Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

— Мирон, я слышал. «Щука» идет на тебя. Нужна помощь?

Я покачал головой.

— Спасибо, отец Серапион. Но монахи — не воины. Вы нужны живыми, чтобы потом хоронить павших и молиться за выживших.

Серапион усмехнулся грустно.

— Мудрые слова. Но знай — если понадобится, мы придем. Бог не запрещает защищать невинных.

Я кивнул.

— Спасибо. Надеюсь, не понадобится.

Я вернулся на причал. Прошка уже притащил канаты — толстые, просмоленные, корабельные. Каждый толщиной с руку. Идеально.

Семен собрал якоря — четыре больших камня, обвязанных веревками, и два мешка с песком для дополнительного веса.

Ванька складировал груду камней размером с кулак — штук пятьдесят, может больше. И десяток факелов, пропитанных смолой.

Я осмотрел всё, кивнул с удовлетворением.

— Хорошо. Теперь едем устанавливать.

Мы с Семеном погрузили всё в «Стерлядку» — канаты, якоря, инструменты. Лодка просела под весом, но держалась. Прошкин ремонт оказался надежным.

Оттолкнулись от берега, пошли вниз по течению. Я вел лодку, используя водослух, чувствуя каждую струю, каждую яму. Семен греб спокойно, методично.

Через десять минут добрались до Змеиного Поворота. Я сразу узнал место — узкий изгиб, поросший ивняком с обеих сторон. Русло сужалось, течение ускорялось. Мели светились желтовато-серыми пятнами под водой.

Я закрыл глаза, погрузился в водослух.

Дно открылось перед внутренним взором. Центральный проход — три метра шириной, глубина два с половиной метра. С обеих сторон — мели, глубина по колено. Течение сильное, но управляемое.

Я открыл глаза.

— Здесь. Натянем канат поперек прохода, на глубине полметра. Якоря ставим на дно, по краям мелей.

Семен кивнул.

Мы начали работать. Я нырнул с первым якорем — тяжелым камнем, обвязанным веревкой. Вода была холодной, мутной. Я нащупал дно, уложил камень на край мели, привязал конец каната.

Вынырнул, вдохнул. Семен уже готовил второй якорь.

Нырнул снова, на противоположную сторону. Уложил второй камень, привязал другой конец каната.

Натянул. Канат повис под водой, невидимый с поверхности, на глубине полметра. Идеально.

Мы повторили операцию со вторым канатом, метрах в пяти от первого. Теперь два барьера перекрывали проход.

Я вынырнул последний раз, забрался в лодку, тяжело дыша.

— Готово. Теперь проверим.

Я отвел лодку метров на пятьдесят назад, развернул против течения.

— Семен, греби. Пойдем, как будто мы — ушкуйники. Посмотрим, что произойдет.

Семен кивнул, начал грести. Лодка пошла вперед, ускоряясь на течении.

Я вел её точно по центру прохода — так, как пошли бы ушкуйники, не знающие о ловушке.

Лодка приблизилась к первому канату. Я замедлил, напрягся.

Дно киля чиркнуло о канат. Лодка дернулась, накренилась, но не перевернулась — я успел выровнять.

Я усмехнулся.

— Работает. Киль цепляется. Если идти быстрее, на полной скорости — перевернет.

Семен кивнул.

— А если их несколько лодок подряд?

Я задумался.

— Первая зацепится, застрянет. Вторая налетит на первую. Третья — на вторую. Куча-мала. Идеально.

Мы вернулись к причалу. Разгружали инструменты, когда подошел Егорка.

— Мирон, я нашел место для засады. Пойдем, покажу.

Мы пошли пешком вдоль берега, к Змеиному Повороту. Егорка вел, я шел за ним.

Дошли. Егорка указал на заросли ивняка на правом берегу, метрах в десяти от воды.

— Здесь. Кусты густые, видно реку, но нас не видно. Можно стоять, стрелять, бросать камни. И отступить быстро, если что-то пойдет не так.

Я осмотрел место. Хорошее. Укрытие надежное, обзор отличный, путь отхода есть.

— Отлично. Здесь и займем позиции. Четверо — ты, я, Прошка, Семен. Ванька будет на причале, у сигнального костра. Если совсем плохо — поджигает, зовет стрельцов.

Егорка кивнул.

— А если они прорвутся? Доберутся до причала?

Я усмехнулся.

— Не доберутся. Потому что я их утоплю раньше.

Егорка посмотрел на меня.

— Как?

Я закрыл глаза, погрузился в водослух. Почувствовал реку — течения, глубины, мели. Почувствовал силу, которую она давала мне.

Открыл глаза.

— Водослух. Я могу управлять течением. Не сильно, не как настоящий Мастер Реки. Но достаточно, чтобы толкнуть лодку на мель, перевернуть её, создать водоворот.

Егорка присвистнул.

— Ты никогда не говорил, что можешь это делать.

Я усмехнулся.

— Потому что не был уверен. Но вчера пробовал. Получилось. Слабо, но работает.

Я посмотрел на реку.

— Когда их лодки застрянут на канатах — я усилю течение. Толкну их на мели. Переверну. А вы будете бить камнями, добивать.

Егорка кивнул медленно.

— Это… может сработать.

Я усмехнулся.

— Сработает. Потому что другого выбора нет.

Мы вернулись на причал. День клонился к вечеру. Я собрал всех.

— Слушайте план последний раз. В сумерках уходим на позиции. Егорка, я, Прошка, Семен — в засаде на берегу. Ванька остается здесь, у сигнального костра.

Я посмотрел на Ваньку.

— Если услышишь три свистка — жги костер. Немедленно. Это сигнал тревоги. Стрельцы увидят, придут.

Ванька кивнул, бледный.

Я повернулся к остальным.

— Ушкуйники пойдут с реки, ночью. Человек двадцать, на пяти-шести лодках. Они не знают о канатах. Налетят, застрянут. Мы бьем камнями, факелами, всем, что есть. Цель — потопить лодки, заставить их отступить.

Прошка спросил:

— А если не отступят? Если выберутся на берег, пойдут на нас?

Я усмехнулся.

— Тогда отступаем сами. Бежим к причалу, жжем костер, зовем стрельцов. Но до этого не дойдет. Они испугаются, когда поймут, что мы их ждали.

Семен спросил:

— А если Гракч не испугается?

Я посмотрел на него холодно.

— Тогда я убью Гракча. Лично. И остальные испугаются.

Все замолчали.

Я раздал оружие. Прошке — багор и мешок с камнями. Семену — топор и пращу. Егорке — лук, который он умел использовать, и колчан стрел. Себе взял топор, нож и мешок камней.

Ванька получил факел и огниво.

— Помни. Три свистка — жги костер. Увидишь, что мы отступаем — жги костер. Если сомневаешься — жги костер. Лучше вызвать стрельцов зря, чем не вызвать вовремя.

Ванька кивнул, дрожащими руками сжимая факел.

Солнце садилось. Небо окрасилось в красно-оранжевые тона. Река темнела, превращаясь в черное зеркало.

Я стоял на причале, смотрел на воду.

«В прошлой жизни я никогда не участвовал в драках. Не говоря уже о боях. Я был логистом, офисным работником. Максимум — кулачная разборка в баре один раз».

Я усмехнулся.

«Но здесь другие правила. Здесь сила решает. Кто сильнее, хитрее, беспощаднее — тот побеждает».

Я сжал топор.

«Я не самый сильный. Но я умнее. Я подготовился. Я знаю, откуда они придут,