Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

Впрочем, базовый принцип один и тот же: понять, чего хочет каждая сторона, найти точку пересечения интересов и не давать обещаний, которые не можешь выполнить.

— Господин, — произнёс Олаф спереди, не оборачиваясь.

— Вижу, — сказал я.

Впереди на дороге стояла телега. Одна лошадь, без водителя. Лошадь щипала траву у обочины, уздечка болталась. Телега накренилась на одну сторону — треснувшее колесо, судя по виду.

Мы замедлились. Олаф положил руку на рукоять ножа. Март тихо подтянул свою лошадь чуть в сторону, чтобы было место для манёвра.

Из-за телеги показался человек. Пожилой, в дорожном плаще с дорожной же грязью на сапогах. В руках ничего. Лицо знакомое.

Ренард.

Следователь Гильдии стоял у сломанной телеги и смотрел на нас с выражением человека, которого застали в неловкой ситуации. Что, в общем-то, было правдой.

— Господин барон, — сказал он. — Случайная встреча.

— Инспектор. — Я спешился. — Насколько случайная?

Ренард секунду помолчал.

— Не вполне, — признал он. — Я знал, что вы поедете через перевал. Дорога через Серый Брод была бы неразумна с учётом обстоятельств. Это единственный разумный маршрут.

— И колесо сломалось.

— Колесо действительно сломалось, — он слабо пожал плечами. — Хотя не стану притворяться, что это не было удобным поводом дождаться вас именно здесь, а не где-то в другом месте. Можно мне поговорить с вами отдельно?

Я посмотрел на Олафа. Тот коротко кивнул — он слышал разговор, оценил, остался рядом с лошадьми, но в пределах слышимости.

Мы с Ренардом отошли на несколько шагов.

— Что произошло? — спросил я.

— Совет Гильдии провёл закрытое заседание три дня назад. Без участия магистра Крейн. Она узнала об этом только после, когда решение уже было принято.

Это было плохо.

— Что решили?

— Направить в столицу делегацию по «делу о незаконном применении магических материалов лицом без магической лицензии». Это вы. Делегация будет официально требовать от короля либо выдать вас Гильдии для разбирательства, либо подтвердить, что корона берёт на себя ответственность за ваши действия.

— Это ловушка, — сказал я. — Если король выдаёт меня Гильдии — конец. Если король берёт ответственность — Совет обвинит корону в покровительстве нарушителям Кодекса и потребует компенсации.

— Именно. Крейн сейчас пытается заблокировать делегацию через Комиссию по Кодексу, но это займёт время. Которого у неё немного, поскольку делегация выезжает послезавтра.

Я смотрел на дорогу впереди. Лес. Перевал. Столица, в которую мы ехали с расчётом на два месяца форы. Теперь форы не было.

— Зачем вы мне это говорите? — спросил я.

Ренард посмотрел куда-то в сторону, на деревья.

— Потому что я следователь, — произнёс он. — Тридцать лет. И за тридцать лет я научился отличать дело, в котором ищут справедливость, от дела, в котором ищут удобный исход. Это дело ищет удобный исход. — Он помолчал. — Кроме того, я видел, как работает то, что вы создали. И думал об этом. Долго думал.

— К каким выводам пришли?

— К тому, что вы правы насчёт одного. Маги не должны быть неприкосновенны. Это развратило нас больше, чем что-либо ещё. — Он снова помолчал. — Но это не значит, что всё остальное вы делаете правильно. Вы двигаетесь слишком быстро, в одиночку, без союзников внутри системы.

— У меня есть Крейн.

— У вас есть одна фракция в расколотом Совете. — Ренард повернулся ко мне. — Вам нужен кто-то внутри королевского двора. Кто-то, кто понимает, как там всё устроено. Потому что вы едете в столицу разговаривать с королём, имея о придворных делах примерно такие же знания, как я о пушечном литье.

— Вы предлагаете помощь?

— Я предлагаю информацию. Что вы с ней сделаете — ваше дело. — Ренард достал из-за пазухи сложенный лист. — Это список людей при дворе, которые имеют влияние на короля и которые не связаны с Мором. Пятеро. Трое из них будут на Ярмарке. Я написал, чем занимается каждый и что может быть им интересно.

Я взял лист. Не читал сразу, убрал в куртку.

— Почему вы помогаете?

Ренард ответил после паузы:

— Потому что двенадцать лет назад мой младший брат погиб. Маг — аттестованный, второго ранга — сжёг его за то, что он, уличный писарь, по ошибке составил не тот документ. Брат написал заявление о продаже земли неправильной формой. Маг счёл это неуважением к своему статусу. — Ренард говорил ровно, без надрыва, как человек, который давно всё обдумал и принял. — Расследование закрыли через три дня. «Несчастный случай при незапланированном магическом воздействии». Виновных нет.

Я не ответил. Некоторые ответы не нужны.

— Помогите с колесом, — сказал Ренард. — Я два часа его починить не могу.

Колесо мы починили за полчаса. Олаф нашёл подходящий кусок дерева в придорожных кустах, я скрепил обломок обода даром — не идеально, но достаточно, чтобы доехать до ближайшей деревни. Ренард наблюдал за этой процедурой с молчаливым интересом, который я уже научился читать как его способ задавать вопросы без слов.

До Каменного брода ехали вместе. Купцы из обоза уже были там, ужинали в общем зале постоялого двора. Хозяин двора оказался знакомым Марта, что упрощало и расположение на ночлег, и конфиденциальность разговора.

За ужином Ренард говорил мало. Слушал, как Март рассказывает хозяину постоялого двора историю о «богатом купце, везущем на ярмарку образцы новой бронзы» — это был я, — и о «его брате с дурным глазом, который умеет торговаться» — это был Олаф. Слушал и, по своей привычке, не комментировал.

Ночью, когда Март и Олаф уже спали, я при свете огарка свечи раскрыл лист Ренарда.

Пятеро людей при дворе.

Первый — Советник по земельным вопросам, некий Пеллей Харт. Ренард писал: «Практичный, интересуется доходами королевской казны. Не любит Мора лично, поскольку тот однажды публично унизил его на заседании совета. Можно заинтересовать информацией о ценности эфирита».

Второй — начальник королевской стражи, полковник Вейн. «Человек чести, буквально понимает воинский долг. Однажды воевал против армии, в которой был Олаф (лет двадцать назад, другой конфликт). Может быть точкой входа к военному командованию».

Третий — придворный историограф, мастер Ар. «Пишет официальную хронику Аркена. Не имеет политического влияния, но имеет доступ к королю для еженедельных докладов. Интересуется всем необычным, коллекционирует упоминания о новых явлениях. Ваша история — именно то, что его привлечёт».

Четвёртый — фрейлина королевы, некая Инесса. Записей было мало, только: «Осторожно. Интересы неизвестны».

Пятый — лорд-казначей, которого мы и так планировали посетить.

Я сложил лист. Свеча почти догорела, воск стекал на стол деревянными слезами.

Советник по земельным вопросам,