Величие. Книга 1 - Мария Тиамат

метра три шириной. Раскинувшееся полукругом ожерелье маленьких лакун, заполненных тёплой водой и поросших скользкими водорослями, позволяло бродить в тёплой воде буквально по щиколотку, а потом, сделав пару шагов в сторону, легко соскользнуть в прохладную бездну. Вода жадно чавкала и булькала, забегая в бесчисленны зазоры между камнями и уходя из них, и казалась живым, вздымающим грудь титаном.

Тогда они вдоволь наплавались, ныряя и гоняясь друг за другом, и Шиа, с сияющими солёными каплями на карамельной коже, когда бы Аурелий ни обернулся, маячила где-то неподалёку, точно солнечный луч, скользящий по поверхности воды. Она была сама, как море, – неутомимая, вечно меняющаяся, необъятная. И Аурелий впервые за долгое время ещё вяло и неуверенно смеялся, плывя вслед за ней. Её кураж казался ему чем-то завораживающим. Затаённая боль, как немощь больного, преследовала его всюду, просачиваясь сквозь яркие вывески и радостные голоса отдыхающих, – но Шиа неизменно изгоняла её. И какая-то нежность, неизведанное чувство благодарности проснулись в нём – за то, что она есть рядом, такая сильная и бурная, как шторм.

…Он был похож на благородную лань – и внешностью, и манерами; его тактичность, зрелость и одновременно юношеская кротость были трогательны до замирания сердца, и Шиа чувствовала, что шарм Аурелия очаровывает её с каждой минутой всё больше. Самолюбие понукало не поддаваться. Никому ещё не удавалось получить над ней всеобъемлющую власть, и всё же раз за разом стремление заслужить улыбку гостя росло, грозя нарушить границы игривых шуток. Тем больнее было ощущать, что Аурелий держит её на расстоянии.

Возможно, для Рогеаль гость не представлял такого интереса, но Шиа, ищущая любую возможность обратить на себя его внимание, вскоре заметила, что настоящий Аурелий, гораздо более многогранный и неоднозначный, оставался недосягаем ни для кого, кроме Геасфель. У этих двоих была особая дружба, построенная на молчаливом взаимопонимании, и чем дальше, тем более Шиа чувствовала себя уязвлённой, сброшенной со счетов на фоне старшей сестры. Да, когда-то она действительно мечтала увидеть своими глазами Белую империю, но в итоге туда отправилась Геасфель! Шиа тяжело переживала из-за «украденной мечты», пока не придумала цель ещё более грандиозную. Белая империя постепенно забылась. И вот теперь ситуация повторяется точь-в-точь!

Шутками и насмешками, ведомая ревностью, Шиа быстро выведала, что Геасфель и Аурелий много помогали друг другу во время совместной учёбы в университете. Старшая сестра всегда была бесхитростной и не скрывала подробностей и в этот раз – в том, что здесь не было ни единого намёка на романтический интерес, Шиа убедилась быстро. Хотя бы в этом облегчение. И всё-таки, и всё-таки…

Слишком закрытые отношения Аурелия и Геасфель возбуждали в Шиа тревогу, напоминая о странностях первой встречи. Возможно, это было всего лишь паранойей. Но в голове раз за разом всплывало предупреждение куратора. Стоило Шиа предположить, что её догадки имеют основание, как становилось страшно. Геасфель не могла не знать, что ей по должности нельзя иметь двойника. Это равносильно преступлению, а сестрёнка никогда не отличалась тягой к приключениям на свою голову. Почему же она в таком случае не сменила работу? Ах, как бы хотелось, чтобы всё это осталось лишь плодом воображения! И всё же Шиа невольно присматривалась к каждому шагу Геасфель и Аурелия. И хотя ничего подозрительного заметить больше не удавалось, тревога – проницательная и настойчивая – продолжала преследовать по пятам…

Такое положение вещей могло бы тянуться неизмеримо долго – если бы не настал праздник Летнего разгара. Сопровождающие его спортивные игры были призваны возвысить боевой дух страны и напомнить, что именно века бесчисленных сражений проложили Островной империи дорогу к нынешнему могуществу. В каждом городе на площадях устанавливались огромные Зеркала Иллюзий, через которые жители могли наблюдать за ходом главных, столичных соревнований. Участвовали в них выпускники лучших учебных заведений, и нередко схватки становились весьма ожесточёнными: титул победителя – отличная рекомендация на будущей службе.

Учебная группа Шиа, состоящая из наездников на воргах, была особым случаем: если маги и лучники демонстрировали свои умения на сравнительно небольшой площадке, то стае гигантских зверей, чтобы выполнить хотя бы пару полноценных манёвров, требовалось куда больше пространства. Их арена для соревнований представляла собой пересечённую местность, в центре которой возвышалась отвесная скала. По обе стороны от неё, на дальних концах арены, находились каменные нагромождения поменьше – пункты сбора двух команд. Территория была так велика, что приглашённые родственники выпускников всё равно могли наблюдать только плац, расчищенный для парада и награждения, а большую часть состязания предстояло транслировать через магическую иллюзию. Это вызвало у приехавших Аурелия, Рогеаль и Геасфель некоторое разочарование. Им хотелось поддержать Шиа воочию, чтобы она видела их.

– Столько помпезности, а по сути ничего особенного, – вздохнула художница. – С таким же успехом можно было бы и на площади посмотреть, а не тащиться в такую даль.

Чтобы добраться до пункта назначения, им потребовалось полдня.

– Да, вот только когда это ты выбиралась хотя бы на площадь? – фыркнула старшая сестра. – А так хоть помучаешься от жары. Вот, съешь пока печеньку.

Аурелий с любопытством осматривался. Несмотря на торжественный статус мероприятия и красивые пригласительные билеты, которые накануне вручила им Шиа, обстановка была весьма прозаичной. Истёртые ступени полукруглого амфитеатра, покрытые многочисленными побегами виноградной лозы, которую никто не обрезал, были тёплыми и шершавыми на ощупь. Трибуны казались заключёнными в огромную чашу, одну половину которой составляла зелёная гладь леса, а другую – безбрежное голубое небо. От красоты и безмятежности пейзажа захватывало дух. Разложенные на камнях подушки винного цвета, с вышитым поверх островным гербом, выглядели безвкусно на его фоне. Всем прибывшим раздали бесплатные фрукты и фляги с водой. Неподалёку ютились небольшое кафе и пара неоригинальных прилавков с сувенирами.

По мере того как зрители прибывали, амфитеатр всё громче шумел, напоминая проснувшееся чудовище. Пять окованных толстой медью зеркал взмыли в воздух, воплощая незримое величие Островной империи: даже слепой, не видя неестественный малиновый отсвет мелкой рунной вязи по ободу, кожей ощущал мощное магическое излучение, исходящее от артефактов. Аурелий невольно прикинул в уме, сколько денег потребовалось на их изготовление, и ещё больше – на искусных мастеров.

– Начинается, – привлекла его внимание Геасфель.

Они не видели Шиа со вчерашнего дня – она уехала к Въенгру, сказав, что ей необходимо сосредоточиться. Теперь в зеркалах возникли изображения наездников в кожаных доспехах, с металлическими пластинами на груди и плечах. Они уже разделились на два лагеря и погрузились в бурное обсуждение. За то время, пока Аурелий витал в облаках, перед трибунами появился глашатай, и его голос,