Торжествующий меч - Гарет Ханрахан

вскарабкались на холм, поросший дроком и ежевикой. Шипы царапали ноги Ольвы и цеплялись за ее плащ. Она попыталась воспользоваться силой земли, собираясь обернуть свои усталые кости яркой лисьей шкурой, но Пердия так крепко стискивала ее руку, что она не смогла высвободиться.

На вершине холма Ольва потянула Пердию за куст.

Дредвормы! Монстров было по меньшей мере трое, их сгорбленные фигуры казались еще темнее во мраке. Она слышала шелест бархатных крыльев, когда они садились, вонзая когти в землю.

«Оставайся здесь», - прошептала Ольва Пердии, принимая облик лисы. О, теперь она могла видеть, она больше не была слепа в ночи. Ольва чувствовала их запах, зловоние от миазмов становилось все сильнее, когда иней на их шкурах поднимался паром. Беги, подумала Лиса-Ольва, это место не для меня. Но она все еще была человеком, и поэтому поползла вперед, волоча за собой заднюю искалеченную ногу.

Три.

Три дредворма.

И один-два-три-четыре — сложно для лисьего мозга — пять-шесть двуногих существ. Два человека — Серлис. Джон. Один эльф. Селемос. И наступающие на них три существа, которых Лиса-Ольва не знала, но человек-Ольва догадалась, что это Ватлинги. Они были больше и сильнее, чем кроткие слуги, которых она знала в Некраде. Рожденные в Ямах, с телосложением огра, готовые к войне. У одного из деформированного черепа торчали рога; у всех были белые волосы в самых неожиданных местах на теле.

«Я Веселый», — сказал один из Ватлингов. Его голос был похож на нелепое блеяние, и от этого казался еще более ужасным. Казалось, что олень попал в ловушку из этой огромной массы рогов и мышц. Существо поклонилось Селемосу. «Нас послали найти тебя, Селемос Ул'Элитадил Америт, и отвести домой, в Некрад».

«Я не вернусь!»

«Теперь это земли смертных. Тебе здесь нет места. Нам здесь нет места. Ты должен вернуться с нами. Это была долгая погоня, и поблизости есть враги. Умоляю, не задерживай нас больше».

«Ты слышал его! Он не пойдет!» Серлис ткнула копьем в лицо Веселого. «Убирайся!»

«Тебе известны эти смертные, господин?» — спросил Ватлинг тоном многострадального слуги.

«Они мои спутники на Дороге».

Ватлинг вздохнул. «Жизнь этого человека уже потеряна за то, что он носит украденные доспехи, хотя я мог бы закрыть глаза на это преступление в интересах спешки. Но теперь ты обрек обоих за связь с собой. Я должен предположить, что ты рассказал им секреты Некрада, которые не должны быть раскрыты посторонним. Ты ответишь за это перед Скеррис. Остальные умрут здесь». Он неуклюже кивнул в знак уважения. «Но я заберу их кости для чанов для размножения».

Серлис сделала выпад, нацелив острие копья в то, что могло сойти за сердце Веселого но Джон в тот же миг бросился вперед, случайно заблокировав ее атаку. Они упали, сцепившись. Веселый отступил назад и взмахнул топором, попав Джону в бок, когда парень попытался подняться. Джон взревел от боли и упал спиной на Серлис.

У Селемоса не было оружия. Он повернулся и побежал.

«За ним!» — приказал Веселый. «Не причиняйте ему ненужной боли». Двое других ватлингов бросились в погоню, их неровные конечности были неуклюжими и медленными по сравнению с эльфийской скоростью, но внезапно один из них оказался рядом с Селемосом, в мгновение ока преодолев разделяющее их расстояние на невидимых крыльях магии. Ватлинг сбил эльфа с ног.

Веселый поднял топор, намереваясь одним ударом разрубить Джона и Серлис.

Ольва мгновенно скинула свою лисью шкуру. Медвежья форма, горячее дыхание, запах крови наполнили ее. Она тяжело двинулась вперед. Веселый развернулся, его топор вспыхнул неестественным зеленым огнем. Он размахивал оружием, как факелом, отталкивая ее. Она отбивалась и огрызалась на него, но медведь в ней боялся этого огня, и она не могла подойти ближе.

Ей и не нужно было. Серлис выбралась из-под Джона — ее доспехи были испачканы его кровью — и вонзила копье в спину Веселого. Ватлинг упал на колени, а затем рухнул на землю. Из его рта потекла бледная жидкость, совсем не похожая на кровь.

Серлис схватила пылающий топор и подняла его, чтобы нанести Веселому смертельный удар.

Медведь исчез, и рядом с Джоном на колени опустилась раздраженная и испуганная старуха. «Остальные! Идите за остальными!» Серлис побежала, и зеленое пламя заплясало в долине зловещим светом.

Ольва опустилась на колени рядом с Джоном, прижимая руку к глубокой ране на его боку. Он задыхался, не в силах вдохнуть, и цеплялся за нее. Испуганный ребенок, и только.

«Держись», — молилась она. Исцеляющее заклинание могло бы спасти его, но она уже дважды использовала силу земли здесь, а Эрсфель все еще был истощен.

Холодные пальцы коснулись ее журавлиной ноги.

«Вдовствующая королева», — хрипло прошептал Веселый. «Это ты?»

«Ты знаешь меня?»

Веселый с трудом принял сидячее положение. Цвет буквально сходил с его лица, плоть становилась прозрачной, когда он умирал. «О тебе помнят в Некраде. У нас, ватлингов, мало легенд. Я не думал, что встречу одну из них во плоти». Он кашлянул, брызнув белой жидкостью на ноги Ольвы. «В моем поясном мешочке есть целебное питье. Возьми его для человека. Для меня уже слишком поздно».

«Мне очень жаль».

«Я не боюсь смерти. Я — дитя Скеррис, рожденный ее сном наяву, и в этот сон я вернусь. Если бы я знал, что ты здесь...» Он снова закашлялся и поморщился. «Я все равно попытался бы убить вас всех, но с большим достоинством». Ольва подошла, хромая, и стала искать зелье в сумке ватлинга. Его тело обмякло, как выброшенная на берег медуза. Глаза, словно камни, провалились в жидкие руины головы, и череп больше не мог выдерживать вес его поникших рогов. Тем не менее, Веселый сумел выдать последний смех и предупреждение. «Некрад больше не для тебя, Королева-Колдунья, ни для какого-либо другого смертного. Не входи туда».

Она помогла Джону выпить настойку, и это облегчило его боль. Кровотечение замедлилось, но она все еще была вся в крови, красный поток смешивался с белой от Веселого.

Остальные прибежали обратно, Селемос и Серлис тараторили, как взволнованные дети. Пердия тихо следовала за ними.

«Я ударила его топором, и он сгорел, как смола...»

— ...попытался затащить меня на своего дредворма но...

— ...червь попытался съесть меня...

— ...мой отец — рыцарь ужаса, он научил меня заклинаниям против червей...

«Хватит!» — рявкнула Ольва, заставляя их замолчать. «Серлис, поднеси свет поближе. Пердия, помоги мне снять с него рубашку. Селемос, ты…»

Вампир увидел море крови, и его лицо исказилось.