Поздние люди - Тан Фэй

борец. Овальные заостренные темные листья, несимметричные в самой широкой части, крупные белые воронковидные цветы, растущие из развилок стебля, – похоже на дурман. Плотные сочные зеленые листья, росшие по спирали вокруг стебля, с каплями воды на кончиках и еще не раскрывшимися бутонами в виде початка, укрытого покрывалом.

– Это алоказия? – спросила Синьминь.

– Да, алоказия пахучая, – подтвердила Диннин. – Надо же, ты разбираешься! Я развожу их очень давно, но выучила лишь несколько названий.

Синьминь не ответила. Она перевела взгляд в угол, где увидела растение, показавшееся знакомым. Подойдя поближе, она уловила слабый запах лакрицы и заметила тонкие стебли, обвивающие другие растения. В центре раскрытого кожистого стручка она заметила блестящий маленький ярко-красный плод с черным пятном на кончике.

– Это чёточник? – спросила Синьминь.

Диннин сперва не услышала, и Синьминь повторила вопрос. Получив в ответ кивок, Синьминь перевела взгляд с одной стены на другую, затем обратно и внезапно насторожилась. Подозрение усилилось, и она начала вглядываться в зеленый покров. Среди пестрого разнообразия она искала овальные глянцевые семена с мозаичным коричневым рисунком; крупные разрезные тускло-зеленые или же пурпурные зубчатые листья; метелки с двумя видами цветков: красноватыми рыльцами женских наверху и бледно-желтыми пыльниками мужских в нижней части соцветия.

– Что ты ищешь? – спросила Хуэйсинь.

– Клещевину[26], – сказала Синьминь и, повернувшись, посмотрела на Диннин.

Лицо Диннин оставалось безучастным, как и ее взгляд. Чернильно-черные зрачки были неподвижны, однако белки глаз жили своей жизнью, еле заметно увеличиваясь и расширяясь, постепенно проявляя пористую структуру, похожую на мел. На мгновение Синьминь показалось, что белки Диннин превратились в фасеточные глаза насекомого, и именно через эти тысячи крошечных ячеек подруга сейчас на нее и смотрит.

Когда Синьминь открыла дверь и увидела стоящего за ней человека, то никак не могла вспомнить его имя.

– Давно не виделись. – Она опустила голову, чтобы спрятать выражение лица, и тихонько вздохнула.

– Здравствуйте! Жилищное управление отправило меня на проверку. Вы сообщали и проблемах с воздухом? – спросил Чжоу Ю.

– Да. В последнее время так душно, что все время хочется спать. – Синьминь отступила в сторону, позволяя ему войти.

– Хочется спать, – мягко повторил он, проходя мимо. – Ничего страшного, сейчас все проверю.

– А еще…

– Что еще?

– Хорошо бы посмотреть кухонный утилизатор отходов. Я им давно не пользовалась, а вчера случайно уронила внутрь посторонний предмет. Проверьте заодно, пожалуйста, раз уж пришли. Я беспокоюсь, нет ли засора.

Чжоу Ю рассмешил этот ее «посторонний предмет».

– Что же это за предмет? В утилизаторе все распыляется на наночастицы, он не может забиться.

– Обручальное кольцо, – ответила Синьминь.

Чжоу Ю кивнул.

Первым в утилизатор отправилось кольцо Лу Шо. Он давно перестал носить его, держал в кармане. Сначала он говорил, что зимой от холода пальцы стали тоньше и кольцо соскальзывает, летом, дескать, станет лучше. А летом кольцо на безымянном пальце стало ему мешать. На следующий год Синьминь вытащила кольцо из кармана и спрятала. Свое же носила не снимая, вплоть до вчерашнего дня. Когда она увидела, как кольцо Лу Шо исчезает в утилизаторе, она сняла белое колечко с безымянного пальца и отправила следом.

Чжоу Ю совсем не обязательно было об этом знать. Лучше ему оставаться в своей сегодняшней роли курьера, сотрудника ремонтной бригады, решающего технические вопросы.

