Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Я усмехнулся.

«Гракч думает, что идет на беззащитную жертву. Но он ошибается. Он идет в ловушку, которую я приготовил».

Сумерки сгустились. Я подозвал команду.

— Идем. Занимаем позиции. Молча, тихо. Никаких огней, никаких разговоров. Только ждем.

Мы пошли к Змеиному Повороту. Ванька остался на причале, у костра.

Заняли позиции в ивняке. Я — в центре, Егорка справа, Прошка и Семен слева. Укрылись, притаились.

Река текла перед нами, темная, бесшумная. Канаты были под водой, невидимые.

Ночь накрыла мир. Луна не взошла — новолуние, как и говорил Федька. Идеальная темнота для нападения.

Но и для засады тоже.

Я сидел, прижавшись спиной к дереву, сжимая топор. Слушал ночь. Ждал.

Где-то вдали плеснула рыба. Сова ухнула. Ветер зашелестел листьями.

И потом — другой звук. Тихий, ритмичный. Плеск весел.

Я напрягся. Закрыл глаза, открыл Водослух.

Почувствовал. Лодки. Пять… нет, шесть. Идут вверх по течению. Медленно, осторожно. Человек по три-четыре в каждой.

«Двадцать человек. Как и говорил Федька».

Я открыл глаза, дал знак остальным — тихо, готовиться.

Егорка натянул тетиву. Прошка и Семен взяли камни.

Лодки приблизились. Теперь я видел их — темные силуэты на фоне воды. Первая, вторая, третья… шесть. Идут гуськом, по одной.

Первая лодка вошла в Змеиный Поворот. Ускорилась на течении.

Я затаил дыхание.

Киль лодки чиркнул о первый канат. Лодка дернулась, накренилась.

— Что за… — крикнул кто-то на лодке.

Лодка зацепилась за второй канат. Перевернулась.

Люди полетели в воду с криками.

Вторая лодка налетела на первую. Треск, проклятья, еще всплески.

Третья лодка попыталась вывернуть, но я уже действовал.

Закрыл глаза, погрузился в водослух. Почувствовал течение под третьей лодкой.

Толкнул.

Вода вздулась, ударила в борт. Лодка метнулась в сторону, на мель. Села, застряла.

Я открыл глаза, крикнул:

— Бить! Сейчас!

Егорка выпустил стрелу. Она со свистом пронзила ночь, вонзилась в борт четвертой лодки.

Прошка и Семен швырнули камни. Один попал в голову ушкуйника, тот упал в воду.

Началось.

Хаос взорвался на реке.

Ушкуйники кричали, матерились, пытались понять, что происходит. Перевернутые лодки плавали вверх дном. Люди барахтались в воде, цепляясь за борта, за весла, друг за друга.

Я стоял в зарослях, выпуская водослух на полную мощь. Чувствовал каждую струю течения, каждый водоворот, каждое движение воды.

Четвертая лодка пыталась развернуться, уйти назад. Я толкнул течение — вода ударила в корму, развернула лодку боком. Она накренилась, зачерпнула воды бортом, начала тонуть.

— Засада! — орал кто-то с пятой лодки. — Уходим! Назад!

Егорка выпустил еще одну стрелу. Она вошла в плечо гребца на пятой лодке. Тот взвыл, выронил весло.

Прошка и Семен швыряли камни методично, прицельно. Удары сыпались на лодки, как град. Один ушкуйник получил камнем в голову, рухнул без сознания. Другой — в грудь, согнулся, кашляя.

Шестая лодка, последняя, уже разворачивалась. Гребцы работали отчаянно, пытаясь уйти из зоны обстрела.

— Не дать уйти! — крикнул я, швыряя камень.

Попал в гребца. Тот охнул, но продолжал грести.

Я закрыл глаза, собрал всю силу, что мог выжать из Дара.

Течение. Я чувствовал его, как живое существо. Почувствовал, как оно течет вниз, увлекая воду к морю.

Развернул.

