Хрупкость - Кортни Ли Винн

Она подбегает к стулу и садится рядом со мной.

– Меня могут наказать за что угодно. Шоколад, – она протягивает мне плитку, – одна из немногих вещей, за которые не жалко понести наказание, по крайней мере, так говорят.

– Тогда постарайся насладиться им в полной мере, – отвечаю я, не в силах сдержать улыбку.

Уголки губ Исабелл опускаются.

– Я принесла один тебе. Чтобы мы могли поесть вместе. – Она кладет маленький кусочек на подлокотник моего стула.

У меня сжимается сердце, и я перевожу взгляд на закрытую дверь.

– Ладно, но нам надо поторопиться.

Исабелл придвигается ко мне.

– Я всю жизнь мечтала попробовать шоколад. Говорят, это десерт богов.

Сколько я себя помню, люди только и говорили о том, что урожай на наших землях погибает, включая плантации какао на юге. Поскольку торговые пути по-прежнему перекрыты Пожирателями душ, шоколад является настоящим предметом роскоши, даже для королевских особ.

Мы разворачиваем маленькие кусочки шоколада и рассматриваем бархатистые коричневые квадратики.

– На счет «три»? – предлагает Исабелл.

– Сразу все? Или лучше продлим удовольствие?

Она качает головой:

– Нет. Я хочу все сразу.

– Хорошо. Я тоже.

Исабелл широко улыбается и начинает считать. На счет «три» мы одновременно кладем кусочки шоколада в рот.

О боги. Он сразу же тает, оставляя на языке самый изысканный вкус, какой только можно себе представить.

Исабелл обмякает и со стоном сползает со стула.

– У него вкус, как… как объятия моей мамы. Мне сразу стало так спокойно. – Она закрывает глаза и проглатывает кусок шоколада. – Оно определенно того стоит. Даже если бы я знала, что меня поймают, я бы все равно это сделала. – Она приоткрывает один глаз и со смехом добавляет: – Конечно, если бы мне потом удалось его съесть.

– Дай сюда свою обертку.

Не хочу, чтобы ее нашли у Исабелл.

Она отдает мне бумажку и довольно вздыхает.

– Мне пора возвращаться к работе. – Уголок ее губ чуть заметно приподнимается. – Сегодня вечером я буду на кухне.

Исабелл больше всего любит работать на кухне. Именно поэтому я пригрозила смотрителю за рабами, что убью его, если он откажется чаще поручать ей эту работу.

Я иду к дверям вслед за Исабелл, сжимая в руке две серебристые обертки. Мне приходит в голову, что я должна обязательно испробовать еще что-нибудь запретное, прежде чем капкан моей помолвки окончательно захлопнется. Когда стражники Брунара окружают меня со всех сторон, в моей голове созревает план. Возможно, это моя самая дерзкая выходка, но, проходя мимо окон верхнего этажа, которые защищают нас от зимнего ветра, я не могу удержаться от улыбки.

Потому что этот план включает в себя и Палко Эверетта.

Глава 22

Низзара

Дневник: страница 9

Я маскируюсь уже несколько недель. Коко истощила все свои силы из-за долгого использования Метки, но на этот раз наши усилия окупились. Во время одной очередной вечеринки в королевстве Зо мы обнаружили под троном короля Тигуса тайную библиотеку. Ее охраняют древние магические заклинания времен основания четырех королевств. Только король Зо и представители его династии могут ее открыть. После неудачной попытки снять заклинания я вернулась на вечеринку и принялась расспрашивать опьяневших ученых о тайной библиотеке. Кажется, сегодня Ребелия решила появиться среди нас. Легенды не лгут, и эта богиня настолько прекрасна, что все говорят исключительно о ней, но только ученые называют ее Хранительницей, а не богиней, поэтому я отправилась в библиотеку, чтобы узнать почему. Как же этим ученым нравится держать людей в неведении!

Я стою под сводами черной арки рядом с помостом, где над толпой царит моя семья. Я прячусь в тени, чтобы меня заметили и я могла спокойно наблюдать за ходом Зимнего праздника. По полу скользит красный луч кристального света, почти касаясь моих ног. Я делаю шаг вперед, чтобы лучше разглядеть музыкантов на сцене. Музыка пульсирует в усилителях, расставленных в танцевальном зале, и в отблесках красного света гости покачиваются им в такт. Вельможи и дамы флиртуют со своими партнершами и партнерами на танцполе, кружатся в танце, изгибаются и прижимаются друг к другу, а на флагах длиной в пятьдесят футов кувыркаются и скользят акробаты.

Взглянув поверх слепящих огней, я вижу Дэя, который кружит во тьме под сводчатым потолком. Я вспоминаю наш последний разговор, когда меня замечает отец.

Лиха влетает внутрь моего щита и тут же наполняет меня своей силой.

– Не могу поверить.

– Используй силу, чтобы скрыть синяки на шее.

Я вздыхаю и позволяю Метке сделать свое дело.

Взмахом руки отец останавливает музыку и приказывает ведущему в элегантной форме королевства Зарр провести меня на помост. Музыка обрывается, и танцующие гости замирают на месте.

– Низзара Глинделла, избранная наследница королевства Зарр, – громко объявляет ведущий, и в наступившей тишине слышится стук моих каблуков по каменному полу.

Все присутствующие склоняются, как по команде. Даже короли Тигус и Раджим, задумчиво сидящие в своих отгороженных канатами ложах, склоняют головы в знак признания. Я стараюсь смотреть прямо перед собой, не обращая внимания на полные ненависти взгляды, скрытые под маской показной учтивости.

Тарелла стоит рядом с троном матери и не сводит с меня глаз. Как только присутствующие поднимают головы и музыка снова начинает звучать, она спускается с помоста и направляется к богатым вельможам, собравшимся у края танцпола.

Я смотрю на мать, которая не сводит глаз с Тареллы. На ней белое платье, символизирующее наследие королевства Зо, и я не могу не заметить, насколько она красива. Жесткая ткань смело собрана в складки на плече, оставляя одну сторону тела открытой. Я всегда считала, что мать похожа на настоящую королеву не только из-за своей красоты, но и из-за ума. Она поистине выдающаяся женщина. Помню, как когда-то давно я наблюдала за ней, когда она принимала участие в ученых дебатах. Ни один ученый не мог вспомнить факты или усвоить информацию с такой скоростью, как она. Жаль, что теперь она больше не участвует в дебатах, потому что от нее невозможно было отвести взгляд.

– Мама, ты такая красивая.

Королева отводит взгляд от Тареллы, и на ее лице появляется ненависть.

– Красота – это единственное, что у меня пока еще не украли, – прищурившись, отвечает она. – Но в конце концов и она будет украдена если не людьми, то временем. – Мать снова поворачивается к танцполу.

Я пытаюсь найти нужные слова и подавить щемящую боль в груди, но в этот момент ко мне наклоняется отец.

– Можешь развлечься, но не забывай о правилах, – произносит он. Я поворачиваюсь к нему, и в этот момент красный отблеск кристаллов падает на его черные наплечные шипы, создавая иллюзию струящейся крови. – Потому что я все равно узнаю, следуешь ли ты им.

Я украдкой поглядываю на командующего пехотинцами, который стоит за спиной у отца, а потом перевожу взгляд на солдат в зале. Они