Вдова с ребенком для лорда-дракона - Ингрида Пюли

О, мне будет что сказать Крейгену, рассеянно улыбающемуся и преклоняющему колено перед королевским шатром!

Он назвал имя Алисы, и за ней вскоре пришла Сесилия Истринс.

Для меня её появление в качестве провожатого Алисы не было неожиданностью, но леди Эстер побледнела и затряслась, когда драконица едва лишь взглянула на неё.

— А, и вы здесь!

Это прозвучало так высокомерно, что я ожидала ответа в том же духе, но не только невеста Крейена, но и тётушка Эйприл подобострастно улыбнулись.

— Пойдём, милая. Не бойся.

Алиса выпустила мою руку и, сделав книксен, как учили, отправилась за Сесилией. Даже не оглянулась. А я не стала окрикивать.

Кажется, моя малышка повзрослела в этом мире по меньшей мере на год. И я не знала, огорчаться мне из-за этого или радоваться.

Прижав руки к груди, я следила за тем, как дочь поприветствовала королевскую чету, не выпуская руку Сесилии. Как отошла в центр поля, разрытого драконьими лапами Юлия и Крейгена, повернулась три раза на каблучках, и в виде золотистого дракончика с полупрозрачной кожей взмыла в воздух.

Движения Лисы были по-детски неуклюжими, взмахи тоненьких крыльев — нескладными, неуверенными, но всё же даже в облике крылатого ящера она была очаровательна.

Круг почти был закончен, моя радость почти полной, когда Лиса внезапно рухнула на землю.

Глава 18

Я уже приготовилась бежать, задрав юбки, как Алису окутан золотистый дым, и когда он рассеялся, то я перестала вырываться из рук тётушки Эйприл.

Минутой назад она шептала, что надо блюсти достоинство. И что я не крестьянка какая, чтобы нарушать веками заведённый этикет.

— Голова не отвалится. Я и сама, кхм, падала так. Это с непривычки. Тренировать надо было чаще.

У нас не было времени тренировать Лису больше, но я этого не сказала. Процедила сквозь зубы, что меня можно отпустить, потому что Алиса уже поднялась на ноги в человеческом обличье и смущённо оправляла мятое платье.

— Не засчитают, — сложив руки на груди, мрачно заявила севшая на своё место тётя Эйприл.

— И Крейген не победит? — проблеяла леди Эстер, и мне захотелось отвесить ей подзатыльник.

Я саму себя не узнавала! Списывала всё на нервы, но эти двое, бесцеремонно явившиеся в моё укрытие, порядком надоели.

— Победит, милая, не бойся.

Когда тётя Эйприл обращалась к возможной родственнице, голос у неё становился приторным до тошноты.

— Девочка неуклюжа, но это потому, что воспитания не хватало. Ваши дети с Крейгеном будут иными.

Вот дрянь! Обе они!

— Когда будут, это раз. Алиса просто перенервничала, что вполне простительно для восьмилетней девочки, впервые выступающей для такой великосветской публике, это два. А в третьих, если вы не хотите скандала, немедленно покиньте этот шатёр!

Я говорила, и голос мой звенел от ярости. Мне казалось, за спиной вырастают огромные крылья, и если бы я могла обратиться драконом, спалила бы обеих дам, не задумываясь о последствиях.

— Вы обязаны быть гостеприимной, леди Вероника, — с нажимом на слово «леди» пролепетала Эстер.

— Что с нею взять, — начала было тётя Эйприл, но я её перебила.

— Вот именно. И если вы немедленно не уберётесь, я прикажу слугам выставить вас вон. В отсутствии милорда Вильсента, я представляю его гнездо. Только я и моя дочь. Пока что больше никто.

— Провинциальная дрянь! От кого ребёнка прижила, сначала скажи! — взвизгнула тётя Эйприл, встав напротив меня. И получила оплеуху.

Ухватившись за покрасневшую щёку, тётушка Крейгена пулей вылетела из шатра. А леди Эстер, приоткрыв рот от возмущения или удивления, поколебавшись, поспешила следом.

Я опустилась в кресло, слуги угодливо преподнесли вина, а Глория даже прошептала:

— Здорово вы этих двух уделали! Простите, миледи, отчитали! И за дело!

Я посмотрела на поле и увидела Крейгена, стоявшего рядом с Лисой. Герольд объявил, что милорд Вильсент выиграл первый тур.

Крейген подхватил захлопавшую в ладоши Алису и легонько подкинул в воздух. На мгновение она зависла в самой верхней точке и медленно спустилась в объятия белокурого дракона.

Со стороны их сходство было очевидно. Останься мы здесь, мне всю жизнь придётся нести клеймо распутной женщины, изменившей мужу. Но после того как Крейген за моей спиной посватался к леди Эстер, наша с Алисой возвращение — дело решённое.

Отгремели трубы, возвестившие, что на сегодня турнир окончен. И после того как удалились королевские особы, из остальных шатров высыпали люди и драконы, похожие на людей, чтобы отпраздновать завершение первого дня турнира.

Крейген ещё раньше объяснил: когда в первый день на ристалище не пролилась драконья кровь, значит, в следующие годы, длящиеся до очередного турнира, драконье племя будет крепнуть. В силе, во власти, в любви.

И будут рождаться много новых дракониц. А это означает, что и драконов вскоре станет больше.

— Мама, ты видела меня! Видела? — Алиса вбежала в шатёр и бросилась мне на шею.

Я сидела в кресле, опустив голову на руку. Нам с Крейгеном предстоял серьёзный разговор. Можно было бы отложить его на вечер, но если не начну сейчас, пока во мне горит праведный гнев, то могу не начать никогда.

Поддамся сладким речам, а драконы умеют подчинять, убеждать, окутывать ложью, в этом я убедилась на собственном опыте.

— Видела, Лиса. Ты была прекрасна!

— Настоящая драконица! — Крейген остановился у входа. Я оглянулась.

Его глаза, они были выразительны! Я прочла в них гордость, триумф победителя, знающего, что теперь весь мир будет у его ног. И все женщины.

Что мне до его женщин⁈

Пелена драконьего обаяния спала у меня с глаз.

— Через пару лет Алисия будет летать выше и ровнее.

— Через пару лет? — моя девочка надула губки, но продолжала сиять. Её радость ослепляла меня, и всё же я должна была прервать идиллию.

— Может, через пару месяцев. Как будешь тренироваться. Я найду хорошую учительницу.

Я сделала знак Глории, чтобы она увела Алисию. Крейген нахмурился и тоже отпустил слуг.

— Что случилось? — спросил он, присаживаясь на соседнее кресло. — Это тётя Эйприл обидела тебя? Мне сказали, что она выбегала отсюда с таким лицом, будто ты опалила ей хвост.

Крейген пошутил удачно. Он намекал, что я почти драконица, и на любовь своей тёти к перьям тоже. Я улыбнулась, но мысленно одёрнула себя. Не дай, Вероника, запудрить себе мозги!

— Ты выиграл. Я поздравляю тебя с победой. И с заключением помолвки с леди Эстер. Не трудись отрицать, твоя тётя была здесь. И леди Эстер