Отныне и Вовек - Яков Сергеевич Рябов

в небе и на земле. Мы разбили их передовые отряды, но потом пришли их красные ящеры. Мои грифоны — лучшие бойцы в небе, но даже нам тяжело тягаться с драконами в одиночку. Мои разведчики доложили, что человеческая армия нанесла Орде сокрушительное поражение у столицы севера и теперь гонит их сюда.

Курдран ударил кулаком себя в грудь.

— Мой народ славится своим мастерством полета и громовыми молотами, милорд Артур. Мы не прячемся в подземельях, как наши изнеженные кузены из Стальгорна. Мы живем под открытым небом. Я слышал о вашем лидерстве и о том, как вы не побоялись бросить вызов огнедышащим тварям. Если вы позволите нам присоединиться к вашей армии, клан Громового Молота будет сражаться за вас. Мы очистим для вас это небо!

В глазах Артура вспыхнул огонь триумфа. Боги этого мира — кем бы они ни были — услышали его молитвы. Это был именно тот недостающий элемент мозаики, который был необходим для штурма мостов.

— Добро пожаловать в Альянс, Курдран Громовой Молот, — произнес Артур, протягивая руку. Курдран крепко пожал ее своей мозолистой ладонью. — Отдыхайте сегодня. На рассвете вы получите шанс доказать свое мастерство. Мы берем Мост Тандола.

Предрассветный туман плотным одеялом скрывал дно ущелья, когда армия Альянса выстроилась в боевые порядки у северного въезда на мосты. Тишину нарушал лишь мерный гул реки далеко внизу. Орки на южной стороне лениво перекрикивались, уверенные в своей неуязвимости. Два багровых дракона спали прямо на каменных парапетах, периодически выпуская из ноздрей струйки едкого черного дыма.

План Артура был прост, жесток и требовал идеальной синхронизации.

Когда первые лучи бледного солнца коснулись верхушек гор, небо над ущельем внезапно раскололось от пронзительного, клекочущего клекота. Из-за низких облаков, словно выпущенные из лука стрелы, прямо на позиции Орды обрушилась эскадрилья всадников на грифонах. Курдран Громовой Молот летел в самом авангарде.

Драконы, разбуженные шумом, взревели и попытались взмыть в воздух, набирая в грудь воздух для огненного залпа. Но дворфы были быстрее. Идеально маневрируя на своих грифонах, они уходили от тяжеловесных атак ящеров. В воздухе засверкали ослепительные вспышки. Дворфы раскручивали над головами свои громовые молоты — древнее оружие, зачарованное магией штормов. Со страшным треском молоты, окутанные голубыми молниями, полетели в цель.

Молнии били прямо в крылья и глаза драконов, дезориентируя их и заставляя в слепой ярости извергать пламя не на мост, а в пустоту ущелья или на собственные баррикады. Те же наездники грифонов, что прорвались мимо драконов, обрушили град метательных молотов на скопления огров и орков, сея панику и смерть в их плотных рядах.

— Сейчас! — скомандовал Артур.

Рыцари Серебряной Длани — Утер, Туралион, Гавинрад и Тирион — возглавили клин тяжелой пехоты, ударивший прямо по мосту. Они бежали в сомкнутом строю, укрывшись за высокими щитами. Золотой Свет, исходящий от паладинов, слепил вражеских арбалетчиков, мешая им целиться.

За ними, подобно неумолимому богу войны, скакал Артур. Как только авангард достиг баррикад, король спешился. Огромный огр, чья дубина была усеяна шипами, попытался преградить им путь, обрушив свое оружие на строй щитов. Строй дрогнул, несколько солдат Лордерона упали с раздробленными костями.

Артур шагнул вперед. Он не стал принимать удар на щит; вместо этого он скользнул под занесенной дубиной и одним невероятно быстрым, плавным движением снизу вверх нанес удар Экскалибуром. Зачарованная сталь прошила толстую шкуру и мускулы огра так же легко, как портновские ножницы режут шелк. Чудовище с ревом рухнуло замертво.

Воспользовавшись брешью, паладины ворвались на баррикады. Боевые молоты Утера и Туралиона крушили орочьи черепа, а их магия исцеляла раны тех солдат, что падали рядом с ними. Артур находился на острие атаки. Орки, узнавшие сияющий меч и неуязвимого воина, чьи доспехи могли быть пробиты, но плоть никогда не кровоточила, впадали в панику. Командиры Орды кричали, пытаясь удержать строй, но под ударами с земли и непрерывными ударами молний с небес их оборона рассыпалась.

Понимая, что удержать мост невозможно, оркский командир гарнизона отдал последний, отчаянный приказ: подорвать заранее заложенные бочки с порохом, добытым у гоблинов, чтобы обрушить пролет моста.

Артур увидел, как несколько орков-саперов бросились с факелами к основанию дворфийской арки. Если им это удастся, Альянс застрянет здесь на долго, а Оргрим безнаказанно уйдет.

— Кадгар! — крикнул король бриттов, не оборачиваясь.

Маг, тяжело дышавший в арьергарде, понял все без лишних слов. Он сконцентрировал в своих руках поток тайной магии и выпустил ледяной шквал, который пронесся над головами сражающихся. Сверхъестественный холод ударил по саперам, мгновенно заморозив и их самих, и их факелы, превратив фитили в куски бесполезного льда.

Спасенный мост стал ареной финальной резни. Оставшись без прикрытия драконов — которые, израненные и дезориентированные грифонами Курдрана, были вынуждены с позором отступить на юг — арьергард Орды был полностью уничтожен.

К полудню Мост Тандола был очищен от врага. Золотые знамена Альянса реяли над южными баррикадами. Артур стоял на окровавленных камнях, вытирая пот со лба. К нему, тяжело приземлившись, подошел Курдран Громовой Молот, его борода была опалена, но на лице сияла широкая улыбка.

— Славная битва, милорд! — пробасил дворф, опираясь на свой молот. — Мои парни давно так не разминались!

Артур кивнул, глядя на бескрайние, суровые земли Каз Модана, простирающиеся впереди.

— Вы сдержали свое слово, тан Курдран. Без ваших грифонов мы бы умылись здесь собственной кровью.

Король вложил Экскалибур в ножны и повернулся к своим израненным, но воодушевленным командирам. Дорога на юг, к зловещему Шпилю Черной Горы, наконец-то была открыта.

Глава 18. Трясина и Камень

Великий Мост Тандола остался позади, скрывшись в густой, непроницаемой пелене тумана. Переправа через это колоссальное сооружение, перекинутое над ревущей бездной, заняла у огромной армии Альянса почти двое суток. Король Артур Пендрагон, находясь в арьергарде вместе со своим штабом, последним покинул пределы Нагорья Арати. Когда копыта его могучего боевого коня ступили на темную, влажную землю нового региона, король невольно поежился, хотя магия ноженЭкскалибура надежно хранила его тело от болезней и усталости. Дело было не в физическом холоде, а в самом воздухе этой земли.

Они вступили в Каз Модан — суровый край гор, глубоких ущелий и бескрайних топей. То место, где они оказались сейчас, носило красноречивое название Болотина. После зеленых лесов и плодородных равнин Лордерона этот регион казался гноящейся раной на теле континента. Небо здесь было вечно затянуто свинцовыми, низкими тучами, из которых непрерывно моросил мелкий, пронизывающий до костей дождь. Воздух был тяжелым, спертым, пропитанным резким запахом гниющих водорослей, прелой листвы