Вдова с ребенком для лорда-дракона - Ингрида Пюли

Я было открыла рот, чтобы произнести заветное «да», как в дверь настойчиво постучали.

— Именем короля, откройте немедленно! — прогремело с улицы.

Глава 20

— Что случилось? — встрепенулась я, а сердце сжалось от недоброго предчувствия.

— Не бойся, — проговорил Крейген, но скулы его резче обозначились на лице, а под кожей снова проступила чешуя.

Слуга отправился открывать дверь, а мы вышли в прихожую, каждый стараясь безо всяких сговоров выглядеть так, будто ничего плохого произойти не может.

И всё же я понимала, что представители власти не врываются вот так под вечер без предупреждения, чтобы принести приглашение на званый вечер.

Вошедший оказался жандармом в синем сюртуке, в сопровождении двух людей, похожих на тени, выражения лиц которых выдавало лишь их безразличие к происходящему. Будто всё это повторялось для них не раз, и всегда у тех, за кем пришли, были одни и те же набившие оскомину, вопросы. Заверения в невиновности, в которую никто не верил.

— Милорд Вильсент, именем его величества, вы задержаны по обвинению в использовании Драконьей жилы. Пройдёмте с нами. Миледи Клермонт приписано остаться в этом доме до дальнейших распоряжений, — произнёс высокий чин в синем сюртуке, посмотрев в мою сторону будто, опасался женской истерики.

Я лишь ухватилась за руку своего дракона, хотела показать этим пожатьем, что останусь на его стороне.

Крейгену протянули свиток с королевской печатью, точь-в-точь такой же, как тот, что я читала полчаса назад. Я молча следила за лицом своего мужчины, и моё сердце подсказало: хороших вестей ждать не стоит.

Ожили кошмары, которые я похоронила в сердце. Вот сейчас и этот дракон с посеребренной прядью в светлых волосах исчезнет, и больше я его не увижу. В королевских замках во всех мирах, во все времена достаточно просторные подвалы.

— Что такое Драконья жила? — тихо спросила я, понимая, что сейчас Крейгену не до меня.

Не желая возбуждать интерес в тех, кто пришли за ним, дабы потом не исказили мои слова, но мне больше не от кого было почерпнуть сведения.

А лучше знать все тонкости дела, чтобы защищаться.

Мы будем защищаться, чего бы нам это ни стоило!

— Вероника, ничего не бойся, — Крейген кивнул стражникам и повернулся ко мне.

Взял за обе руки и посмотрел в глаза твёрдо, безо всякого страха.

— Тебе с Алисией ничего не грозит. Скоро сюда приедет мой друг, он всё тебе объяснит.

— Друг?

Не может быть, чтобы у Крейгена был друг, о котором я ничего не знала. Отчего же его не было на турнире?

— Он в изгнании, — словно прочитал мои мысли Крейген. — Это Драйзен Лезинг, артефактор, он мне помог с твоими бумагами. Он всё объяснит. А я надеюсь, что это недоразумение скоро разрешится, и мы продолжим наш разговор.

Я перевела взгляд на сановника в сюртуке и прочла на его лице то, чего опасалась: не разрешится. По крайней мере, не в нашу пользу. Он и его подручные слышали такое много раз, и ещё никто не вернулся из застенка тайной полиции. Или как там у них называется ведомство по поимке незаконных магов!

— Мне пора!

— Подожди, — окликнула я дракона уже на пороге. — Я согласна стать твоей женой.

Лицо Крейгена, на котором уже лежала печать виновного, вдруг просветлело. Он даже улыбнулся и кивнул.

— Скоро вернусь, — бросил на прощанье, и дверь за ним затворилось.

— Миледи желает горячительного? — с невозмутимым спокойствием спросил дворецкий — старый и верный слуга Крейгена, которому с лёгкостью можно было дать как семьдесят, так и пятьдесят лет. В зависимости от освещения и уместности ситуации.

Когда требовалась его помощь, то он вдруг становился стержнем, вокруг которого всё начинало вращаться с выверенной точностью. Как надёжные часы, пробившие в гостиной девять ударов.

— Спасибо, Янсон. Горячительное не помешает. Двойную порцию, в гостиную.

Слуга поклонился и, завидев Глорию, спустившуюся со второго этажа и готовую запричитать, строго произнёс:

— Не смей расстраивать госпожу! Делай всё, что скажут. И не более.

Глория, набравшая воздуха в лёгкие, тут же выдохнула и растерянно посмотрела на меня.

— Что прикажете, миледи?

У меня не было ни единой мысли.

— Приготовь ванную.

И когда она умчалась выполнять приказание, я спросила дворецкого:

— Кто такой Драйзен Лезинг?

— Опасный и опальный артефактор, миледи. Держу об заклад свою съёмную челюсть, что через пару часов он самолично представится вам.

Глава 21

Старый слуга не обманул. Прошло пару мучительных часов, вовремя которых я успела выпить, запить горячительное кофе, принять ванную, и снова спуститься в гостиную, чтобы подумать о дальнейшем.

Слишком мало я знала, и слуги не могли мне рассказать большего. Я раздумывала о том, как помочь Крейгену, но быстро признала, что до приезда его друга бессильна.

И о том я думала, как рассказать всё Алисе, когда она проснётся. Врать бессмысленно, она у меня смышлёная, да и служанка наверняка проговорится, рассказать правду страшно, потому что я не знаю, насколько всё серьёзно.

Когда в дверь позвонили, я уже сидела как на иголках. Вопреки этикету вышла в коридор, чтобы самолично встретить гостя.

На улице шёл ливень, и я уже не надеялась, что господин артефактор приедет до наступления утра.

Но он явился.

От вошедшего высокого господина веяло тайной. Он был одет по столичной моде, мог сойти за щёголя, но когда снял шляпу, я увидела медного цвета волосы, россыпь веснушек и щербатый рот. Всё это придавало посетителю несерьёзный, даже немного комичный вид, будто вошедший не артефактор, а актёр, неумело его изображающий.

— Миледи Клермонт, я устал с дороги. Давайте сразу к делу, — говорил он быстро, движения были излишне суетливыми, но точными.

— Прошу вас, — я указала на гостиную. — Я очень ждала вас.

— Как только получу свой чай, буду к вашим услугам, — иногда он присвистывал, будто змея. И я, наконец, поняла, что побаиваюсь его. Или у меня просто сдали нервы.

— По дороге я заехал кое-куда. Собрал информацию и захватил нечто важное из моей коллекции артефактов, оставленных в сейфе в моём столичном доме.

Саквояж, с которыми ходили земские доктора из фильмов, он поставил прямо на журнальный столик рядом с подносом с чаем и эклерами. Я только успела отодвинуть поднос, иначе бы кружки с блюдцами полетели бы на пол и разбились. Как мои надежды на спокойную жизнь рядом с Крейгеном.

На деревянный лакированный столик были