Синьминь проследовала за ним к панели, закрывающей технический отсек в стене. Словно древний мудрец, бормочущий тайное заклинание, он произнес какую-то команду, заставившую панель открыться. Затем засунул внутрь руку и вынул знакомую металлическую колбу.

– Опять тот контейнер?

– Да, все контейнеры первичной обработки имеют похожую форму. Их внутренние стенки обработаны особым составом, позволяющим хранить там что угодно. Из-за герметичности основная часть емкостей для газов выглядит именно так. – Говоря это, Чжоу Ю осторожно открыл контейнер и с помощью странного пинцета аккуратно извлек какой-то черный комок. – Вот и ваша драгоценность.

Синьминь подошла ближе, так что его теплое дыхание коснулось ее щеки.

– Черная?

– Платина измельчилась до наночастиц, не разглядеть. Она осела внутри сплошной пористой сеткой. Видимо, покрытие содержит углерод, поэтому платина на нем закрепилась.

– По всему покрытию?

– Похоже на то. Вам оно еще нужно? Ваше кольцо. – Он вопросительно посмотрел на Синьминь. Та протянула руку.

– Похоже, вы в бодром настроении, часто готовите… Вернее, часто сжигаете еду. – Чжоу Ю хоть и шутил, но его на самом деле сильно удивило количество угарного газа в контейнере. Индикатор показывал, что тот заполнен уже на две трети.

– Утечки быть не может? – спросила Синьминь.

Чжоу Ю достал диагностический прибор и тщательно проверил все контейнеры, трубы и плиту. Чтобы удостовериться, он сделал круг по всей квартире. Синьминь ходила следом, глядя на его хмурые брови и сосредоточенный взгляд. Сейчас его профиль напоминал величественный горный хребет, освещенный первыми лучами осеннего солнца.

– Все в порядке. Можете не беспокоиться, вы в полной безопасности, – наконец резюмировал он.

– Вы могли бы поставить новый контейнер накопителя вредных газов? А старый я оставлю на память.

Синьминь рассказала Чжоу Ю, что вчера к ней приходили подруги готовить курицу на гриле. Чтобы обучение Хуэйсинь прошло гладко, она попросила мужа повысить порог в системе безопасности «Умного дома». Теперь, даже если показатели состояния воздуха значительно ухудшатся, режим очистки будет включен, но сигнал тревоги в соответствующие органы не поступит. В результате Хуэйсинь несколько раз сожгла курицу до угольков, так как забывала про нее.

– У нее проблемы с памятью?

– Мы болтали в соседней комнате.

– Так долго?

Синьминь опустила голову и посмотрела на смятую салфетку, недоумевая, как та оказалась у нее в руках. Человек не может избавиться от привычки, потому что не видит ее истинную причину. Нельзя отгородиться от того, чего не замечаешь.

– Я имею в виду, что у вас, видимо, много тем для обсуждения, – добавил Чжоу Ю.

– В последнее время много всего случилось.

Своего лица Синьминь не могла видеть, но лицо Чжоу Ю исказилось так, будто она ударила его в прямо в сердце.

– Все в порядке? – спросил он.

Синьминь долго смотрела, как играет свет в его красивых глазах, но от протянутой руки отстранилась.

– Она собирается замуж, та моя подруга. Поэтому ей срочно понадобилось научиться готовить.

– Ты, наверное, очень любишь ее.

– Да, я добавила ее в список приоритетных контактов, чтобы звонки всегда принимались.

– Высшая степень дружеских отношений. И часто она звонит?

Синьминь усмехнулась. У нее были такие отношения с тремя подругами: Хуэйсинь часто звонила просто поболтать, Диннин связывалась не более десятка раз за все время, А-Цань не звонила ни разу.

Бедным людям трудно заводить друзей.

– Что-то случилось? Ты выглядишь грустной, – участливо спросил Чжоу Ю.

Синьминь задумалась, можно ли назвать ее состояние грустью. Ощутила ли она грусть, когда узнала о смерти А-Цань?

Она попыталась вспомнить. Хотя на самом деле ей не требовалось прилагать особых усилий: тот момент постоянно присутствовал в голове, словно притаившийся зверь. Она пыталась вспомнить, затаив дыхание, преодолевая внезапное головокружение, и понять, какое именно