Пузырь - Чо Ыно

Впрочем, радости это не принесло. Хангёль сейчас был для меня не престижным наставником, которым все восхищались, а другом, который от меня отвернулся.

95‐й заметил мое выражение лица и щелкнул ручкой, привлекая внимание.

– Подытожим: в основном мы побывали в чайной, на перекрестке у института оценщиков и в мэрии.

– Кажется, ничего не подходит…

Один из соучеников тяжело вздохнул, но другой поднял руку и возразил:

– Думаю, чайная вполне подойдет. В разговоре же может возникнуть конфликт, правда? Сможем потренироваться избегать его и в такой обстановке.

– Да ну, в чайной‐то кто станет ссориться? Все спокойно общаются.

– Потому что все уже знают, как избегать конфликтов. А мы только учимся. По-моему, вполне подходящее место для практики.

– Не согласен.

К спору подключились новые голоса, разговоры смешались. Несколько человек повысили голос, и взгляд 95‐го, который записывал мнения, слегка дрогнул.

– А вы сами что думаете?

Тот, кто предложил чайную, вернул вопрос. Было заметно, что он обижен. Пока спорщики приводили один довод за другим, я наблюдала за выражениями лиц. Все, кто уже высказался, заметно помрачнели. У меня появилось плохое предчувствие.

Я быстро обернулась и заметила, что Хангёль наблюдает за нами и прежде всего – за теми, чьи лица изменились. Он улыбался, но, присмотревшись, можно было понять, что улыбка фальшивая. Точно такая же, как когда я говорила глупости, не понимая объяснений.

Когда он поднял ручку, чтобы что‐то записать, у меня невольно вырвалось:

– Я думаю…

Рука Хангёля замерла. К счастью, я никого не перебила и все тут же внимательно посмотрели на меня.

– Думаю, правильного ответа просто нет. Важно только то, как мы обсуждаем и насколько внимательно следим за чувствами друг друга.

Я старалась не смотреть в сторону Хангёля. Использовать его привычки было бы нечестно. Но сразу, как я закончила, 95‐й обернулся, увидел, что экзаменатор замер с ручкой в руке, и вскочил.

– Верно. Чуть не забыли об оценочных критериях. Предлагаю высказываться по очереди. Один говорит – остальные либо молчат, либо выражают согласие.

Оглядевшись, 95‐й взял со стола флажок с цифрой и передал его соседу справа.

– Чья очередь – тот держит флажок. Так не будет перепалок.

Предложение оказалось удачным, и лица тех, кто минуту назад, казалось, не мог сдержать эмоций, снова приняли спокойное выражение. Тот, кто получил флажок, поднял его на уровень плеча и заговорил. Все молча слушали. Кому‐то это явно не понравилось, но возражать он не стал.

Хангёль провел ручкой по уголку рта, будто скрывая улыбку. На мгновение мне стало тепло от нахлынувшей нежности, но, стоило вспомнить, как он от меня сбежал, все исчезло. Осталась только обида вперемешку с упрямством.

«Ладно. Делай как хочешь. Я тоже поступлю по-своему».

Если Хангёль не собирается объяснять, я все выясню сама. Я запомнила, как из склада вывозили ящики. Если проследить, куда их доставляют, многое станет понятнее. А для этого нужно снова попасть в запретную зону.

Ситуация складывалась удачно. Нам дали право выбрать место для практики, и здесь Хангёль просчитался. Теперь главное – чтобы выбрали локацию поближе к запретной зоне, тогда у меня будет шанс ускользнуть.

«Придется убедить всех, все двадцать человек… хотя, может, и нет. Если хватит хитрости, достаточно уговорить только одного – самого главного».

– Действительно отличная идея.

95‐й сияюще улыбнулся тому, кто только что высказался. С тех пор как Хангёль отвлекся от нас, он неустанно выказывал согласие, дополняя слова идеальной мимикой – вербально, невербально и паравербально. В нем чувствовалось твердое намерение ни за что не спорить, но какое‐то очень неискреннее. Мне же нужно было, чтобы он согласился по-настоящему.

– Теперь вы, ноль седьмая. Выскажите свое мнение, пожалуйста. – Сосед вежливо передал мне флажок.

Я приняла его обеими руками, вдохнула и медленно выдохнула.

– Я бы хотела сходить в библиотеку.

Глаза 95‐го вспыхнули. Хороший признак!

– Во-первых, в библиотеке много книг, вокруг которых можно развернуть дискуссию. Мы могли бы выбрать одну, прочитать ее и затем обсудить – выглядит как неплохая практика по предотвращению конфликтов.

А еще можно было сделать вид, что читаешь, и незаметно выйти наружу. К счастью, 95‐го уже распирало от нетерпения.

– Во-вторых, в библиотеке есть специальные комнаты для обсуждений. Если заранее попросить, то нам выделят одну и мы сможем зайти туда все вместе. Даже если мы поспорим, то не помешаем другим, будет не так опасно для сообщества.

Конечно, самая важная из моих причин заключалась в том, что в библиотеке легко укрыться от взгляда оценщиков и до запретной зоны оттуда рукой подать. От 137—02 – всего десять минут бегом. Но эту мысль я поспешила проглотить.

Закончив объяснение, я передала право слова следующему – 95‐му. Он немного поколебался, а потом отодвинул в сторону тщательно сделанные заметки.

– Мне тоже кажется, что библиотека – хороший вариант.

Я торжествующе улыбнулась про себя. Место для выездного занятия было выбрано, причем обоснования 95‐го прозвучали куда убедительнее, чем моя наскоро придуманная отговорка. Судя по тому, как завороженно кивали остальные, обсуждать стало нечего.

– Я последний, да? Тогда решаем? – 95‐й поставил флажок в центр стола. – Сколько вариантов у нас получилось?

– Так много, что я уже запуталась.

– Но ведь были совпадающие предложения? Их стоит считать за одно?

Члены группы зашуршали тетрадями, каждый вглядывался в свои записи. 95‐й все время что‐то тщательно фиксировал, но, пока готовил собственное выступление, кое-что все же пропустил и теперь путался.

Я незаметно придвинула к нему свои записи, и он одарил меня искренней улыбкой благодарности. Меня кольнула вина. Только теперь я поняла, что действую слишком естественно и слишком умело лгу.

95‐й зачитал получившийся список. Если убрать повторы, оставалось пять.

– Тогда что выберем?

– Мне плохо видно.

– Я сейчас перепишу крупно и положу в центр.

– Я тоже запишу.

По ходу разговора становилось ясно, что выбирать будем только из этих мест.

– Как же нам голосовать?

– Давайте подсчитаем, сколько человек хочет каждое.

– Но ведь если большинство за, это еще не значит, что место действительно подходит.

– Зато если кто‐то категорически против, это точно неподходящее место.

– Не думаю, что все так просто.

Разговор снова постепенно накалялся. Мне тоже захотелось вмешаться – выбор большинства и правда не всегда оказывается правильным. Конечно, мне выгодно было держаться за 95‐го и выступать за голосование, но с логической точки зрения это решение совсем не выглядело безупречным.

Я хотела возразить, но вовремя вспомнила критерии оценивания и сжала губы. «Умеете ли вы внимательно слушать других?» Если возражаешь – это уже не то. Из всех