Упал намоченный 2 - taramans

Немудреные шутки в милиции были всегда в цене, и народ развеселился. Однако женщины продолжали любопытствовать:

— А родители у тебя — кто?

Серега решил несколько придержать полную информацию, потому вроде бы и не соврал, но:

— Отец — инженер в мехколонне при строительном управлении. Мать — бухгалтер…

И опять — все тот же вопрос:

— А чего к нам, в Кировск?

Васильев решил придерживаться все той же легенды:

— Да как сказать… В сам Кировск — почти случайно. Попросил в кадрах УВД, чтобы отправили в какой-нибудь районный центр, не в Тюмень…

— Почему не в Тюмень? — приподняла бровь Таня.

«Вот же лиса любопытная!».

— Да, там как… В семье у нас, у мамы — точнее, у нее всегда был в чести мой старший брат. В школе — отличник, спортсмен, комсомолец-общественник…

— А где он сейчас? — «Не говорили тебе, Танечка, что любопытной Варваре, на базаре нос оторвали!»?

— Как раз сейчас он заканчивает Ленинградскую военно-медицинскую академию. Родители уехали на выпуск…

— Ага… А дальше? — поддержала в любопытстве подругу Болотова.

— А что дальше? Старший брат, значит, везде и во всем пример… Я в Свердловск уехал, в физкультурном учиться. Потом сразу — армия. И вот — здесь…

Зоя засмеялась своим грудным, памятным еще с прошлой жизни смехом:

— А ты, получается, сбежал от мамаши, неслух?

— Все верно, так и есть! — кивнул парень.

Женщины, посмеиваясь, принялись о чем-то шептаться, а потом Танька спросила:

— А рост у тебя какой?

— Сто восемьдесят четыре…

— Ну, хоть еще один высокий мужчина в отделении будет, — хмыкнула Болотова, — А то все одни шпендели.

— Это кто шпендель? — возмутился Городня, — За сто восемьдесят, если, так это верста коломенская.

— Это ты меня верстой коломенской обозвал? — опешил начальник отделения.

Мельник и впрямь был высок, и Степка смутился, принявшись оправдываться, что, вообще-то, средний рост мужчины — это до ста семидесяти пяти. Но в чем-то Сергей был согласен с Городней, а Зоя была неправа — те же Сысоев и Сергиенко были около среднего роста или чуть выше. То есть, вполне нормального роста были парни в отделении профилактики.

«Наверное, она по себе судит: с ее ростом, с ее статями Городня или же Юрка — курам на смех. И даже Сашка с Пашкой смотреться не будут!».

Наконец, Мельник, потирая подбородок, сказал:

— Ну ладно, поговорили, познакомились… Ты это, Ложников… Бери-ка молодого к себе стажером. Будешь, значит, наставником: расскажешь, покажешь ему все, с документами ознакомишь, с людьми познакомишь. А после стажировки будем решать, какой участок за ним закрепить.

Юрка грустно вздохнул, но согласился: он всегда был «крестным» у вновь назначаемых участковых. Самый грамотный из городских «околоточных», самый работоспособный… А скорее — самый безотказный из всех.

«Кто везет — на том и едут. Так было всегда!».

Под конец планерки в кабинет ворвался уже упоминаемый Гордеев Алексей Леонидович, капитан милиции, начальник отделения уголовного розыска. Сунув руку Васильеву, коротко буркнул:

— Алексей! — и не слушая ответа, громко объявил, — Мужики! Женя Кислый нужен — вот так вот!

Провел кистью у себя под подбородком.

— Затихарился где-то, сучий потрох. Так что: притащить, оформить на «пятнаху». Потом мы сами разберемся. И это… Кто отличится — с меня пузырь!

Собрались уже расходиться, когда Степка как будто мимоходом спросил у начальника:

— А чё — мотоцикл Эрика новенькому отдадут?

Как говорится, возникла немая сцена — на пару секунд. Мельник негромко пробормотал:

— Мля… Мотоцикл же!

Подлил масла в огонь Пашка Сергиенко:

— Петрович… Я видел — Глущенко мотоцикл Эрика в свой гараж закатывал.

— Глущенко? — было явственно видно, как уровень возмущения в глазах Мельника резко устремился ввысь, — Какого хера⁈

Сергиенко молча пожал плечами, мол: «я здесь при чем?».

— И ты молчал? — с прищуром уставился на Пашку начальник.

— Я тебе говорил, Петрович… Дня три назад, в дежурке…

— Подтверждаю! — вмешался Сысоев, — Пашка тебе говорил, я сам слышал.

— Бля… Ну, закрутился! А вы напомнить не могли? А ну — пошли разбираться! — скомандовал Мельник и рванул к выходу.

— Юр… — негромко обратился к Ложникову Сергей, — А в чем дело? А то я не понимаю…

— Эрик Гинтер… Наш старший участковый до недавнего времени, ты, кстати, на его освободившееся место пришел…

— Старшим участковым? — удивился Васильев, — С чего бы это?

— Да не старшим! — с досадой поморщился Юрка, — Просто на свободное место. Да и ладно, потом объясню… Так вот… Эрик перевелся в ГАИ. А у него мотоцикл был, как у участкового… Там не мотоцикл, а игрушка. Не новый, но очень ухоженный, Гинтер с него пушинки сдувал. Эрик его хотел с собой забрать, на свою новую должность, но здесь уже Мельник встал на дыбы — мотоцикл участковых, а потому — не хрен! Разругались они — вдрызг! Эрик в сердцах загнал «коня» к нам в гараж, а ключи на стол в дежурку кинул.

— А Глущенко — кто? — сделал вид ничего не понимающего салаги Серега.

— Глущенко… Глущенко, Серега, это такой геморрой для всего отдела, что… Хохол он, самый натуральный хохол! Ну и по совместительству — старшина отдела.

— Старшина отдела — хохол… — пробормотал Васильев, — Мля… И как вы еще голыми не ходите?

Ложников усмехнулся:

— Вот! Ты — понимаешь.

— И получается, что мой мотоцикл какого-то хера к себе в гараж укатил этот самый Глущенко? Пиздец! А ну-ка, пошли быстрее… — и Васильев потянул наставника за собой.