Возвращение - Марцин Подлевский

этот человек тщательно проверяется на предмет наличия у него информации. Контролер Согласия Вальтер Динге был особым случаем, но его знания носили довольно беглый, теоретический характер, ссылаясь на исторические данные. Я не отрицаю этого: Контролер Динге был одним из доверенных сотрудников, но не настолько, чтобы ему передавали какую-то ключевую информацию. — Он снова хмыкнул и пробежался взглядом по собравшимся. — Как вы, кстати, знаете, спасение высокопоставленного сотрудника одной из сект вызвало бы дипломатический конфликт или привело бы к другим, более серьезным последствиям. Вальтер Динге никогда не был старшим сотрудником, — подчеркнул он, глядя в мертвое, вытянутое лицо киборга на механическом шаре «головы». — Именно поэтому мы готовы сотрудничать с сектой стрипсов. Вам не нужно ничего бояться. Мы знаем, что находимся в безопасности, — заключил он, гадая, достаточно ли уверенным был тон его голоса.

— Если вопросов больше нет, я закрываю собрание, — сказала Локартус спустя мгновение. — Вход в Глубину состоится через три часа. Через два с половиной будет установлен счетчик. Следующая информационная встреча состоится уже над Обиталищем. Спасибо, — добавила она и погасила голоэкран.

***

Меньше чем через двадцать минут, потягивая легкий, едва ли двенадцатипроцентный напиток, Эверетт услышал звук зуммера. Кто-то стучал в дверь каюты. Он намеревался не обращать на это внимания, пока не посмотрит в глазок компьютерной системы. Только тогда он вздохнул, опустил стакан и нажал кнопку открытия.

— Спасибо, — сказала Представительница Жатвы. — Можно мне?

— Конечно, — пробормотал он. — Извините за беспорядок, — беззлобно хихикнул он, бегло оглядывая каюту.

Она была просторной, как и большинство гостевых кают на «Пропорции», но Стоун уже успел оставить на письменном столе немного хлама: разбросанные плитки памяти, старый галактический кристалл и папку с отчетом о заговоре, который все еще анализировался.

— Вы и это читаете, — заметила она.

— Да, — признал он. — Профессиональный рефлекс Контроля. — Он немного неискренне рассмеялся. — Хотите чего-нибудь выпить?

— Нет, спасибо, — ответила она. — Я здесь с другой целью.

— Да?

— Могу я присесть? — спросила она и, когда он кивнул, села в его кресло. — Благодарю вас.

Не желая отказываться, он отодвинул стул от стола и тоже сел, разглядывая собеседницу. Когда-то она, должно быть, была очень красива. Она и сейчас выглядела привлекательно, но длинные белые волосы и белая мантия, казалось, прибавили ей лет. Он также увидел, что она не подвергалась никаким омолаживающим или корректирующим операциям: в Жатве отдается предпочтение естественности во всех ее проявлениях, как положительных, так и отрицательных.

— Так чем я могу вам помочь? — спросил он. Представительница молча смотрела на него, пока наконец не закрыла глаза и не объявила:

— Я хочу поговорить с вами о холоде.

— Я не понимаю…

— Вы его не чувствуете, — сказала она, — а я чувствую. В Жатве придается большое значение предсказанию будущего, как вы сами прекрасно знаете. Одна из характеристик такого предвидения — постоянное ощущение холода или жары. Если есть холод, а не тепло, это нехорошо. Вы понимаете?

— Нет. — Он покачал головой. — Простите меня, но мне это немного непонятно.

— Может быть, я скажу по-другому. Вы знаете, что такое Сила для нас?

— Сила, значит… власть, да? — спросил он. Если она собирается спасать меня здесь, я ее вышвырну, решил он. Он кое-что слышал об агрессивных психологических приемах Жатвы: лучшие аколиты секты умели промывать мозги в первом же разговоре. Может, они и не спасали так, как Стрипсы, но умели делать это не менее эффективно.

— Есть тепло и есть холод, — повторила Представительница. — Энтропия, ведущая к вечному холоду, и ее противоположность, заключенная во взрыве Вселенной. Смерть в ледяном безмолвии и первая вспышка тепла, предвестник новой жизни. Сила находится между этими двумя проявлениями. Она не заключена ни во тьме, ни в свете. Она существует благодаря тому, что не является ни одной, ни другой. Это третья сила, заключенная в возможности существования.

— Простите, но я хочу продолжить…

— Пока вам достаточно того, что предвидение — это одно из ее проявлений, — сказала она. — Я могу объяснить больше, если вы пойдете со мной.

— Я действительно не думаю, что…

— Не сопротивляйтесь. Я не собираюсь вас спасать. Хотя не отрицаю, что это было бы заманчиво. Секретарь Контроля, аколит Жатвы… Нет, — с улыбкой ответила она, заметив выражение его лица. — Все так, как вы сказали. Мы соблюдаем условия этого неофициального соглашения, как и другие секты. Мы не трогаем эти «высшие уровни». И трудно представить себе кого-то выше вас. — Она все еще улыбалась, и Стоун подумал: она знает. Она знает о Тански.

Но откуда?

— Хорошо, — сказал он через мгновение. — Куда мы пойдем?

— Недалеко. В мою каюту.

Это безумие, подумал он, выходя вслед за ней в коридор корабля. Расположенный здесь же экран счетчика по-прежнему показывал мертвые, неподвижные цифры. Скоро его включат, и мы снова полетим, — заключил он. Мне следует заняться подготовкой, ведь Напасть знает, когда нас снова воскресят. А пока я позволил себя втянуть в это. Твердолобый рационалист, секретарь Контроля Согласия, потворствует завзятой сумасшедшей. Абсурд.

— Это здесь. — Представительница Жатвы нажала кнопку открытия, и дверь, как и в каюте Стоуна, с тихим шелестом скользнула в стену корабля. — Пожалуйста, входите.

Секретарь несколько неуверенно переступил порог и через два шага замер, словно застигнутый врасплох. Возможно, он и ожидал этого, но все равно от представшего зрелища его пробрала неприятная дрожь.

Гостевая каюта была больше его комнаты. В центре ее находился резервуар, напоминающий слегка увеличенную версию АмбуМеда. И именно в нем лежал Прогнозист Жатвы, плавая в какой-то молочной субстанции, подключенный к чему-то, похожему на стазисные инъекторы.

Не считая неотделимых очков, которые выглядели почти как часть его лица, Прогнозист был совершенно голым. Его бледное худощавое тело словно растворялось в белой субстанции.

Это Белая Плесень, понял Эверетт. Этот… мутант плавал в стазисе.

— Его зовут Сигма, — пояснил представитель.

— А где второй? — сухо спросил Стоун. Ему не хотелось смотреть на резервуар, но он не мог отвести взгляд.

— Он находится в СН, подключен к консоли. Вам нездоровится? — спросила она. И тут же заявила: — Вы его боитесь.

— Нет. Что вы…

— Это потому, что вы знаете, — перебила она его,