Возвышение Дворца Божественного Величия - Аньинь Ду

коем случае не действуйте сгоряча. Взвесьте свои силы и оцените навыки владения оружием, если вам и впрямь придется сойтись в бою с Ледяным стражем Будды: кто выйдет из схватки победителем? Какой козырь вам нужно предъявить, за какую ниточку потянуть, чтобы он принял наше предложение? – договорив, Дуань Чуньян поднялся и взглянул на небо.

Круглый диск луны был абсолютно белым, на нем не было ни единого пятнышка. Ни одного намека на красный цвет.

– Видимо, я ошибся с предсказанием, сегодня нам не увидеть Кровавую луну. Что ж, это неплохо, пускай народ Поднебесной пока живет в покое. – Дуань Чуньян отер лоб тыльной стороной ладони. Он вовсе не переживал, что ошибочным предсказанием может пошатнуть свой авторитет, и поднял ногу, собираясь улететь.

– Наставник, обождите, я еще в одном деле хотел у вас совета попросить. – Юйвэнь Чжоу схватил даоса за рукав, опасаясь, как бы тот не взмыл в небо и не умчался прочь.

– Сановник, тот, кто желает успеха, должен действовать неожиданно! Чтобы убедить Ледяного стража Будды, вам необходимо действовать просто, спокойно и быстро, незачем тратить кучу денег, времени и сил.

Дуань Чуньян взмахнул рукавами, наклонился, снял обувь, босыми ногами встал на изображение инь и ян на полу у Башни Владыки Лао и побежал на месте. Вокруг него начал сгущаться серебристый туман, полы белого одеяния закружились в танце. Он стал похож на небожителя в заоблачном царстве.

Юйвэнь Чжоу остолбенело стоял за пределами плиты инь-ян и молча наблюдал за Дуань Чуньяном, никак не в силах понять его истинных намерений. Поднять войска и устроить мятеж – если дело завершится успехом, то все хорошо, а если потерпеть поражение, то истреблению подвергнутся девять поколений рода. Ради чего даос готов идти на такой огромный риск?

– Сановник, я всего лишь даосский наставник, занимающийся поиском эликсира вечной жизни, для меня богатства и слава в миру так же незначительны, как пыль. Долголетие и вечная жизнь – вот к чему я стремлюсь, – сделав восемьдесят один шаг[23], Дуань Чуньян остановился, со спокойным видом повернулся к Юйвэнь Чжоу и добровольно открыл ему свои устремления.

– И это все? Вы настолько бескорыстны и свободны от желаний? – Юйвэнь Чжоу было трудно поверить словам даоса.

– Воробьям не понять устремлений лебедя, а гусь свинье не товарищ. Чтобы иметь возможность продолжать попытки создать эликсир вечной жизни, мне необходима ваша всесторонняя поддержка, сановник. Если средств к существованию недостаточно, изучение дао-пути и самосовершенствование – всего лишь пустая фантазия!

Дуань Чуньян взмахнул метелкой фучэнь, задержал дыхание и вдруг громко свистнул, вытянув шею. Звук этот звонко разлетелся во все стороны, отдаваясь эхом от горных долин, поднимая в воздух перепуганных птиц. Свист Дуань Чуньяна словно встряхнул Юйвэнь Чжоу – он был как крик орла, расправившего крылья и приготовившегося взмыть в небо, возглас, полный дерзких амбиций, боевого духа и душевного подъема.

– Орел иногда летает ниже курицы, но курице никогда не взлететь так высоко, как орлу, – остановив кичливый свист, Дуань Чуньян медленно оглянулся назад.

При виде его абсолютного спокойствия Юйвэнь Чжоу затрепетал, ломая про себя голову, чем же можно подкупить даоса. Видимо, только смертью.

– Наставник, кто же эти орел и курица, о которых вы говорите? – сощурился Юйвэнь Чжоу, утихомирив свое сердце. Он всей душой надеялся, что Дуань Чуньян, этот мудрый даос, ищущий дорогу к бессмертию, решил создать с ним союз потому, что увидел в нем орла, человека, которому суждено стать правителем.

– Сановник, орел, конечно же, вы, а курица – это я.

Услышав такой ответ, Юйвэнь Чжоу во все горло расхохотался – даос и впрямь насквозь его видит! Он потрепал Дуань Чуньяна по плечу. Поднебесная будет принадлежать ему! От ликования ему захотелось рассмеяться еще сильнее.

– Сановник, не торопитесь пока со словами. Поднебесная все еще принадлежит тому, кто сейчас в небесных садах Сюаньпу в горах Куньлунь, – с серьезным видом предупредил его Дуань Чуньян.

– Ну и что с того? Он рано или поздно станет трупом, а Поднебесная останется в руках рода Юйвэнь! – Юйвэнь Чжоу уже разделил шкуру неубитого медведя.

– Однако Режущий драконов, драгоценный меч государя, прервал жизнь уже не одного доблестного мужа, не стоит недооценивать его! – вопреки всем ожиданиям Юйвэнь Чжоу, в словах Дуань Чуньяна мелькнули страх и беспокойство.

Он думал, что даос безразличен к любым внешним потрясениям, а оказалось, что тот тоже боится смерти.

– Верно, у него есть меч Режущий Драконов. Но разве Небеса могут оставить безнаказанным этого душегуба, убившего столько доблестных мужей? Мне как раз пристало выступить вперед и остановить злодея! – взмахнув обеими руками, Юйвэнь Чжоу изобразил стремительный мощный удар с грозным видом справедливого судьи, назначенного самим Небом.

– Доблестные мужи могут умереть, душегубы тоже могут, – равнодушно произнес Дуань Чуньян.

Услышав это, Юйвэнь Чжоу почувствовал, как мороз побежал по коже: он понял скрытый смысл слов даоса. Даже если он сможет убить Юйвэнь Ху, не стоит забывать, что и он смертен. Однако, если хорошенько подумать, в свое время они заключили союз крови, вместе подняли восстание, но разве Поднебесная в итоге досталась Юйвэнь Ху не потому, что сам он струсил, испугался бесславной кончины? Ну остался он цел и невредим, и что с того? У Юйвэнь Ху есть все, а у него ничего, от этого в душе все эти годы копилось недовольство, и теперь он взорвался, как цветочные почки, что раскрываются, едва сойдут льды и снега.

– Наставник Дуань, вы, вполне возможно, обретете бессмертие, погибнете или нет – на то воля Небес. А что касается меня, ну так я уже умирал. Благородный муж не страшится смерти, раз уж решено, значит, нужно отбросить все мысли об отступлении и идти до конца! – горделивыми речами Юйвэнь Чжоу попытался задавить страх, зародившийся в сердце.

– Сановник, с вашей уверенностью и бесстрашием можно сказать, что дело уже наполовину сделано! – Дуань Чуньян раскрыл ладонь и загадочно улыбнулся.

Дело сделано наполовину – неплохое начало. Сгорая от нетерпения, Юйвэнь Чжоу спустился с горы и вернулся в поместье. Улегшись на кровать, он погрузился в глубокие размышления – как начать разговор с Ледяным стражем Будды? Как убедить его заключить союз и решиться на грандиозный поступок, который перевернет ход истории?

Сюэ Цыбэй стоял на коленях подле кровати и разминал ему плечи и шею, одновременно с этим неустанно декламируя священные каноны.

– Ты весь день не затыкаешься, о чем таком ты с Буддой беседуешь? – грубо спросил Юйвэнь Чжоу, нетерпеливо прервав слугу: от декламаций у него уже уши в трубочку свернулись.