Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Лор добавил, сухо:

— И не геройствуй. Маг не страшен, пока далеко. Он страшен, когда ты подпустил его.

Связной слушал и молчал, как молчал в кладовой. Но я заметил: когда я сказал про двести шагов, он чуть дёрнул углом рта. Не насмешка. Что-то вроде узнавания. Он знал эти цифры. Значит, Рост знал, что я знаю.

Это меняло дело. Маг, который понимает, что его держат на дистанции, ищет, как сократить её скрытно. Овраг, лес, ночь, дождь. Рост был координатор. Он не полез бы в чистое поле под мои стволы. Он искал бы место, где двести шагов не работают.

Я держал это в голове весь второй день дороги.

Ехали тяжело. Обходная дорога через Кленовую балку шла лесом, по корням и сырым низинам, и кони уставали быстрее, чем на тракте. К вечеру второго дня у двоих коней сбились спины, и мы шли часть пути пешими, ведя их в поводу. Стрелки молчали. Не от страха, от непривычки: они учились стрелять на двухстах шагов по мишени, а теперь ехали туда, где мишень будет стрелять в ответ, и каждый думал об этом по-своему.

Олс вёл уверенно, без карты, по приметам, которые знал один. Тут поваленная сосна, тут брод выше колена, тут забирать левее, чтобы не выйти к деревне. Он возил Марта этими тропами не раз и теперь вёл нас, и я понял, чего стоила вся скрытная работа Марта за этот год: без неё я не нашёл бы дорогу к Росту, даже зная, где он стоит.

На ночлег встали без огня. Ели сухое, спали по очереди. Связной лежал связанный под рогожей, и Крис сам сторожил его первую половину ночи, не доверяя молодым. Я не спал почти совсем. Считал колпачки, дорогу, дни. Дома Олаф держал двор третью ночь без меня, и я не знал, тихо ли там, и не узнаю, пока не вернусь или пока не станет поздно.

Лес у границы земель Орса стоял старый, густой, с буреломом по низинам. Плохое место для дальнего боя. Хорошее для Роста. Я не полюбил этот лес с первого взгляда.

На третий день к полудню Олс остановил отряд за гребнем, не выводя на открытое.

— Дальше нельзя верхом, — сказал он. — За гребнем ложбина, в ложбине двор. Орсова заимка, охотничий дом. Март говорил, тут Рост и встал.

Я спешился. Связного оставили под охраной двух стрелков, в овраге, с тряпкой во рту. Дальше пошли пятеро: я, Раст, Крис, Лор, Виг. Низом, по кустам, к краю гребня.

С гребня двор был как на ладони. Бревенчатый дом, конюшня, частокол в рост человека, не крепостной, а от зверя. Во дворе люди. Я считал, лёжа в палой листве, влажной и холодной под животом.

Шесть лошадей у коновязи. Двое во дворе с оружием. У крыльца сидел человек в тёмном, без знаков на одежде, но я почувствовал его раньше, чем разглядел. Не глазами. Дар откликается на дар, как нога чует чужой шаг через доску. Маг.

— Четверо вооружённых и один у крыльца, маг, — сказал я тихо. — Лошадей шесть. Значит, есть ещё внутри.

— Сколько магов всего? — спросил Лор.

— По обозу было четверо боевых. Пиромант, аэромант, два щитовика. Плюс Рост пятый, координатор. Если все тут, нас десять против пяти магов и их охраны. На двухстах шагах мы их перебьём. Во дворе, на пятидесяти, они нас сожгут.

— Значит, не идём во двор, — сказал Лор.

— Не идём. Мы их вытаскиваем. На поле, на дистанцию двести шагов.

Крис, рядом, смотрел не на двор, а в сторону, на дорогу, что выходила из ложбины на восток.

— Барон. Дорога из двора идёт к нам. К Валье. — Он помолчал. — И на ней свежие следы. Колёса и кони. Сегодняшние. Из двора выехали.

Я перевёл взгляд на коновязь. Шесть лошадей. Если группа Роста полная, лошадей должно быть больше. Шесть мало для пяти магов с охраной.

Холод под животом стал другим.

— Они уже выехали, — сказал я. — Часть. Пока мы ехали сюда обходом, они вышли прямой дорогой. К Валье.

Лор коротко выругался.

— Сколько вышло?

— По следу, — сказал Крис, — подвода и трое-четверо верхом. Не все. Здесь ещё остались, я вижу мага у крыльца. Но ударная часть, похоже, в дороге.

Маг у крыльца не лез в мой счёт. По обозу я знал четверых боевых и Роста пятым. Если все они в ударной части на дороге, а у крыльца сидит ещё один, значит, Рост собрал больше, чем привёл к обозу. Этого я не считал и не любил, когда враг оказывался многочисленнее ожидаемого.

Я лежал и считал быстрее, чем когда-либо считал у себя в кабинете.

Рост не ждал нас у Орса. Ему хватало заблокированной ртути и собственной арифметики, чтобы выбрать день. Он выдвинулся к Валье, пока мы шли его искать. Мы разминулись. Он на прямой дороге, мы в обход. Он к моей шахте, мы к его пристанищу.

Если я сейчас пойду на заимку, я возьму остаток, мага и охрану, может, бумаги. Но ударная часть дойдёт до Валье, где Олаф с закрытыми воротами, бронзой и пушками, но без капсюльного ствола.

Если я брошу заимку и пойду наперехват прямой дорогой, я, может, успею встать между Ростом и домом. На поле, которое выберу сам.

— Уходим, — сказал я. — Заимку не трогаем. Берём связного и идём прямой дорогой назад, наперехват. Они вышли сегодня, мы шли три дня обходом, но обратно пойдём прямо и налегке. Можем нагнать или встретить лоб в лоб.

— А маг на крыльце? — спросил Виг. — Бросаем?

— Бросаем. Один маг во дворе мне сейчас не нужен. Мне нужно догнать подводу раньше, чем она дойдёт до Олафа.

Мы поползли назад от гребня. И тут младший, Тенс, который сторожил коней со вторым стрелком, подал знак свистом, коротким, тревожным. Не условный, а простой: чужой рядом.

Из-за деревьев, со стороны дороги, выехали двое. Дозор Роста. Они шли по нашему обходному следу, проверяли, кто крался к заимке. Увидели коней, увидели связанного связного с тряпкой во рту.

Дальше всё было быстро и грязно, как всегда бывает на близкой дистанции, где двести шагов не работают.

Первый из дозорных потянул из-за спины короткий ствол. Не наш. Кривой, толстый, тяжёлый. Карренский. Тенс выстрелил первым, кремнём, с двадцати шагов, и попал коню в грудь. Конь встал на дыбы, всадник вылетел.