Воздушная кавалерия. Том 9 - Джек из тени

на набалдашнике трости. Его тон стал почти примирительным, голосом умудренного опытом наставника. — Допустим, мы оказались в патовой ситуации. Вы защищаете интересы государства, мы защищаем свои инвестиции. Но мы же деловые люди. Любой конфликт вредит производству. Давайте искать компромисс.

— Я весь внимание, — Кирилл слегка склонил голову, изображая готовность слушать.

— Молодой граф, Илья, — Демидов произнес это имя с тщательно скрываемым пренебрежением. — Он пережил страшную трагедию. Потерял семью. Для ребенка его возраста это тяжелейший удар по психике. И теперь на его плечи ложится управление третью стратегического кластера. Это абсурд, граф. Он не отличит мартеновскую печь от прокатного стана. Он просто сломается.

Уральский патриарх подался вперед, заглядывая Строганову в глаза.

— Давайте будем реалистами. Мы готовы пойти на уступки. Мы создаем единый совет директоров. Мы, уральские промышленники, берем на себя полное операционное управление заводами, восстанавливаем логистику, гарантируем выполнение имперского заказа день в день. А вы, как опекун, разблокируете транзитные счета. Что касается Ильи… мы учреждаем для него новый траст. Десять процентов от чистой прибыли кластера ежегодно. Плюс полное обеспечение: лучшие клиники Европы для его матери, учеба в кадетском корпусе, который захочет, плюс содержание. Парень будет обеспечен до конца дней, не вникая в грязные производственные дела.

Демидов откинулся назад, довольный своим предложением. Оно звучало логично, щедро и… абсолютно лживо.

Кирилл прекрасно видел суть этой схемы. «Операционное управление» означало, что уральцы получат легальный доступ ко всей документации кластера. К закрытым лабораториям. К тем самым патентам и формулам сплавов, которые покойный Гончаров вытащил из аномальных кубов и зашифровал на крови своего рода. Они хотели получить технологии, откупившись от пацана процентом с прибыли, которую сами же будут рисовать в отчетах.

— Алиса, — мысленно бросил Кирилл. — Зафиксируй. Он только что расписался в том, что им нужны патенты. Заводы без технологий Гончарова для них — просто груда кирпича и железа.

— Уже в протоколе, босс, — мурлыкнула Искин. — Он прям светится от жадности.

Строганов медленно провел пальцем по серебряному набалдашнику своей трости в виде головы волка. Граф выдержал долгую, театральную паузу, позволяя напряжению достичь критической массы.

— Вынужден отклонить ваше великодушное предложение, Петр Игнатьевич, — голос Кирилла разрезал тишину. — Илья Сергеевич Гончаров не нуждается в слепых трастах и подачках с барского стола. Он законный владелец тридцати процентов кластера. И, что самое главное, он единственный законный правообладатель всех инженерных патентов своего отца.

Демидов едва заметно дернул щекой. Слово «патенты» было произнесено вслух. Столичный выскочка знал, где зарыта главная собака.

— Патенты — это лишь чертежи на бумаге, граф, — с нарочитой небрежностью возразил Демидов. — Формулы, понятные лишь узким специалистам. Без опытных управленцев и отлаженного производства они не стоят ничего. Илья — ребенок. Он не сможет внедрить их в процесс. Вы пытаетесь защитить то, что без нашей помощи превратится в макулатуру.

Кирилл тихо, коротко рассмеялся. Этот смех прозвучал искренне, и оттого показался уральским баронам еще более пугающим.

— Вы недооцениваете уральскую породу, граф, — Строганов поднялся на ноги. Его движения были плавными, но в них чувствовалась сжатая пружина. Он посмотрел на опешивших промышленников сверху вниз. — Илья оказался на удивление… восприимчивым мальчиком. Он прекрасно понимает, какое именно наследие оставил ему отец.

Кирилл сделал шаг к выходу из алькова, затем остановился и, обернувшись в пол-оборота, нанес финальный удар:

— Собственно говоря, именно поэтому я не вижу смысла в создании каких-либо советов директоров. Илья Гончаров, как законный правообладатель, в ближайшие дни начнет активно углубляться в операционные дела кластера. Будет присутствовать на производствах, вникать в логистику и проверять бухгалтерские книги. Разумеется, под моим чутким аудиторским контролем. Так что настоятельно рекомендую вам, господа акционеры, привести всю вашу документацию в идеальный порядок. Пацан оказался дотошным… Прямо как я…

Строганов вежливо, с легким издевательским поклоном наклонил голову.

— Приятного вам вечера, господа. Музыка сегодня просто великолепна.

Бархатная портьера сомкнулась за его спиной, оставив шестерых промышленников в гнетущей тишине.

Несколько долгих секунд в алькове слышалось лишь тяжелое дыхание. Первым не выдержал Зотов.

— Это безумие! — прошипел тучный барон, хватаясь за голову. — Пацану четырнадцать лет! Он ни хрена не смыслит в плавке стали! Строганов просто издевается над нами! Он выставит этого сопляка ширмой, а сам будет потрошить наши заводы!

— Он блефует, — нервно поддержал его Мамин, наливая себе еще коньяка дрожащими руками. — Не может ребенок разобраться в формулах Гончарова! Мы сами год бились над реверс-инжинирингом новых турбин, и все наши инженеры разводят руками! Это блеф, чтобы выбить из нас больше отступных!

Акционеры загомонили, перебивая друг друга, строя догадки и пытаясь убедить сами себя в нелепости происходящего.

И только граф Демидов сидел абсолютно молча. Его лицо потемнело, превратившись в маску из темного чугуна. Пальцы с такой силой сжимали трость, что побелели костяшки. Он не слушал истеричный щебет своих партнеров. Его острый ум старого хищника уже проанализировал слова Строганова и сделал единственно верный, пугающий вывод.

Строганов не блефовал.

Демидов вспомнил тот закрытый доклад своих аналитиков о событиях в Петербурге. О том, что Аудитор обладает слишком серьезной технологической базой на своих собственных производствах. О тех самых «кубах», секрет которых так тщательно охраняли имперские спецслужбы. Если Гончаров-старший оставил сыну не просто чертежи на бумаге, а информационный куб с ключом доступа… Если Строганов нашел способ активировать этот ключ для мальчишки…

Пацан не будет разбираться в металлургии годами. Он получит знания отца напрямую. Станет гениальным инженером за несколько дней. И тогда уральской коалиции действительно придет конец. Они станут не нужны. Их просто выкинут за борт, оставив с пустыми карманами.

Игра в терпеливое ожидание и финансовые интриги потеряла всякий смысл. Юридически Строганов обложил их со всех сторон.

«Значит, законные методы исчерпаны», — холодно подумал Демидов, глядя на паникующих партнеров.

Он медленно поднялся. Шум в алькове тут же стих.

— Хватит скулить, — презрительно бросил граф, окинув компанию взглядом. — У нас не так много времени, чтобы составить нужные бумажки. Граф любезно дал нам время подготовиться, так воспользуемся его предложением…

* * *

Граф Строганов покинул душный полумрак, оставив за спиной растерянных и обозленных акционеров. Выйдя в залитый светом тысяч хрустальных ламп главный зал губернаторской резиденции, Кирилл позволил себе легкую, едва заметную ухмылку. Музыка оркестра вновь набрала силу, заглушая гул голосов уральской элиты. Толпа пестрела дорогими костюмами и мундирами, шелком и бриллиантами.

Кирилл