Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

— Мы никуда не уедем, пока не выясним всё до конца, — заявил де Шамбле и, взяв с блюда жареную куриную ножку, вонзил в неё зубы, не отрывая при этом взгляда от побелевшей хозяйки замка.

— Простите, я…- пробормотала она растерянно и, выйдя из-за стола, направилась вслед за племянником.

— Так это она убила баронессу? — спросил де Шамбле и взглянул на бледного как полотно Симона де Фурже, с растерянным видом сидевшего за столом. — Или, может, вы?

Тот бросил на барона затравленный взгляд и, встав, тоже ушёл.

— Семейка… — проворчал де Шамбле и обернулся к испуганному лакею, который застыл в углу. — Эй, парень! Мой кубок пуст!

Слуга тут же кинулся к столу, чтоб налить ему вина, а баронесса задумчиво взглянула на Марка.

— Значит ли это, ваше сиятельство, что вы закончили своё расследование, и я могу отправить тело несчастной Санчи домой? — спросила она.

— А вы сами не собираетесь уезжать? — уточнил де Шамбле.

— Я не оставлю своего внука один на один с этой особой, — заявила она. — Вы, действительно, думаете, что это она, господин граф?

— Я так думаю, — кивнул он. — Но прямых доказательств нет.

— Что значит нет? — возмутился барон. — У неё был мотив убить сестру и бабку племянника. В склепе и в спальне вы нашли свечи, в которые подмешаны травы из её цветника.

— Верно, но она не одна живёт в этом замке, — пояснил Марк. — У меня нет полномочий и возможности провести полноценное расследование. Потому нам остаётся довольствоваться тем, что я выяснил.

— Я не спущу ей этого, — жёстко проговорила баронесса де Роше. — Распоряжусь, чтоб тело Санчи, а потом и Клеменции обследовал судебный лекарь, и если он подтвердит, что они обе были отравлены, подам жалобу королю. Никто не вправе безнаказанно убивать его подданных, даже если это женщины! Если понадобится, я направлю сюда отряд, и мои воины возьмут этот замок штурмом, чтоб арестовать эту злодейку и доставить её в королевский суд.

— Если она не сбежит к тому времени, — вставил барон.

— Что ж, я пущу по её следу ищеек, но добьюсь справедливости для Клеменции и Санчи!

— Вас не зря называют железной баронессой, — серьёзно произнёс де Шамбле.

— В бархатных перчатках женщине не удержать власть над землями, — пожала плечами она. — Так я могу отправить тело Санчи в Шомон?

Марк кивнул.

— Я не смею препятствовать вам в этом. Однако до Шомона путь неблизкий. Скоро наступит тёмное время суток.

— Главное, чтоб кучер успел доехать до Рекамье, — пояснила она, — Я оставила там свою свиту.

— И вы не побоитесь находиться здесь в компании убийцы? — уточнил де Шамбле.

— Я буду не одна, — спокойно напомнила баронесса. — Здесь граф де Лорм, и я вполне доверяю ему.

Поднявшись, она повернулась к Марку и присела в поклоне, после чего направилась к выходу из зала, чтоб разыскать своего кучера и отдать ему распоряжения. Де Шамбле, оставшийся за столом, задумчиво взглянул на графа.

— Вы всё ещё надеетесь передать мальчишку старой даме, де Сегюр? — спросил он. — Я это к тому, что вы явились сюда вовсе не для того, чтоб выяснить наши возможности и мотивы, а лишь ради пустых разговоров, поскольку это поручил вам король. И коль скоро вы с самого начала знали, кого будете рекомендовать в опекуны этому мальчику, то не возникнут ли сомнения в вашей непредвзятости? Вы собираетесь принять сторону богатой и влиятельной особы, но потому ли, что считаете её достойной доверия? Или, может, она подкупила вас? Что будет, если такая версия дойдёт до короля?

— Он не примет её всерьёз, — ответил Марк.

— Он — да, но если эти слухи распространятся по городу, да ещё всплывут те самые, связанные с гибелью её сына… Вам ведь не хочется, чтоб ваше имя полоскали на всех углах?

— Вы не понимаете хорошего отношения, де Шамбле, — заметил Марк, усмехнувшись. — И всерьёз полагаете, что можете как-то навредить мне? Сен-Марко — это город, где я решаю, о чём говорят в кабаках и тавернах. Я могу в любой момент прекратить ненужные мне слухи и запустить новые. Потому у вас нет ничего, чем вы могли бы мне угрожать. Однако ваша наглость начинает меня раздражать. Потому я предупреждаю вас, что если вы попытаетесь открыть против меня рот, я смогу не только закрыть его, но и зашить. А если вы станете упорствовать, то я засыплю его могильной землёй, и мне ничего за это не будет. Потому что я уже давно не юный рыцарь в свите короля, я — комиссар его тайной полиции, и у меня достаточно силы и власти, чтоб стереть вас в порошок.

— Вы мне угрожаете? — задумчиво взглянув на него, уточнил де Шамбле.

— А что, вы в этом сомневаетесь?

— Тут нет ваших сыщиков, — обиженно проворчал барон. — Вы с двумя мальчишками против меня с двумя рыцарями.

— Любой из моих мальчишек не оставит от вас троих и мокрого места, — усмехнулся Марк. — Не говоря уж обо мне. Потому перестаньте сотрясать воздух, пытаясь произвести на меня впечатление. И угрожая мне смертью, помните, моя кровь имеет цену королевской, а покушение на меня карается так же, как совершённое убийство. Одного пореза на моей руке будет достаточно, чтоб вас четвертовали и выпотрошили на потеху добрым подданным короля Жоана. Хотя до этого не дойдёт. Я сам разберусь с вами, и обещаю, ваша смерть не будет лёгкой.

— Я и не думал угрожать вам, — пробурчал де Шамбле, поднимаясь из-за стола. — Вы не понимаете шуток, де Сегюр.

И бросив на Джин Хо подозрительный взгляд, побрёл в сторону лестницы, чтоб подняться к себе.

— Какой отвратительный тип, — заметил лис. — Если ты решишь с ним разобраться, можно это сделаю я? Не думаю, что его печень представляет для меня интерес, но я с удовольствием перегрызу ему горло.

— Оставь свои кровожадные мысли, — усмехнулся Марк. — Он ничего мне не сделает. Он трус. Может, на поле боя он и представлял собой что-то, но против королевского чиновника вряд ли решится выступить, даже