Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль

– О да, в этом я уверен. Вот, я набросал небольшой портрет.

Когда Феодор развернул альбом, Роберта как молнией поразило. С белого листа на него с улыбкой смотрел Эймс, ночной грабитель, рассказавший ему о конторе, билетах и острове. Роберт медленно выдохнул через нос. Вот же пройдоха. Чистые резюме у них, как же.

Патти плюхнулась на стул напротив и заговорщически осмотрелась. В вагоне больше никого не было – даже бармена. Часы показывали шесть утра.

– Роберт, мне удалось кое-что выяснить, – произнесла Патти тихо, когда Роберт вернулся с чашкой кофе. Он чуть приподнял брови, глядя на нее скептически. Его вера в человечество стремительно улетучивалась.

Патти достала несколько бумаг. Роберт присвистнул, глядя на фамильное древо семьи Миликан. Ему показалось на долю секунды, что он знал кого-то из них, во всяком случае, ему приходилось слышать эти имена, но отсутствие портретов мешало вспомнить. Он решил не заострять на этом внимание и скосил глаза в самый низ листа.

– Бинго. У Ивонн есть брат.

Поезд вдруг закачался. Это было немного жутко – или виноваты были их растрепанные нервы? Патти вдохнула поглубже. Дыхательные упражнения только входили в моду, и ей все никак не удавалось ими овладеть.

– Как, говоришь, их фамилия? – Патти нахмурилась. Ничего не приходило на ум. Впрочем, она и не обладала целой медицинской картотекой или чем-то вроде, у нее были лишь ее издательские знакомства. Роберт перехватил ее взгляд. Страсть к периодическим изданиям была их общей, и он, как газетный сыщик, решил поставить на эту лошадь.

Они стянулись к центру столика и начали обсуждение. Феодор перевернул страницу в альбоме. Ронни уснул в углу. Они перебирали сферу за сферой, какие-то новости или громкие полицейские дела. Феодор заносил заметки, не принимая особого участия в беседе. К семи часам они почти полностью выдохлись. Тогда они растрясли Ронни, и он сходил выпросить у Калеба рыбных бейглов.

– О, знакомое имя! – хмыкнул он, мельком взглянув на генеалогическое древо, которое сам же стащил. Роберт затравленно посмотрел на него. Патти изогнула брови.

– Ты о нападавших?

– О… не совсем. Джером Миликан был большим дядькой с деньгами у нас в приюте. Ну, из этих, которые привозят игрушки или одежду.

– Боже мой, Ронни… значит, ты приютский? – Патти приложила ладонь к груди.

– На это сейчас нет времени. – Роберт втиснул еще один стул рядом с собой. – Выкладывай все, что помнишь об этой семье.

Ронни неловко повел плечами и неуклюже присел на край стула.

– Ну, они снабжали приют какими-то вещами. Мылом там всяким. Иногда на праздники привозили мясо или сахар. Потом перестали.

– Тебе известно почему?

– Ходили некоторые слухи. Я не очень помню, мне было-то…

– Сколько? – Патти коварно улыбнулась. Ронни накуксился.

– Это, короче, давно было. Лет пять уж прошло, а то и семь.

Роберт кивнул. Ронни гипнотизировал бейгл. Что ж, это какая-никакая ниточка…

– Кажется, – вновь подал голос Ронни, не сводя взгляда с бейгла, – их папка пустил себе пулю в лоб.

Патти вытаращилась на него. Он посмотрел на нее и развел руками. Ну а он-то чем виноват?

– Значит, его дети должны были попасть в приют?

– Если и попали, то не в мой. Да и они, выходит, постарше все-таки. Может, и остались жить с долгами.

– Почему с долгами?

Ронни вжался в стул. Патти ощущала, как его мозг лениво шевелится в черепной коробке.

– Потому что они разорились. Вроде.

– Ну если они перестали помогать приютам, вероятно, это так, – задумчиво произнес Феодор.

– Может быть, его предал партнер? В наше время это случается сплошь и рядом. Адвокаты прописывают огромные неустойки на такой случай. – Патти подвинула тарелку к Ронни.

– Да, но если это было семь лет назад, такой моды еще не было заведено. Тогда и договора́-то, мягко говоря, не везде применялись. Если я правильно помню. – Феодор застенчиво улыбнулся.

– Постойте, Миликаны… – Роберт повернул голову к окну. В его сознании вертелось что-то, что никак не хотело попадаться на язык, и он, напрягшись, силился вывести эту мысль на свет. Когда его осенило, он побледнел.

– Думаю, у меня есть идеи, почему они хотели напасть на меня. Это было не семь лет назад. Четыре или около того. Джером Миликан – изобретатель протезного крепления и… не могу вспомнить чего еще, если честно.

– Ты имеешь в виду… – Патти поняла, куда ведет Роберт.

– Да. Семья близко сотрудничала с Федеральным бюро расследований и правительством в целом. Их разработки использовались в первых опытных образцах встроенного оружия. Это могло стать прорывом.

– Но не стало?

– Боюсь, причина этому «не стало» – мой отец.

Патти мученически изогнула брови. Едва ли теперь Роберт будет отрицать, что целью нападения был он. Боже, совершенно непричастный к делу человек ранен, Ивонн едва живая, а подельник, который, вероятно, был ее братом… и думать страшно! И все из-за одного изобретения?

– Наш опытный образец был дешевле в производстве. Госзаказ официально отменили. Джером остался, должно быть, с огромным долгом и без права продажи произведенных протезов.

– Роберт, это ужасно!

– Но таков мир бизнеса. После магического катаклизма протезам понадобилось и магическое оснащение, и оно отлично встало на изобретения Вельтов. – Он снял перчатку с левой, протезированной руки, будто в подтверждение своих слов. – Государство сделало верный выбор.

– Утопив в долгах целую семью.

Они помолчали. Колеса поезда мелодично пели, шелестя по рельсам. Пар стелился по крыше и спускался к окнам на левой стороне. Было трудно не зевать после бессонной ночи, полной тревог и борьбы.

– Нужно найти подельника. Думаю, он все еще где-то тут.

Патти улыбнулась и потрепала Ронни по голове.

– Спасибо. Ты очень помог.

Он ответил ей встречной улыбкой.

Позавтракав, они оставили Феодора и двинулись к третьему вагону. Солнце, пробиваясь сквозь редкие деревца юго-западной части Маунт-Церры, врывалось через оконные рамы, и оттого их тени причудливо мигали на отделанных деревом стенках. У самого входа их встретила пара курящих людей в форме ремонтников.

– Какого черта? – Роберт широко шагнул к ним. Двое, очевидно, решившие передохнуть от починки крыши, мгновенно выкинули окурки в окно и поспешили удалиться, но Роберт схватил одного из них за ворот. Второй застыл, непонимающе глядя на него.

– Иди, – коротко бросил Роберт, и проводник (это действительно оказались проводники!), виновато улыбнувшись, скрылся в его купе.

Патти вынырнула из-за спины Роберта.

– Кто это?

Роберт выдержал небольшую паузу.

– Незваный гость, решивший, что мой дом отлично подходит для ночной экскурсии.

Эймс немного побарахтался в суровой хватке Роберта, но быстро сдался. Глядя на Патти, он пожал плечами, а после сделал неловкий