Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

начальник стражи, историограф. Нестандартные союзники для нестандартной задачи. На Земле это называлось «работа через неформальные каналы». Когда прямой путь закрыт, ищешь боковой.

Я подумал об историографе. Мастер Ар, пишущий хронику. Человек, для которого появление огнестрельного оружия в магическом мире — это событие, достойное записи. Для него я не угроза и не политическая проблема, а материал для летописи.

Это был неплохой способ встретиться с королём. Не в официальном зале с церемониями, а через человека, который имеет к нему регулярный доступ и которому я интересен по другим причинам.

Свеча погасла сама. Я лёг на доски нар и закрыл глаза. До столицы четыре дня по горной дороге. Четыре дня, чтобы подготовиться к разговорам, для которых у меня нет ни навыка, ни опыта.

Зато есть три пушки в баронстве, восемнадцать пергаментов с печатями в двойном дне торговой телеги и список из пяти имён, написанный усталым следователем Гильдии у сломанной телеги на лесной дороге.

Бывало и хуже.

Перевал встретил дождём на второй день.

Не сильным — моросящим, холодным, тем особым осенним дождём, который не промочит насквозь сразу, но за несколько часов доберётся до каждой складки одежды. Дорога раскисла. Лошади шли медленно, купеческие телеги скрипели и проседали в колеях.

Ренард ехал рядом со мной. Его серый плащ потемнел от влаги, лицо под капюшоном оставалось спокойным.

— Расскажите мне про Осеннюю ярмарку, — сказал я. — Как она устроена.

— Три дня. Первый день — торговля. Второй — официальные приёмы, состязания, выступления. Третий — аудиенции. Король традиционно принимает представителей дворянства, торговых гильдий и религиозных орденов. По заявкам.

— Мы успеем подать заявку?

— Нет, — спокойно ответил Ренард. — Заявки принимаются за месяц.

— Значит, официальной аудиенции у нас нет.

— Значит, вам нужно попасть на неё другим способом.

— Например, через историографа.

Ренард взглянул на меня.

— Читали список внимательно.

— Это моя работа.

— Мастер Ар — человек, который понимает ценность уникального. Он включает людей в свои «рабочие встречи» с королём, когда есть что показать или рассказать необычное. Это его привилегия как хрониста. Если вы сможете заинтересовать его — он может включить вас в такую встречу. Неофициально, без протокола.

— Как выглядит мастер Ар?

— Лет пятьдесят пять. Худой, очки на верёвочке. Носит всегда что-то в чернильных пятнах — руки, одежда. Очень быстро говорит, когда взволнован. На ярмарке будет ходить с записными книжками и опрашивать всех подряд.

— Звучит как тип, с которым легко познакомиться.

— Легко. Сложнее удержать его интерес дольше одного разговора. Он человек разносторонних увлечений и быстро переключается.

Дождь усилился. Лошадь подо мной фыркнула и потрясла головой.

— Ренард, — произнёс я. — Что вы будете делать в столице?

— Представлю Совету Гильдии отчёт о ходе расследования. — Следователь говорил ровно, без интонаций. — В котором напишу, что барон Валье действовал в пределах права на самооборону, что пленные маги нарушили Кодекс, что доказательства сговора с мирским лицом налицо. И что направлять делегацию для давления на корону в этой ситуации — значит создавать прецедент, при котором Гильдия выглядит инструментом частных интересов, а не независимым институтом.

— Вас послушают?

— Нет, — сказал он просто. — Большинство Совета уже решило. Но мой отчёт будет в архиве. И через двадцать лет, когда кто-нибудь будет разбираться в том, с чего всё началось, он его найдёт.

Я посмотрел на него. Человек, который работает на будущее, зная, что в настоящем его не услышат. Это тоже что-то говорило о характере.

— Вы не боитесь, что Совет вас накажет за такой отчёт?

— Боюсь, — ответил Ренард. — Но мой брат тоже боялся. Это его не спасло.

Мы ехали молча ещё с час. Дождь постепенно стихал. На перевале открылся вид: впереди, за цепью лесистых холмов, серело небо над долиной. Где-то там, за этой серостью, стояла столица Аркена.

Первый раз за три месяца я покидал баронство. Оставлял за спиной пушки, стрелков, шахту с эфиритом, кузню, людей, которым доверял. Впереди был город, где у меня не было ничего, кроме списка из пяти имён, металлической шкатулки с компрометирующими документами и единственного союзника в Гильдии, которая сама была расколота.

— Жаль, что нельзя взять с собой пушку, — сказал Олаф сзади, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Один ствол поместился бы на лошадь, — ответил Март.

— Во дворце было бы интересно.

Ренард не отреагировал никак. Но я заметил, что уголок его рта чуть дрогнул.

Глава 4:

Аркенбург

Столица пахла хлебом, навозом и деньгами. Запахи смешивались в пропорции, которая сначала казалась неприятной, но через час становилась просто городским воздухом.

Мы въехали в Аркенбург через южные ворота в середине второго дня Ярмарки. Задержались на перевале из-за того, что одна из купеческих телег с мёдом всё-таки засела в раскисшей колее и её пришлось вытаскивать общими усилиями. Я помог даром — укрепил ось, которая начала трескаться. Купец смотрел на это с видом человека, у которого только что случился религиозный опыт. Март потом объяснил ему что-то про «особое масло для осей», которое барон возит с собой. Купец, кажется, не очень поверил, но промолчал.

Ренард отделился от нас ещё до городских ворот. Пожал мне руку, коротко кивнул Олафу и сказал только:

— Мастер Ар обычно ночует в гостинице «Речная корона». Это на Монетной улице, ближе к набережной.

После этого уехал, не оглядываясь.

Аркенбург был крупным городом по местным меркам. Тысяч сорок жителей, может больше. Каменные дома в три-четыре этажа в центре, деревянные на окраинах. Мощёные улицы в торговом квартале и непролазная грязь в жилых. Над всем этим возвышался королевский замок на холме — настоящая крепость с двойным кольцом стен, башнями и рвом. Не декоративный, боевой.

Я смотрел на замок с профессиональным интересом. Стены толщиной метра три-четыре, судя по пропорциям. Башни угловые, хорошо простреливают подходы. Ров широкий. Для моих пушек нужен был бы крупный калибр и стрельба с безопасного расстояния, иначе ответный огонь лучников с башен не позволит работать расчёту.

Вообще-то замок я разглядывал чисто теоретически. Штурмовать его у меня не было ни желания, ни повода. Но инженерная привычка оценивать укрепления оказалась неотключаемой.

— Хватит смотреть на замок, — сказал Олаф вполголоса. — Люди заметят.

— Любой может смотреть на замок.

— Не так, как вы.

Я опустил взгляд.

Март уже знал, куда ехать. Торговец снимал одни и те же комнаты в Аркенбурге каждую осень на время Ярмарки: два этажа в доме вдовы Хинт, добрая женщина с хорошим столом и характером кремня. Расположено на Суконной улице, в квартале от ярмарочной площади. Не роскошно, зато надёжно