднёс горящий фитиль к верёвке, уходящей в землю. Огонь побежал по пропитанному селитрой шнуру — быстро, жадно, неудержимо.

Взрывы шли цепочкой. Не одновременно — один за другим, с интервалом в секунду. Двенадцать глиняных горшков, набитых порохом и свинцовыми осколками, раскрылись, как смертоносные цветы.

Грохот был оглушительным. Земля под мечниками превратилась в ад. Осколки свинца и керамики полетели во все стороны, как горсти гравия, брошенные великаном. Облака дыма, пыли и огня заволокли склон.

Крики. Много криков.

Когда дым рассеялся, я увидел: первая линия мечников перестала существовать. Не все были мертвы — некоторые корчились на земле, зажимая раны. Но как боевая единица они были уничтожены. Двадцать человек — за три секунды.

Арбалетчики, шедшие сзади, отхлынули назад, как волна от берега.

— Залп! — крикнул я.

Двадцать аркебуз грохнули одновременно. Облако дыма заволокло траншею. Я не видел результата — но слышал крики снизу.

— Перезарядка! Арбалетчики — прикрытие!

Четверо арбалетчиков Криса встали на бруствер и начали бить по наступающим болтами, давая стрелкам время.

Маги отреагировали.

Чёрный маг — я до сих пор не знал его специализацию — вскинул руки. Мой дар взвыл, как сирена. Выброс эфира был таким мощным, что у меня потемнело в глазах. Потом я увидел: перед колонной мечников выросла стена. Полупрозрачная, мерцающая чёрным и фиолетовым. Щит. Но не личный — общий. Маг прикрыл всю колонну одним заклинанием.

Наши пули из второго залпа ударили в щит. И... остановились. Повисли в воздухе на долю секунды, потеряв скорость, и упали на землю.

Он остановил пули.

Мой желудок сжался. Этого я не предвидел. Личные щиты не работали против пуль — мы это доказали в Волчьей Пасти. Но этот маг создал не личный щит, а площадной барьер. Другой принцип. И этот принцип, судя по всему, работал против кинетической энергии вне зависимости от эфирного следа.

«Думай, Виктор Андреевич», — приказал я себе. «Это просто инженерная задача. Щит поглощает кинетику. Значит, у него есть предел прочности. Каждая пуля отнимает часть энергии барьера. Сколько пуль он выдержит? Десять? Двадцать? Сто?»

— Все стволы — в щит! — заорал я. — Непрерывный огонь! Стреляй — перезаряжай — стреляй! Тим, резерв в линию!

Пятеро резервных стрелков вскочили на бруствер рядом с основной линией. Двадцать пять стволов били в чёрный щит. Грохот стоял такой, что дрожала земля.

Щит мерцал. Каждая пуля оставляла на нём рябь — как камень, брошенный в воду. Рябь становилась чаще, гуще. Маг в чёрном плаще пошатнулся — я видел это даже сквозь дым. Его лицо исказилось от напряжения. Он вливал в барьер