Поздние люди - Тан Фэй

волнистые волосы развевались на ветру, смазанные от движения. Казалось, она только что остановилась после веселого и долгого танца. Это был какой-то сверкающий зал – в кадр попала хрустальная люстра, свет которой отражался в зеркальной стене. В зале, вероятно, было очень людно, поэтому в кадр также попала спина мужчины в черной куртке. Вряд ли этот снимок можно было считать особенно удачным, но Синьминь захотелось рассмотреть его внимательнее – и тут Диннин вернулась с соком.

– Пойдемте на кухню, – позвала Диннин.

Когда Синьминь и Хуэйсинь вошли в кухню, они потеряли дар речи. Это была кухня мечты. Помимо газовой плиты, здесь были духовка, скороварка, мультиварка, два холодильника и всевозможная кухонная утварь, которую только можно вообразить, для приготовления блюд разных кулинарных традиций. Хуэйсинь принялась на все лады расхваливать обстановку, а Синьминь выбежала в ванную, чтобы прийти в себя. Когда она вышла из ванной, Диннин ждала ее прямо у двери.

Синьминь поняла, о чем та собиралась спросить.

– Как ты?

Позавчера вечером Диннин сообщила им, что тело А-Цань нашли в канализации на окраине города. Полиция расследовала дело согласно обычной процедуре.

Тогда Синьминь не нашлась с ответом. Она не находила слов и сейчас.

– Уши заложило, хотела отдохнуть. Хуэйсинь болтает без умолку.

– Она всегда такая, – улыбнулась Диннин.

Синьминь хотела что-то сказать, но не облекла мысли в слова. С этого момента она больше никогда не станет упоминать А-Цань.

Подруги собрались на кухне. Сначала они разобрались с кухонной утварью. Затем Диннин достала из холодильника органические продукты. Хуэйсинь снова шумно восхищалась, аккуратно поглаживая прожилки сочных листьев шпината, рассматривая на просвет золотистые иглы зимних опят[25]. Даже человеку без опыта было ясно, что продукты свежие и очень дорогие.

– Если ты сейчас достанешь живую курицу, я не удивлюсь, – сказала Синьминь.

– И не мечтай! Знаешь, чего мне стоило добыть свежих куриных крылышек? – возмутилась Диннин.

– Вот, слышала? Понимаешь теперь, как это сложно? – спросила Синьминь у Хуэйсинь.

В кухонных хлопотах атмосфера вновь стала спокойной и расслабленной. Создавалось впечатление, что они многие годы готовили вместе: каждое движение – в такт, мытье овощей, неспешная нарезка продуктов, житейские разговоры. Если бы кто-то заглянул в окно, то увидел бы, как три женщины сливаются в единое целое, занятые общим делом.

– Значит, Лу Шо поставил тебе ультиматум? Ужас какой! – воскликнула Хуэйсинь, выслушав рассказ Синьминь о последней размолвке с мужем.

– Ты уверена? Сейчас самое подходящее время, – уточнила Диннин.

Синьминь понимала, что обе подруги сделали выбор «за», и ответила:

– Можно захотеть – можно и передумать.

– С ума сойти. И это ты называешь решением? – покачала головой Диннин.

– Я не понимаю: если уже есть искусственная матка, зачем нужно подсаживать плод в матку женщины и рожать естественным путем? – недоумевала Хуэйсинь.

– Считается, что «качество» детей, рожденных через родовые пути, выше. Создать искусственные родовые пути не проблема, но давление на плод и длительность схваток трудно контролировать, поэтому ни один производитель не готов взять на себя такую ответственность, – объяснила Диннин.

