Воздушная кавалерия. Том 9 - Джек из тени

но активируется она только в присутствии «гаранта». Твой отец был гениальным инженером, парень. Что-то мне подсказывает, что мы с ним похожи больше, чем считает моя помощница… А теперь мы этот замок снимем.

Строганов отступил на шаг. Его глаза полыхнули зеленым огнем. Он резко хлопнул в ладони.

Основной свет в помещении с громким щелчком вырубился. Зал погрузился во мрак.

Но тут же из куба, лежащего на ладони Ильи, в потолок ударил плотный, яркий свет проекции. В воздухе перед ними соткалось огромное, переливающееся синим светом родовое знамя Гончаровых.

Илья завороженно смотрел на него, не в силах оторвать взгляд.

— Это только обложка, — тихо произнес Кирилл.

На потолке отрисовалась карта Империи, где флажками были отмечены точки интереса Гончарова-старшего. И после нескольких минут Кирилл начал подозревать, что эта карта подозрительно похожа на ту, которую он видел в прошлой жизни.

Картинка дрогнула, карта рассыпалось на мириады пикселей, и проекция изменилась.

В воздухе повисли сложнейшие чертежи, трехмерные модели медленно вращались, демонстрируя каждую деталь.

Сначала появилась схема массивного турбинного двигателя, затем — молекулярная решетка какого-то неизвестного сплава, устойчивого к сверхвысоким температурам.

Картинка снова изменилась. Следующая проекция показывала систему распределения газовых потоков внутри жесткого каркаса.

После пятой смены изображения у Ильи отвисла челюсть. Чертежи собрались воедино.

Перед ними в пустоте бетонной комнаты медленно, величественно плыла проекция воздушного судна. Это был не классический дирижабль. Машина имела стреловидную, хищную форму, гладкую броню и систему закрытых движителей, интегрированных прямо в корпус.

А затем изображение рассыпалось, чтобы начать собирать новый агрегат.

— Это же… — прошептал Илья, не веря своим глазам.

— Верно, — грустно усмехнулся Кирилл, глядя на творение мертвого гения. — Твой отец не просто клепал броню для армии. Он разгадал часть секретов тех самых сибирских кубов, за которыми все охотятся. Он хотел подарить Империи ключи от неба.

Граф положил руку на плечо остолбеневшему подростку.

— И теперь эти ключи принадлежат тебе, граф Гончаров.

Глава 13

Званый вечер генерал-губернатора Урала Петра Аркадьевича Стрешнева, изначально задуманный как дежурный раут для снятия напряжения, мутировал в событие исторического масштаба. Стоило Наследнику обронить пару фраз по защищенному каналу, как бюрократическая машина Империи выдала форменный кульбит. Губернатор, запросив дополнительные ассигнования на усиление мер безопасности и расширение формата, приготовился к долгим торгам с министерством финансов. Вместо этого нужная сумма, превышающая первоначальную смету раз в пять, упала на казначейские счета региона уже к вечеру следующего дня без каких-либо проволочек.

Команда Стрешнева тут же переобулась в прыжке. Мероприятие спешно перенесли из стандартной губернаторской резиденции в загородный дворцовый комплекс, выстроенный еще в екатерининскую эпоху. Мраморные анфилады, колонные залы, гектары ухоженного парка — локация соответствовала столичному размаху.

Списки приглашенных перекраивались на ходу. Те уральские промышленники и аристократы, кто еще вчера брезгливо морщил носы, собираясь сослаться на мигрень и проигнорировать губернаторскую вечеринку, теперь рвали телефоны приемной, требуя подтвердить свое присутствие. Вторая волна пригласительных ушла в народ, зацепив тех, кто обычно полировал паркет лишь на праздниках гильдий. Купцы первой гильдии, владельцы средних рудников, чиновники рангом пониже — все они получили золоченые картонки и теперь судорожно скупали в бутиках Екатеринбурга фраки и бриллианты для своих жен.

