Тень отступника - Артём Гармашов

Он кивнул в дальний угол, где трое поддатых тёмных эльфов спорили громче, чем следовало, и ушёл на кухню.

Нар'миир выпрямился и направился к ним.

Пьяные заметили его не сразу. Тот, что сидел посередине — широкоплечий, с красными пятнами на сером лице и мутными глазами, — стучал кружкой по столу, что-то доказывая соседу. При виде Нар'миира он осёкся.

— Чё н-надо?

— Говорите тише, — сказал Нар'миир. — И без драки.

Пьяный ухмыльнулся.

— А с чего мне тебя слушать?

Он оглядел Нар'миира с головы до ног и задержался на тарханском клинке.

— Ты мне не командир. Я не твой солдат. Да и ты, говорят, уже не тархан.

— Я здесь слежу за порядком. Если понадобится — вышвырну тебя за дверь. Вместе с дружками.

Пьяный расхохотался. За соседними столами начали оборачиваться.

— Порядок! Вы поглядите на него! Просрал службу в армии. Сдриснул в вышибалы. Достойный муж! Нихера не скажешь!

Нар'миир сжал челюсти, но не двинулся.

За две недели он слышал и хуже. В прошлый раз его назвали дезертиром с дубинкой. Даже почти оригинально.

— Всяко достойнее тебя, — голос раздался сбоку.

Из-за углового стола поднялся молодой человек света с бритой головой, ожогами на лице и амулетом из клыка на шее. Двигался он быстро, дёргано. Широкие зрачки блестели в свете ламп.

— Перед вами, пьяные морды, не просто бывший командир, — заговорил он, размахивая руками. — Один из немногих тёмных эльфов, которые ещё помнят, что такое честь и долг. Правда, друзей он помнит хуже.

Он хихикнул и покосился на Нар'миира. Тот нахмурился.

Он видел этого человека несколько раз за последние дни. И раньше — в тот вечер, когда сидел здесь с Ризааном перед ритуалом. Тот же бритый череп, тот же амулет, те же ожоги на руках, которых он не пытался скрывать.

Имени Нар'миир не помнил. И не понимал, почему человек говорит с ним как со старым знакомым.

Пьяный перевёл на него мутный взгляд.

— Ты, грязный человечишка! Это я, значит, чести не знаю?

Человек света охотно кивнул.

— Ты. И твои дружки тоже. Но снаружи я объясню понятнее.

Пьяный вскочил. Следом поднялись остальные. Стул опрокинулся, кружка покатилась по полу.

— Ах ты ж…

Лысый уже был у двери. Распахнул её, обернулся и поманил их пальцем.

— Ну же. Или только языком умеете?

Этого хватило. Трое, ругаясь, бросились за ним.

Дверь захлопнулась.

Таверна притихла. Кто-то кашлянул. Кто-то нервно рассмеялся. Корень так и не вышел к стойке.

Нар'миир ещё несколько мгновений смотрел на дверь. Лысый появился вовремя, увёл троих и говорил так, будто знал его давно.

Он обернулся к залу — и замер.

У стойки стояла Малис.

На ней было простое платье, волосы скрывал платок. Через плечо висела тяжёлая сумка, ремень врезался в ткань. От Малис тянуло сухим запахом близкой грозы.

Нар'миир подошёл.

— Ты почему здесь?

— Хотела увидеть, где теперь до поздней ночи пропадает мой любимый, — она улыбнулась. — И ещё раз спросить про Кутаниса. Ты точно всё рассказал?

— Точно. Он поможет ферме, если я найду тех, кто грабит его караваны. Сегодня ночью мы с Ризааном идём по следу.

Малис посмотрела на него чуть дольше обычного.

— Ты ему веришь?

— Нет. Но другой возможности я пока не нашёл.

— Тогда не доверяй больше, чем нужно. Я знаю таких, как он. Сперва дают, потом забирают. Больше, чем дали.

Она взяла Нар'миира за руку и почти сразу отпустила.

— Я буду осторожен.

— Знаю. Ты всегда справляешься.

Малис поправила платок. Сумка качнулась, и запах стал резче.

— Что у тебя там? — спросил Нар'миир.

Она прижала сумку к боку.

— Ничего такого. Я сама отнесу куда нужно.

— Малис…

— Не спрашивай. Пожалуйста, — она быстро поцеловала его, провела пальцами по щеке и отступила. — Возвращайся скорее.

— Подожди…

Но Малис уже вышла.

Нар'миир шагнул следом и остановился на пороге. Над крышами мерцал только Призрак. Странник и Неведомый ещё не появились. Малис быстро шла по улице, пока не растворилась в синеватом полумраке.

Он смотрел ей вслед. Не знал, что она несла, куда направлялась и откуда у неё деньги.

— Эй, тархан.

Нар'миир обернулся. Корень стоял у стойки и вытирал руки о передник.

— Что за шум тут был?

— Всё уладил.

— Хорошо. А то я уж решил, что ты без меня клиентов калечишь. У нас заведение, а не лазарет. Пни мальчишку, пусть приберёт столы, и сам возвращайся. Скоро закрываться, а мне ещё бочку перекатывать.

Нар'миир ещё раз посмотрел на улицу. Там уже никого не было.

Он вернулся в таверну.

* * *

27.06.935 Эпохи «Совета десяти»

Таверна опустела заполночь. Последние игроки ссыпали кости в мешочек. Дварф, похрапывая, устроился на лавке у стены — Корень то ли не замечал, то ли давно махнул на него рукой. Мальчишка собирал со столов кружки и протирал доски тряпкой.

Нар'миир поправил пояс с мечом, проверил кинжал и одёрнул мантию. Дубинку оставил у стены.

Корень, перекатывавший бочку в дальний угол, выпрямился и вытер лоб.

— Куда на ночь глядя, коль не секрет?

— По делу.

— Ну-ну, — Корень хмыкнул. — Завтра не опаздывай.

Ризаан ждал снаружи, прислонившись к стене таверны и закутавшись в плащ. При виде Нар'миира он выпрямился.

— Готов?

— Готов.

— Тогда идём. Караван должен был прийти по северному тракту ещё трое суток назад. Если его взяли недалеко от города, следы могли сохраниться.

Они зашагали по пустым улицам Сар'Келы. Над крышами всё так же мерцал Призрак. Нар'миир невольно посмотрел туда, где скрылась Малис.

У северных ворот их окликнули. Ризаан показал знак тархана и сказал, что они выполняют поручение за городом. Стражник осмотрел Нар'миира, задержался взглядом на мече, но ворота открыл.

За городом дорога шла через поля, ныряла в редкий лес и снова выходила на открытое место. За час быстрой ходьбы им никто не встретился. Только ветер гудел в кронах да где-то вдалеке выли шакалы.

Некоторое время они шли молча.

— Ты быстро согласился, — сказал Ризаан.

— А ты ожидал, что я буду торговаться?

— Ожидал, что пошлёшь дядю куда подальше. Ты же теперь вольный эльф.

— Вольный эльф с пустым кошельком и тремя больными детьми.

Ризаан некоторое время смотрел под ноги.

— Знаешь, твои нукеры до сих пор косятся на меня. Особенно Канзаф-эль.

— Он на всех косится.

— На тебя не косился. До сих пор уважает.

— Первые десять лет косился.

Через час они добрались до места.

Северный тракт здесь плавно огибал старую рощу. Дорога была пуста — пыль, камни и сухая листва по краям.

Нар'миир остановился у