Искатель 25 - Сергей Шиленко

— Шип сможет исцелить нас обоих всего через несколько месяцев, — уверенно сказал я. — Как только она достигнет шестидесятого уровня и разовьёт класс до следующего ранга. Это просто вопрос времени и опыта.

— Да, конечно, — отрешенно пробормотал Илин.

Его взгляд скользил где-то поверх моего плеча. Даже перспектива полного исцеления высокоуровневой магией не могла пробиться сквозь глухую стену шока. Травма такого масштаба била не только по телу, но и по самой воле, её не закрыть ободряющим словом и не смыть поддерживающим заклинанием, тут нужно время, принятие и очень осторожная работа с человеком, который заново учился стоять на земле.

— А до тех пор… — я сжал пальцы на его плече, заставляя посмотреть на меня. — Я усажу Эшли за чертежи, она спроектирует для тебя лучший протез, который только может создать инженерная мысль — что-то похожее на тот механический узел, который мы сделали для Владиса, только на два порядка круче. Ты еще будешь прыгать выше гор.

— Я ценю твою заботу, — наконец-то взгляд Илина сфокусировался на моем лице, губы тронула слабая, почти призрачная, но искренняя улыбка. — Знаешь, я ведь сейчас помогаю Олвару в его новом лудусе, тренирую всех желающих, — он сделал паузу, словно взвешивая слова. — Многие из старших сирот уже ходили к нему на занятия и, должен признать, обучать других тому, чем сам овладел в совершенстве — это… приятное чувство.

Илин тихо сухо рассмеялся, но от его смеха повеяло теплом.

— Многие ошибочно полагают, что старая поговорка «кто не может делать сам, тот учит» — это оскорбление или признание собственного бессилия, но для меня это честь. Она говорит о тех, кто больше не может сражаться из-за возраста, немощи или потому, что просто готов оставить поле боя другим. Мы можем передать следующему поколению ту мудрость, которую выбили из мира кровью и потом, и всё еще можем творить добро, Артём.

— Ты делал для этого мира только добро, брат, — я переложил руку и осторожно сжал его уцелевшее колено. — И еще сделаешь столько, что Система и боги не раз отметят твои дела.

— Я твердо намерен работать, чего бы это мне ни стоило, — проворчал монах.

Он оттолкнулся ладонями от земли и плавно, без единого рывка поднялся.

Надо же, какой идеальный баланс и никакой дрожи в мышцах!

— Как бы долго я ни пробыл вне боевых выходов, буду помогать вам всем, чем только смогу, но… думаю, я действительно готов перейти от бесконечной резни к преподаванию, — Илин посмотрел на меня с такой светлой, поистине отцовской мудростью, какую редко встретишь в этом безумном месте. — Думаю, я шёл к этому уже давно, с того самого дня, как мы основали детский дом. А уж когда на свет появился Лестилин, я начал понимать, насколько критически важно подготовить тех, кто придет после нас.

— Это благородное дело, дружище, самое лучшее из всех, — искренне согласился я.

— А моя заветная мечта — чтобы мои ученики превзошли меня во всем, — тихо ответил монах.

Он расправил свои широкие плечи, словно сбрасывая невидимый давящий груз, и бросил долгий взгляд в сторону госпитальных палаток. Оттуда доносились глухие стоны раненых, отрывистые команды лекарей и резкий, щиплющий ноздри запах алхимических антисептиков.

— Спасибо, что вытащил меня из этой ямы жалости к себе, друг мой. Пойду помогать раненым, руки-то у меня целы.

Я хлопнул его по спине, провожая долгим взглядом. Илин двинулся к палаткам, двигаясь с поразительным достоинством, несмотря на увечье. В горле встал тяжелый ком. Мой друг, мой названый брат лишился части себя, но нашел силы улыбаться и планировать будущее. Вот та самая стальная воля, которой я порой искренне завидовал!

Я верну тебе возможность ходить, Илин, чего бы мне это ни стоило.

Глубоко вздохнув, запер эмоции в дальний сундук, лишние мысли убрал под замок, нацепил на лицо холодное выражение. Меня ждали офицеры Крестового похода, война всё ещё не была закончена, и расслабляться мы не имели права.

Да, мы вырвали победу, но Система, как всегда, выставила за неё кровавый счёт. Теневой Крестовый поход переломил хребет врагу, но при этом мы потеряли почти треть своих сил убитыми, ещё добрая шестая часть бойцов получила такие ранения, что вряд ли когда-нибудь вернётся в строй. Хуже того, мы лишились своей базы, Вольного. И хотя в военном плане Консорциум был раздавлен, с этого момента нам придётся жить с оглядкой, ожидая постоянных покушений и партизанских набегов из тени. Такова цена, и её придётся принять.

Я собрал костяк своей команды за широким походным столом в командном пункте, наскоро разбитом под плотным брезентовым навесом недалеко от поля боя. Когда Корвин закончил зачитывать сухую неутешительную статистику послебоевого отчёта, я обвёл своих офицеров цепким взглядом и мрачно усмехнулся.

— Сегодня мы совершили невозможное, — мой голос звучал хрипло, но твёрдо. — Одержали победу над силой, которая, при других раскладах, играючи проглотила бы весь Шалин. Три года назад, когда эта теневая война только началась, я бы в жизни не поверил, что у нас есть хотя бы призрачный шанс одолеть Консорциум, но вы все показали себя с лучшей стороны и выбили из них дерьмо.

Несмотря на дикое истощение как магическое, так и физическое, мои жёны, друзья и соратники ответили на это удивительно громким яростным рёвом. Наш клич подхватили крестоносцы и вспомогательный персонал снаружи. Там, в клубах едкого дыма, они сваливали тела наёмников Консорциума в огромные погребальные костры, в то время как павших братьев по оружию грузили на телеги, чтобы похоронить на кладбище Вольного.

Я позволил этому торжествующему гулу стихнуть естественным путём, впитывая энергию момента, а затем продолжил.

— У нас есть все причины нажраться сегодня в хлам и отпраздновать, но наша работа далека от завершения. На самом деле именно сейчас пора ударить ещё сильнее.

— Что, теперь? — прогудел Хорвальд. Старый Проходчик почесал свою короткую жёсткую бороду, которую только начал отращивать заново, глаза мага горели холодным огнём.

— Мы сломали Консорциуму экономический хребет, перемололи их военную машину, теперь нанесём последний удар, доведя дело до его полного уничтожения.

Я кивнул Ирен. Моя жрица, собранная и деловитая даже после бойни, быстро начала раскладывать на дощатом столе потрёпанные карты и стопки бумаг.

— У нас есть объём данных, равный паре забитых под завязку ангаров, — начала Ирен, скользя пальцем по пергаменту. — Документы, компрометирующие почти всех ключевых фигур Консорциума «Шалин Гранд» от верхушки до