Хрупкость - Кортни Ли Винн

возвышаются над остальными гостями, словно принадлежат к какому-то другому виду. Я снова оглядываюсь на отца и притаившегося Соррена и понимаю, почему все их так боятся. Они выделяются на фоне всех остальных чудовищ.

Отец приказывает слуге принести еще один бокал вина, и впервые в жизни я рада, что он пьет. Потому что когда отец пьян, он становится вспыльчивым, и как только заметит, что я нарушаю его правила, тут же выгонит меня из зала.

Звучит медленная музыка, и я вижу, что Тарелла уже танцует с вельможей из Зо. Ее руки лежат у него на плечах, а бедра вращаются в такт искусной мелодии. Плавно и чувственно она двигается в объятиях своего партнера и изящно обхватывает его ногой.

Отец отпивает глоток вина и напоминает:

– Следи за лицом, Низзара.

Я тут же хмурюсь.

– Так намного лучше.

Тарелла и вельможа исчезают среди танцующей толпы в водовороте остальных пар, и вскоре я теряю их из виду.

Я делаю глубокий вдох, собираюсь с духом и встаю с трона. Заслышав стук моих высоких каблуков по танцполу, толпа расступается.

Лиха касается моей руки.

– Посмотри, как они тебя почитают. Особенно когда ты перешла на шестой уровень.

Я почти не слышу ее, думая об одном-единственном человеке, который может помочь мне осуществить мой план – принце Зема, – потому что королевский закон не позволит отцу его казнить.

Человеческое море вокруг смыкается, и гости продолжают танцевать.

За всю жизнь я всего лишь дважды танцевала не одна. В первый раз вельможа, чересчур много выпивший, слишком часто прикасался ко мне, и вскоре в его грудь вонзился отцовский меч. Второй вельможа, с которым мне пришлось танцевать, вообще отказывался ко мне прикасаться.

Музыка стихает, чтобы музыканты могли выпить вина, а гости пообщаться друг с другом перед началом следующей мелодии. В данном случае я имею в виду найти партнера и какой-нибудь темный уголок.

Пока я пробираюсь сквозь толпу, вокруг меня то и дело вспыхивают искры бесед, и я невольно прислушиваюсь, краем глаза замечая Дэя, который летит над головами гостей. Кто-то из них хвастается своим богатством, положением или родословной, но привычка к наблюдению позволяет мне о многом узнать.

Я прохожу мимо брюнетки с кольцом в губе. Она видит, как я провожу рукой по спине Казема, облаченного в красный мундир. Он поворачивает голову, но я направляюсь дальше. Он отделяется от стайки женщин, которые зло глядят мне вслед, и неторопливо следует за мной. Я направляюсь в конец зала, где отец не увидит меня раньше времени.

– Вот это да! – мурлычет Лиха. – Наконец-то мы повеселимся! Ты только посмотри на этот подбородок… на эти руки! – Она взволнованно кружится внутри моего щита. – Мм… С ним будет приятно развлечься.

– Верно, – соглашаюсь я.

Лиха вздыхает, и в ее голосе слышится заметное разочарование.

– Просто не забывай о правилах своего отца. – Кажется, закон целомудрия, установленный отцом, причиняет ей настоящую боль.

Я обхожу массивную черную колонну и исчезаю в полутемном алькове, где в углублении стены целуется пара. Рядом слышится игривый шепот другой парочки, но, судя по их жарким взглядам, совсем скоро они перейдут от слов к делу. Казем медленно огибает колонну. Из его золотого сосуда вытекает красный дым, и призрачная струя воздуха приносит нам два бокала, до краев наполненных вином. Он берет в каждую руку по бокалу.

– Осторожнее с такими глазами. – Казем неспешно приближается ко мне. – Кто-то может решить, что ты грозная богиня, которая явилась на праздник, чтобы сеять хаос.

Я презрительно усмехаюсь.

– Ни одна богиня не была замечена на наших праздниках уже более десяти лет. – Я решаю не говорить ему, что богиня – неверное слово для обозначения сущности, о которой он говорит. Смерив его взглядом, я добавляю: – Похоже, им наскучил наш ассортимент мужчин.

Лиха сдавленно фыркает.

– Сомневаюсь. – Казем ловит взгляд женщины, которая беседует с вельможей из Зарра, и подмигивает ей. Она краснеет и с трудом сдерживает улыбку, переключая внимание со своего спутника на наследного принца.

Казем снова поворачивается ко мне.

– Надежный источник сообщил мне, что присутствующие на этом празднике мужчины весьма желанны.

Он подносит бокал к губам, и я замечаю, что темно-красный мундир плотно облегает его мускулистые руки.

Я бросаю взгляд на женщину, внимание которой по-прежнему приковано к Казему.

– Тебе удалось рассмешить смертную женщину, но это не означает, что тебе известны желания богини.

Казем приподнимает бровь и искусно переносит по воздуху другой бокал, вручив его единственной женщине в нашем алькове и не пролив при этом ни капли. Красный дым из его сосуда обвивается вокруг женщины, и она тут же разрывает свой поцелуй с вельможей и смотрит на парящий в воздухе бокал с вином. Она переводит взгляд на Казема, и у нее перехватывает дыхание. Поправив прядь волос, женщина берет бокал с вином.

Улыбка Казема становится многообещающей, а взгляд его голубых глаз скользит по моему телу.

– Мне известны желания всех женщин.

Я опускаю глаза и принимаюсь изучать свои ногти.

– А я слышала кое-что другое.

– Что? Что ты слышала? – перебивает Лиха. – Я запрещаю тебе скрывать от меня пикантные сплетни! Я хочу все знать!

Казем подходит ближе.

– И что же ты слышала?

– О боги, он такой красавчик! – страстно шепчет Лиха.

Я пожимаю плечами и наконец удостаиваю его взглядом.

– Говорят, все члены твоей семьи не оправдывают ожиданий в постели.

– Только не это! – вскрикивает Лиха. – Это еще хуже, чем быть слишком умным.

Казем медленно вращает бокал в руке и смотрит на меня.

– И поэтому ты дотронулась до моего плеча в танцевальном зале? Потому что была уверена, что я тебя разочарую? – Он наклоняет голову. – Отчего-то мне так не кажется.

– Посмотри, как он раздевает тебя глазами, – не унимается Лиха. – Не может быть, чтобы он был плох в постели. – Она на мгновение замолкает. – Если только… Ах ты негодница! – вскрикивает Лиха.

Я снова принимаюсь изучать свои ногти.

– Думаю, ты спутал меня с брюнеткой с кольцом в губе. – Я киваю в сторону танцпола. – Она пошла вон туда.

В глазах Казема вспыхивает пламя.

– Она может найти меня позже.

Я упираюсь пальцем в его мускулистую грудь, прямо над черным гербом королевства Зем в виде дракона.

– Ты должен найти ее прямо сейчас.

Он переводит взгляд на мою грудь, которая вздымается слишком быстро, выдавая все, что скрывается за моим показным равнодушием, и шепчет:

– Знаешь, у меня есть одна теория. – Казем наклоняется ко мне.

– И какая же? – Я приближаюсь к нему, стараясь не обращать внимания на запах вина, который вызывает у меня ненависть.

– Я всегда за то, чтобы нарушить правила, но если твой отец увидит, что вы так близки, то снова выйдет из себя, – предупреждает Лиха.

Я отмахиваюсь от ее слов.

Поцелуй. Это все, что мне нужно. Всего один блаженный момент, прежде чем я буду принадлежать другому. И повод, чтобы остаток ночи провести в своей