Усилие было огромным, как толкать стену руками. Пот выступил на лбу. Голова закружилась. Но я держал.

Течение развернулось на секунду. Вода пошла вверх, против своей природы.

Шестая лодка дернулась, остановилась, начала медленно тащиться назад — к ловушке, к перевернутым лодкам, к хаосу.

Я открыл глаза, тяжело дыша. Голова раскалывалась. Но сработало.

— Кто ты, сука⁈ — заревел голос с пятой лодки. Грубый, хриплый, полный ярости. — Кто там на берегу⁈

Я узнал голос. Гракч. Главарь.

Я вышел из зарослей, встал на виду. Держал топор в одной руке, камень в другой.

— Я — Мирон Заречный. Рыбец. Тот, кого вы пришли убить.

Тишина на секунду. Потом хохот — злой, неверящий.

— Рыбец⁈ Ты ждал нас⁈

Я усмехнулся.

— Да. Ждал. Ваш Федька всё рассказал. Где ваше логово, сколько вас, когда придете. Спасибо ему.

Проклятья посыпались с лодок. Кто-то кричал: «Федька предатель!» Кто-то: «Я его убью!»

Гракч заревел:

— Заречный! Ты думаешь, это остановит нас⁈ Нас двадцать! Вас четверо! Мы выберемся, выйдем на берег, вырежем всех!

Я покачал головой.

— Не выберетесь. Потому что я управляю рекой. Вы видели — течение развернулось. Это я. Мой Дар. Водослух.

Я поднял руку, указывая на воду.

— Я могу перевернуть любую вашу лодку. Создать водоворот. Утопить каждого из вас. Один за одним.

Гракч молчал. Я видел силуэт на пятой лодке — крупный мужчина, с широкими плечами, в руках весло, как дубина.

— Ты врешь, — сказал он наконец. — Никто не может управлять рекой так. Даже Мастера Реки.

Я усмехнулся.

— Проверь.

Я закрыл глаза, нашел его лодку в водослухе. Толкнул течение под кормой.

Лодка дернулась, накренилась на левый борт. Гракч схватился за борт, чтобы не упасть.

— Что за…

Я толкнул снова. Лодка накренилась на правый борт.

Гракч заорал:

— Хватит! Хватит, колдун!

Я открыл глаза, отпустил течение. Лодка выровнялась.

— Видишь? Я не вру. Я могу утопить всех вас. Прямо сейчас. Одним усилием.

Я сделал паузу, давая словам осесть.

— Но я не хочу убивать. Я хочу, чтобы вы ушли. Навсегда. Из Волости. Из моей жизни. Из моего дела.

Гракч засмеялся — горько, зло.

— Уйти? Куда? У нас нет денег, нет заказов! Савва нас выгнал! Мы голодные, Рыбец! Нам нечего терять!

Я кивнул.

— Знаю. Вы голодны. Отчаянны. Поэтому напали на меня. Думали, я легкая добыча.

Я усмехнулся.

— Но вы ошиблись. Я не жертва. Я охотник. И сегодня вы попались в мою ловушку.

Гракч молчал. Вокруг его лодки собирались остальные ушкуйники — те, кто выбрался из воды, кто не утонул, кто не ранен. Человек двенадцать, может пятнадцать. Остальные — мертвы, ранены или сбежали.

— Что ты предлагаешь? — спросил Гракч наконец. Голос был усталым, опустошенным.

Я подумал. В прошлой жизни я знал: врага нужно либо уничтожить полностью, либо дать ему выход. Компромисс, который позволит ему уйти с достоинством.

— Предлагаю сделку, — сказал я громко, чтобы все слышали. — Вы уходите из Волости. Сегодня. Сейчас. Берете лодки, людей, уплываете. Уходите в другую Волость, на другую реку. Начинаете заново.

Гракч фыркнул.

— На что? У нас нет денег!

Я достал из-за пояса кошелек. Тяжелый, набитый серебром. Моя доля