Генерал-майор Куропаткин оценивал эту суету сугубо с профессиональной колокольни. Глава местного ИСБ превратил дворцовый комплекс в одну гигантскую мышеловку, напичканную электроникой и скрытыми артефактами.

В цокольном этаже дворца, замаскированном под винные погреба, развернулся оперативный штаб. Десятки техников в серых рубашках сидели перед мерцающими экранами. Куропаткин лично прохаживался за их спинами, заложив руки за спину.

В лепнину бальных залов, в хрустальные люстры, в массивные вазоны с экзотическими растениями были интегрированы микрофоны направленного действия и скрытые камеры, передающие картинку по пылевым каналам. «Официанты» разносили шампанское, попутно фиксируя, кто с кем уединяется в курительных комнатах.

— Писать всё, — коротко приказал генерал, глядя на россыпь мониторов. — Любой шепот. Любую пьяную браваду. Они сейчас напуганы и дезориентированы. Обязательно начнут искать союзников, сбиваться в стаи, обсуждать замороженные счета.

Информационное поле Урала искрило. Государственная Информационная Система перегревалась от наплыва трафика. Событие уже окрестили «Уральским балом», сравнивая его с приемами в Зимнем дворце. Но больше всего сетевую публику интересовали не наряды губернаторши и не меню от выписанных из Франции поваров. В фокусе внимания находился Имперский Аудитор.

Граф Строганов, еще недавно разносивший в щебень элитную недвижимость и подземелья банков, сегодня должен был предстать перед публикой в парадном костюме.

Кортеж Строгановых плавно катил по вечернему шоссе в сторону загородной резиденции. Внутри просторного салона бронированного «Руссо-Балта» царила деловая атмосфера. Кирилл сидел на кожаном диване, вытянув чуть ноющую левую ногу, и пролистывал сводки на виртуальном экране своего коммуникатора. Напротив устроилась Елена, безупречная в платье глубокого сапфирового цвета, подчеркивающем холодную красоту столичной аристократки. Рядом с ней — княжна Наталья Ростова в изумрудном шелке, открывающем ровно столько, чтобы свести с ума половину мужского населения Урала, но не нарушить жесткие рамки имперского этикета.

— Вы только почитайте эту дичь, — Кирилл хмыкнул, сбрасывая на общий экран салона выжимку из топовых веток местного сегмента ГИС.

Аналитика сплетен поражала воображение. Светские львицы и анонимные эксперты разворачивали целые баталии на тему состава семьи Строгановых. То, что рядом с Аудитором постоянно маячит наследница клана Ростовых, не давало покоя никому. Выстраивались километровые схемы плюсов и минусов грядущего династического брака. Полигамия в высшем свете была нормой, подчеркивающей статус и размер активов патриарха, но союз Ростовых и Строганова в одну семью ломал все устоявшиеся балансы сил.

«Рыжая фурия приехала метить территорию на Урале», — гласил один из комментариев, собравший тысячи лайков.

«Графиня Строганова одобрила вторую жену? Инсайд из первых рук — кольца уже заказаны у Фаберже», — вещал анонимный канал с миллионной аудиторией.

Наталья, пробежав глазами строчки, довольно рассмеялась, поправляя локон.

— А мне нравится их аналитика. Народ зрит в корень. Кирилл, ты когда Фаберже успел напрячь? Мог бы и посоветоваться, я больше люблю изумруды, чем бриллианты.

— Перебьешься, — ровно ответила Елена, не отрывая взгляда от планшета. — Твоя задача на сегодня — собирать слюни местных олигархов и фиксировать, кто из них попытается предложить нам сделку через тебя. Кольцо она захотела…

Кирилл проигнорировал перепалку дам. Его внимание зацепилось за другое. Подача материала в ГИСе была слишком грамотной. Слишком профессиональной. Тексты пестрели правильными акцентами, разжигая интерес, аккуратно подогревая тему, но не скатываясь в откровенную желтуху. Фотографии, прикрепленные к постам, были