Синьминь подумала: у женщин все самое важное случается внезапно, почти без сознательного участия. Сама она так влюбилась. Или взять, к примеру, ее мать. Та встретила отца, и в тот же год появилась Синьминь. Все произошло очень быстро, словно вспышка молнии, без размышлений, без выбора. Теперь все было по-другому. Она представила себе, как меняется центр тяжести в теле, большая часть нагрузки переносится на поясницу, мышцы таза растягиваются, как сеть, поддерживая внутренние органы и с каждым днем растущий плод. А потом – разрыв. Ее тело в буквальном смысле разорвется. И это будет полностью ее решением. Именно она, а не кто-либо другой, позволит ребенку появиться в ее теле. Нечего обманываться: никто другой не станет отвечать за это.

– Рожай! Я слышала, что эволюция начинается тогда, когда разные особи передают генетический материал для производства новых особей, – сказала Диннин.

– А я слышала, что даже смерть – это результат эволюции. – Синьминь обмакнула палец в соус, чтобы попробовать его на вкус. – Более того, на ранней стадии эволюции, передача генетического материала у одноклеточных могла быть побочным эффектом поедания друг друга.

– Ну хватит! Хуэйсинь, не слушай ее! Пусть Синьминь учит тебя готовить, а остальное не бери в голову.

Первым блюдом оказались грибы со шпинатом – холодная закуска, очень легкая в приготовлении. Всего лишь немного припустить грибы и зелень, нарезать лук с имбирем и приготовить соус. С этим блюдом Хуэйсинь легко справилась.

А вот со вторым пришлось повозиться. Само блюдо – жареные на углях крылышки – с виду казалось весьма простым. Сначала нужно надрезать крылышки и оставить их мариноваться, чтобы мясо напиталось нужным ароматом, а в конце обжарить на углях. На кухне не было электрогриля, поэтому Диннин с большим трудом отыскала пролежавший много лет без дела мангал. Но, когда они захотели его подключить к домашнему ИИ, система отказала. Причина – модель устарела, к тому же долгое время не использовалась, безопасность невозможно гарантировать. Даже Диннин, хозяйка дома с полными правами доступа, не могла обойти запрет, требовалось согласие всех жильцов здания.

– Эх, ты же вчера об этом говорила! Мне следовало догадаться, что так выйдет, – раздосадованно сказала Синьминь.

– И что теперь? Я ведь хотела научиться, – огорчилась Хуэйсинь.

Подруги растерянно смотрели друг на друга, не зная, что сказать.

– Назначим другую встречу, я подготовлюсь получше, – предложила Диннин.

– А может, придете ко мне? У меня все под рукой. Да и давно пора было пригласить вас, – решительно заявила Синьминь.

Диннин и Хуэйсинь сначала замерли от изумления, а потом заговорили наперебой:

– А это точно удобно?

– Конечно! А мы думали, что у тебя нет настроения.

Синьминь улыбнулась и успокоила их. Они договорились о новой встрече, а сегодняшний урок решили закончить. Подруги заварили чай и отправились в гостиную, болтая о том о сем. Начали с мелочей, перебрасываясь фразами, словно мячом при игре. Теперь их стало трое, поэтому и ритм беседы изменился, приходилось заново привыкать к новому составу. К тому же они боялись дать волю эмоциям и поставить остальных в неловкое положение. Но после чашки чая беседа вошла в обычное русло. Диннин и Хуэйсинь обсуждали приготовления к свадьбе, атмосфера оживилась. Синьминь привлекли стены с цветами и растениями, она подошла ближе и разглядывала их, время от времени вставляя реплики в разговор.

Совсем недавно Синьминь увлеклась садоводством и теперь, увидев столько разных растений, она попыталась определить их виды. Там были не только лианы, но и кусты, небольшие деревья, трава, модифицированные для выращивания на вертикальных поверхностях и имевшие сходный период цветения. Овальные желтоватые листья, на фоне которых красовались желто-бурые пятилопастные колокольчики, – это белладонна. Широкие изрезанные листья ярко-зеленого цвета с заостренными краями, длинные стебли, увенчанные кистью фиолетовых цветов со шлемовидным верхним лепестком, – скорее всего,