Арморн — Сталь вместо заклинаний - Филин Глитч

— Что вы хотите взамен?

— Справедливого суда, — сказал он. — Не публичной казни, не конфискации всего. Справедливого разбирательства. Я совершил преступления — заказал нападения на ваши земли, сотрудничал с людьми Мора. За это должно быть наказание. Но я не хочу быть козлом отпущения, которого используют, чтобы прикрыть маршала.

Я смотрел на него. Граф Черро, который ещё три месяца назад хотел стереть меня с лица земли, теперь просил у меня справедливого суда. Это был мир, в котором всё менялось быстро.

— Где тайник? — спросил я.

— В моём кабинете, за третьей панелью слева от камина. Открывается нажатием на нижний угол. Внутри — металлическая шкатулка с замком. Ключ висит у меня на шее под рубашкой.

Он расстегнул ворот и вытащил шнурок с маленьким бронзовым ключом. Положил на стол между нами.

Я смотрел на ключ. Потом — на Черро.

— Вы понимаете, что если я заберу этот ключ и поеду в ваш замок, то могу просто взять документы и не дать вам ничего взамен?

— Понимаю, — сказал он. — Но вы не такой человек.

— Почему вы так думаете?

Граф Черро впервые позволил себе что-то похожее на улыбку.

— Потому что вы не убили меня там, в замке. И не бросили в подвал. Вы дали мне еду, комнату и возможность думать. Это не поведение человека, который обманывает врагов.

Я взял ключ.

— Олаф едет в замок Черро послезавтра, — сказал я. — Лично проверит тайник. Если документы там — возвращаемся к разговору. Если нет — разговор закончен.

— Документы там, — просто ответил он.

Я встал. Направился к двери. У порога остановился.

— Граф, — сказал я, не оборачиваясь.

— Да?

— Справедливый суд — это всё, что я могу обещать. Я не судья. Я не определяю наказание. Я только обеспечу, чтобы суд состоялся. И чтобы на нём были представлены все факты.

— Этого достаточно, — сказал он за спиной.

Я вышел.

Вечером я долго сидел у верстака, глядя в чертежи. Пушки, нарезные стволы, расчёты баллистических характеристик — всё это лежало передо мной, но взгляд скользил поверх.

Граф Черро, которого я считал злодеем, оказался человеком, которого использовали и которому хватило ума это понять. Мор, которого я считал умным противником, оказался более опасен, чем предполагал — потому что действовал системно, через финансы и документы, а не через людей с мечами. Ренард, которого я считал нейтральным следователем, давал мне советы, которые явно шли вразрез с интересами его Гильдии.

Мир оказался сложнее, чем «плохие маги против хорошего барона».

Я открыл новый лист. Написал вверху: «Осенняя ярмарка».

Под этим — список:

«Взять Олафа (охрана, опыт).

Взять Марта (торговые связи, знание столицы).

Оставить Бурта (производство пушек).

Оставить Тима (обучение, охрана).

Оставить Криса (безопасность, управление).

Цели:

Лично встретиться с королём — если возможно. Встретиться с магистром Крейн — она будет там. Найти лорд-казначея — передать информацию о документах в тайнике Черро. Понять расклад при дворе — кто за Мора, кто против.

Риски:

Мор может попытаться задержать или убрать нас в столице — вдали от пушек и стрелков. Появление на публике раскроет наш облик — нас запомнят. Любая встреча при дворе — это политика. Я плохой политик.

Вывод: ехать надо. Потому что не ехать — значит оставить поле политики Мору».

Я отложил перо. Позвал Олафа.

Ветеран появился через две минуты — как будто стоял под дверью.

— Мы едем в столицу, — сказал я. — На Осеннюю ярмарку. Ты, я и Март. Через три недели.

Олаф помолчал. Потом:

— В столицу. Где маршал. С его шпионами. С его гвардией.

— Да.

— И пушек у нас с собой не будет.

— Нет. Но будут документы из тайника Черро. И у нас будет Март — человек, у которого в дворцовой прачечной есть знакомые.

Олаф посмотрел на меня долгим взглядом. Потом вздохнул — коротко, по-военному.

— Когда едем?

— Через три недели.

— Мне нужно купить приличную одежду, — произнёс он мрачно. — Последний раз я был в приличной одежде на похоронах матери.

— Купим, — кивнул я. — Март знает лавку.

— Конечно, знает.

Олаф ушёл. Я ещё раз посмотрел на список. Потом добавил внизу, маленькими буквами:

«5. Не умереть».

Разумная цель для любой поездки.

Глава 3:

Дорога через перевал

Я услышал его лошадь ещё у ворот. Потом услышал, как он говорит что-то Тиму во дворе. Потом прошло минут десять, прежде чем он поднялся ко мне. Это было непохоже на Олафа, который обычно докладывал немедленно.

Когда он зашёл, я понял почему. Старый ветеран держал под мышкой металлическую шкатулку размером с небольшую книгу. Лицо у него было такое, как будто он только что обнаружил, что под его сапогом лежит живая змея.

Он поставил шкатулку на стол между нами.

Шкатулка была открыта. Внутри лежали пергаменты, сложенные в три раза, с восковыми печатями.

— Нашёл, — сказал Олаф. — Третья панель слева от камина. Всё как он говорил.

— Ты читал?

— Читал. — Олаф сел напротив. — Там восемнадцать листов. Я пересчитал. Расписки о переводах денег, шесть штук. Письма, где Мор прямо пишет про «синий камень на землях баронства Валье» и про то, что он хочет его получить. И контракт, где он обязуется прислать войска «в случае споров с соседними землевладельцами».

Я взял верхний лист. Почерк был чужим, аккуратным. Дата стояла год назад. Под текстом — четыре строки печатей, одна из которых отличалась от остальных размером и сложностью рисунка. Герцогская печать. Личная.

— Это подлинное, — сказал я, не глядя на Олафа. Мой дар чуть коснулся чернил и воска, считывая структуру. Чернила старые, воск правильного состава. Не новодел.

— Значит, поедем в столицу с этим?

— Значит, поедем.

Олаф помолчал. Потом произнёс то, что, судя по всему, держал в себе всю дорогу от замка Черро.

— Господин, замок пустой. Почти. Там остались четыре старика из прислуги и конюх. Гарнизон разошёлся сам, кто куда, за две недели после того, как Графа увезли. Деревни вокруг замка в порядке, крестьяне живут своей жизнью. Но сам замок... — Он покрутил в руках свою шапку. — Это чужое баронство без хозяина. Кто туда придёт, тот и возьмёт.

Я положил пергамент обратно в шкатулку.

— Ты хочешь сказать, что нам нужно либо его занять, либо позаботиться, чтобы кто-то другой не занял.

— Именно.

— Это решит суд над Черро. До суда трогать его земли нельзя. Это создаст впечатление, что мы