Зло во мне - Джеральд Бром

усвоила много уроков из своих прошлых ошибок и уже усердно работает над улучшением своей жизни. Я могу с полной уверенностью сказать, что Руби обладает добрым сердцем и душой, и рекомендую немедленно прекратить её испытательный срок.

Миссис Дженис Райт, Менеджер, Энтерпрайз, Алабама, YMCA

Руби продолжала смотреть на письмо, пока слёзы не затуманили буквы.

– Это всё его проделки, – прошептал голос. – Мистер Розенфельд, он всё испортил.

Руби скомкала письмо и бросила его в здание.

– Нам нужно найти его. Нам нужно всё исправить.

Руби вытерла слёзы, села на велосипед и начала крутить педали в сторону трейлера мистера Розенфельда.

Глава 6

ВУРДАЛАКИ

Руби въехала на велосипеде в свой район и остановилась, чтобы перевести дух, – она была вся в поту. Усердная езда немного прояснила её голову; хор теперь звучал отдалённым гулом.

– Каков план, Руби Такер? – спросила она себя, уставившись на кольцо.

– Ты знаешь, что должна сделать, – прошептал странный голос.

Руби потёрла лоб, сжала глаза и увидела вспышку: мистер Розенфельд лежит на земле с перерезанным горлом.

– Нет! – закричала Руби. – Никогда. Я не могу этого сделать!

– Он не оставил тебе выбора.

– Я люблю этого человека.

– Он не человек. Ты знаешь это.

Тогда она увидела мистера Розенфельда из своего сна, того, у которого горящий красный глаз сверкал изо лба. Только теперь она была уверена, что это был вовсе не сон. Нет, он был в её комнате.

– Он демон.

– Нет!

– Да, – настаивал голос, и это было почти так, словно она произнесла это сама. – Он обманул тебя. Он хочет твою душу.

– Д… да, – сдалась она, и было приятно впустить эту правду. – Да. Боже, да. Теперь я всё вижу.

– Он завладел тобой. Если ты хочешь остановить его, хочешь спасти свою душу. Ты знаешь, что должна сделать.

Она знала, но всё равно покачала головой.

– Ты должна убить его, Руби.

Она изо всех сил старалась не слушать, но это было так трудно. Голос звучал так уверенно, так искренне, но, что важнее, он звучал как друг, как самый любимый друг.

– Я причиню ему боль, если придётся. Всё, что потребуется, чтобы он снял это кольцо. Но я не стану его убивать.

– Он хитрый демон. У него будут ловушки.

Руби внимала каждому слову.

– Он хочет съесть твою душу.

Руби вздрогнула, затем услышала отдалённую сирену, моргнула, вспомнив, что у неё мало времени.

– Я не вернусь в психушку. Ни за что, чёрт возьми. Убираюсь отсюда к чёртовой матери. Угоню машину, если придётся. Всё, что потребуется.

– Всё, что потребуется, – отозвался голос.

Она направила велосипед вниз по улице, быстро крутя педали, направляясь к своему дому. Ей нужно было забрать кое-что: свои деньги, сменную одежду и…

И очень острый нож, – подумала она, не уверенная, была ли это её собственная мысль или мысль голоса, и уже не будучи уверенной, имеет ли это вообще значение.

Она свернула на подъездную дорожку, с облегчением увидев, что грузовика Эдуардо там нет.

Она бросила велосипед на газон и побежала по дорожке, переступая через садовые инструменты и кучу свежевырванных сорняков. Как только она достигла входной двери, её мать выскочила наружу, чуть не сбив её с ног.

– Ой, Руби! Дорогая, прости. Даже не заметила тебя. – Мать обошла её, ключи от машины звенели у неё в руке. – Опаздываю.

– Привет, мам. Подожди секунду.

Мать остановилась.

– Что такое, дорогуша?

– Мои деньги… знаешь, деньги, которые папа мне оставил. Они мне нужны.

– Ну, конечно, хорошо. Напомни мне, когда я вернусь домой.

– Нет, мне нужно сейчас.

– Прямо сейчас?

– Да.

Мать бросила на неё пронзительный взгляд.

– Что случилось? У тебя проблемы?

– Нет, – солгала Руби. – Почему ты всегда думаешь, что у меня проблемы?

Но она знала почему – потому что у неё были сплошные проблемы с тех пор, как умер её отец. Было и больше, и это имело много общего с психическими проблемами её отца, тем огромным беспорядком, который закончился его самоубийством. Она чувствовала, что мать сваливает её проблемы в одну кучу с проблемами папы, что так проще, проще винить какую-то таинственную унаследованную психическую проблему, чем, возможно, взять на себя хоть немного ответственности. Но, как ей часто приходилось напоминать матери, большинство трудностей её отца возникло из-за шести месяцев в лагере для военнопленных во Вьетнаме, а не из-за того, с чем он родился.

– Ты выглядишь бледной, – сказала мать. – Ты уверена, что в порядке?

– Просто перегрелась. Вот и всё.

Мать, похоже, ей не поверила.

– Дорогая, мы поговорим о деньгах сегодня вечером.

– Я не могу ждать до вечера.

– Почему нет?

– Ну… – Руби поняла, что у неё нет уважительной причины, кроме того, что она собиралась избить старого человека и сбежать из штата. – Эм… я… я нашла вариант с машиной… и, и, возможно, с квартирой. Но мне нужно действовать быстро.

Лицо матери прояснилось.

– Ты думаешь о том, чтобы съехать?

– Да, мам. Не выгляди так чертовски счастливо.

– Отлично. Эдуардо должен вернуться с минуты на минуту. Он будет рад пойти посмотреть машину с тобой. Он отлично разбирается под капотом. – Она ухмыльнулась. – Машины, то есть.

– Мам, деньги?

– У меня нет с собой двух тысяч, милая.

– Да, мам, я знаю. Чек. И там скорее четыре тысячи, а не две.

– Ну, у меня и этого нет на банковском счёте.

– Есть. Конечно, есть. Они на счёте, который оставил мне папа.

Мать отвела взгляд.

– Руби… послушай. У меня нет твоих денег. То есть, они у меня есть… просто не прямо сейчас. Их там нет.

– Что ты имеешь в виду?

Мать, казалось, искала нужные слова.

– Что ты имеешь в виду, мам? Где они?

Мать вздохнула.

– Я одолжила их Эдуардо.

Рот Руби отвалился.

– Т… ты что сделала?

– О, ну же, не сходи с ума. Это был заём. Просто заём. На его грузовик. Тебе не о чем беспокоиться, он вернёт.

Ярость вернулась вместе с жаром в груди. Хор начал петь.

– Ты отдала мои деньги… папины деньги, этому… этому, тупице? Этому чёртовому прихлебателю?

– Руби! – рявкнула мать. – Что с тобой? Если ты думаешь, что я буду стоять здесь и слушать, как ты так говоришь об Эдуардо, то подумай ещё раз. Честно, с меня хватит твоего поведения. Эдуардо просто нужна была небольшая помощь, небольшой толчок. Не знаю, заметила ли ты, но ты, конечно, получаешь много помощи здесь. Когда ты в последний раз платила за аренду?

– Что? Я плачу свою долю! Намного больше,