Дело о чёрном рыцаре - Лариса Куницына

— Ладно, — слегка разочарованно согласился лис, пододвинув пустой кубок к напуганному его словами лакею. — Из-за вчерашней прогулки мы упустили возможность уехать. К тому же дело повернулось так, что нам придётся здесь задержаться. Чем займёмся?

— Впереди долгая, тёмная и довольно скучная ночь, — задумчиво произнёс Марк. — Думаю, мне стоит пойти в библиотеку и поискать какую-нибудь увлекательную книгу.

— Отличная идея! — кивнул Джин Хо, и Марк подозрительно взглянул на него.

Причина этого одобрения выяснилась, когда он, вернувшись к себе с книгой, увидел расстеленную возле печурки слегка полысевшую шкуру волка, на которой разлёгся небольшой белый лис. Усмехнувшись, Марк присел рядом и зверёк тут же положил голову ему на колено, подсунув под свободную руку мягкое тёплое ухо.

Рыцарский роман, найденный им в библиотеке, оказался довольно увлекательным. Читая его и почёсывая лисье ухо, Марк не заметил, как летит время. За окнами давно стемнело, и Эдам дважды подходил к печурке, чтоб подкинуть в неё маленькие полешки. Тихое потрескивание горящего дерева изредка нарушало спокойную тишину комнаты. Лакей принёс большой поднос с обедом, который оруженосец забрал у него на пороге, не впустив в комнату, а после накрыл стол. Марк лишь ненадолго прервал чтение, оставив на шкуре разомлевшего в тепле, крепко спящего лиса, наскоро перекусил и вернулся обратно, чтоб снова погрузиться в необыкновенные приключения странствующего рыцаря, который казался ему похожим на него самого лет пять назад.

Так в покое и уюте он готов был провести всю тёмную половину суток, но ему это не удалось. Уже совсем стемнело, когда он услышал на улице какой-то шум и крики. Нехотя поднявшись, он потянулся и, подойдя к окну, приоткрыл створку. Внизу темнел тёмной массой слегка подсвеченный тусклыми фонариками цветник, а чуть дальше виднелся мощёный пятачок маленького дворика перед лестницей в донжон. Взглянув туда, Марк с удивлением увидел стоявшую у нижних ступеней карету, а потом разобрал голоса споривших мужчин и монотонный монолог старой баронессы. Он был очень заинтригован этим, потому решил спуститься вниз.

Сбежав по лестнице, он вскоре оказался во дворе. Карета тёмной громадой возвышалась над ним, а рядом топтался перепуганный кучер. Тут же стояла встревоженная баронесса де Роше, а напротив — Симон де Фурже, который расстроенно мотал головой, поглядывая на приоткрытую дверцу кареты.

На вопрос, что случилось, он только махнул рукой, а кучер, взглянув на Марка округлившимися от ужаса глазами, принялся причитать жалобным голосом. Наконец ему удалось разобрать, что кучер по приказу её светлости погрузил в карету тело несчастной Санчи де Бувилль и повёз его в Рекамье, где остановилась свита баронессы. Он двигался уже известным ему путём, начало смеркаться, но он всё же надеялся успеть в город до темноты. Но уже в сумерках навстречу ему из зыбкого синего тумана выехал чёрный рыцарь на высоком коне, в котором он с ужасом узнал покойного барона де Роше.

— Это был он! — истерично крикнул кучер, размахивая руками. — Я узнал и его, и коня, на котором он отправился на войну. Он стоял прямо передо мной, преградив дорогу, а лошадь в упряжке встала как вкопанная, и я не знал, что мне делать. А его светлость жестом указал мне назад и ждал, пока я разверну карету и поеду обратно. Он ещё скакал какое-то время за мной, я слышал стук копыт позади, и только нахлёстывал свою лошадку, опасаясь, что он меня догонит. Так что мне пришлось вернуться, моя госпожа! Уж лучше вы накажите меня за ослушание, но я нипочём не соглашусь снова поехать туда в темноте, да ещё с трупом в карете!

— С чего бы призраку моего сына задерживать тебя в пути? — холодно поджав губы, вопрошала баронесса. — Ты верно ошибся, приняв за него другого рыцаря!

— Да как же ошибся? — воскликнул кучер. — Коли я хорошо его рассмотрел, и это были его латы и его шлем! И под седлом был его Ренар, которого я ни с каким другим конём не спутаю, поскольку сам растил его с жеребёнка! Да и с чего чужому рыцарю гнать меня назад? Видать, его светлость не хочет, чтоб я вёз госпожу Санчу в Рекамье, а желает, чтоб она оставалась здесь. Потому как не стал бы он тратить время на столь ничтожного человека, как я. Стало быть, именно она была причиной его явления.

— Это безумие! — раздражённо произнесла она и взглянула на Марка.

— Что спорить теперь, ваша светлость? — произнёс он. — Уже слишком темно, чтоб ему снова отправляться в дорогу. Да он и не поедет, слишком напуган. Пусть останется здесь до светлого утра. Господин де Фурже, — Марк обернулся к хозяину замка. — Есть ли здесь какое-то прохладное помещение, куда можно было бы перенести тело?

— Здесь есть ледник, — пробормотал де Фурже и с отчаянием взглянул на Марка. — Говорил я вам, не к добру это! Если уж он добрался почти до Рекамье, то уж точно не зря! Он запер нас всех тут на ночь и не даст покоя, пока всех не изведёт!

— Где этот ледник? — спросил Марк, проигнорировав его путаное бормотание.

Тело несчастной девицы, завёрнутое в большую белую простыню, вытащили из кареты и перенесли в неглубокий, холодный погреб, где у стен стояли деревянные кадки с замороженной водой. Её положили на пол возле корзин с продуктами и оставили там.

Отправив перепуганного кучера на кухню, Марк проводил баронессу до двери её покоев. Она выглядела грустной и, кажется, постарела ещё больше. Скорей всего, ей не хотелось верить, что её дорогой сын после смерти так и не смог обрести покой, и бродит по этому маленькому замку или ездит по лесным дорогам, пугая людей.

Вернувшись в свою комнату, Марк застал там заспанного Джин Хо, сидевшего за накрытым столом. Тот грыз куриную ножку, запивая её вином. Марк присел в кресло у стола и рассказал ему о том, что случилось.

— С чего бы это призраку заворачивать назад карету с трупом этой девицы? — недоумевал он, глядя на пляшущие в печурке язычки пламени.

— Ну… — лис задумчиво посмотрел в потолок. — Я ж говорил, что призраки часто ищут справедливости, и не только для себя. Возможно, он не желает отпускать отсюда эту Санчу, пока не наказана её убийца.

— Звучит жутко, — бросив на него мрачный взгляд, заметил Марк. — Если это вообще призрак.