Искатель 25 - Сергей Шиленко

как выпить ледяной воды после марш-броска по пустыне. Внутри, конечно, всё ещё свербило чувство вины за эти три потерянных года, но тепло её тела быстро вытеснило тяжёлую муть, сменившись облегчением от долгожданного воссоединения.

Правда, когда мои лисички решили устроить внезапную общую кучу объятий, стало даже немного смешно. Добро пожаловать в мой личный, безумный, но такой любящий дурдом, Хейли. Здесь бывает шумно, иногда опасно, но всегда очень весело и пушисто.

— Кхм-кхм!

Строгое покашливание разорвало расслабленную атмосферу встречи, заставив всех вздрогнуть. Звук эхом отразился от каменных сводов зала, мгновенно стирая любые намеки на непринужденность.

Я инстинктивно сместил вес на носки, готовясь к бою, и выглянул из-за внушительной, затянутой в тяжелую броню спины Кору. Орчанка мгновенно напряглась, мышцы под кожей окаменели, а ноздри хищно раздулись, втягивая воздух, но оружия она не достала, лишь положила ладонь на рукоять клинка. За спинами гвардейцев, опираясь на массивный рунный посох, стоял Торик Примиритель. Старейшина гномов, как и всегда, излучал ауру гранитной скалы, весь непреклонный, тяжелый и явно чем-то недовольный. Вокруг него теснились еще несколько высокопоставленных гномов в расшитых золотом и самоцветами мантиях, хмуро рассматривающих нашу пеструю делегацию.

Старый гном скрестил густые, почти сросшиеся на переносице брови, и бросил на свою правнучку взгляд, в котором читалось явное раздражение, смешанное с отеческой усталостью.

— Не кажется ли тебе, правнучка, — пророкотал он низким басом, от которого, казалось, мелко завибрировал каменный пол под нашими сапогами, — что эти ваши публичные обжимания с официальными посланниками создают, скажем так, несколько неловкую атмосферу для серьезных дипломатических переговоров?

— Ой, да бросьте! Всем нравятся обнимашки! — весело и совершенно беззаботно возразила Лили, ее звонкий голос колокольчиком разнесся по мрачному залу.

Моя жена ничуть не смутилась. Отступив на шаг назад, она безупречно выполнила традиционный глубокий гномий поклон, выражая почтение по всем правилам подгорного этикета, а затем грациозно скользнула ко мне. Привычно прижавшись бедром к моему бедру, она обдала меня теплым запахом луговых цветов.

— Рада снова вас видеть, Старейшина, — добавила она, сверкнув искренней улыбкой, от которой дрогнуло бы сердце любого, но только не умудренного опытом политика.

Торик лишь тяжело вздохнул, скрестив свои мощные, похожие на стволы вековых дубов руки на невероятно широкой груди. Металл его массивных браслетов глухо звякнул.

— Не хочу никого обидеть, леди… то есть мисс Лили, — медленно, тщательно подбирая слова, произнес он, буравя ее взглядом, — но я, к великому сожалению, не уверен, что могу ответить вам тем же.

Пронзительный взгляд переместился на меня, став холодным и колючим, словно лезвие ледоруба. Воздух между нами словно загустел.

— Насколько я понимаю текущую ситуацию, ваш муж на данный момент является врагом номер один для всего Шалина, являясь тем, кто единолично вверг нас всех в пучину финансовых проблем, разрушив к чертям собачьим экономику целого континента и поставив под удар вековые торговые связи.

Я усмехнулся уголком губ, хотя внутри подобрался, просчитывая варианты. Этот старый хитрый лис всегда искусно прикидывался неповоротливым консервативным медведем.

— Если бы не наши действия, Старейшина, то благодаря «Шалин Гранд» весь континент уже в ближайшее время окончательно лишился бы не только последних богатств, но и всяких остатков свободы, — ответил я глядя ему прямо в глаза и стараясь, чтобы голос звучал спокойно, но предельно твердо. — Наши атаки с самого первого дня были направлены исключительно на Консорциум в попытке вырезать эту раковую опухоль, а уже они, в свою очередь, как загнанные в угол крысы, атаковали всех остальных, пытаясь компенсировать свои чудовищные убытки и удержать монопольную власть любой ценой.

Старый гном с явным сомнением фыркнул, издав звук, похожий на чихание простуженного моржа, и задумчиво погладил свою роскошную бороду.

— Наши прошлые весьма взаимовыгодные деловые отношения — это единственная причина, по которой я вообще сейчас стою здесь и выслушиваю вас, Искатель, — проворчал он, немного смягчив тон. — Хотя, должен признать, состав вашей свиты говорит о вас лучше любых сладких речей.

Он перевел взгляд на моих людей и поочередно с нескрываемым уважением поклонился каждому: баронессе Мароне О’Мэлли, опирающемуся на посох старому проходчику Хорвальду Валаринсу, собранному и напряженному командиру Гильдии Истребителей Джинду Алору и мрачному Лоркару, сдержанно приветствуя их как равных, пусть и без озвучивания громких почетных титулов.

Затем его внимание снова переключилось на Хейли, которая всё ещё терлась поблизости. Густые брови Торика вновь сошлись на переносице.

— Какие бы светлые и нежные чувства ты к ним ни испытывала, внучка, сегодня ты выступаешь в роли моего официального советника, так что прекрати тискать чужую делегацию на глазах у всего совета, держи марку!

Очаровательная гномка с заметно покраснела, щеки вспыхнули ярким румянцем смущения. Бросив на меня виноватый, но всё ещё теплый взгляд, Хейли в последний раз порывисто прижалась ко мне, обдав легким ароматом целебных трав и выпечки, а затем поспешно отстранилась и юркнула за широкую спину деда, встав по стойке смирно.

Торик проводил ее недовольным взглядом, сокрушенно покачал головой и наконец властным жестом приказал своим закованным в латы стражникам расступиться и освободить проход. Он сделал приглашающий жест в сторону массивных резных дверей.

— Что ж, судья Теневого Крестового похода, — произнес он уже совершенно другим, деловым и расчетливым тоном, в котором прорезались нотки торговца. — Давайте поговорим о делах.

Я мысленно потирал руки, шагая вперед. Этот старый лис вовсе не дурак, он прекрасно понимал, что старый мир с треском катился в бездну, но, как истинный гном, хотел выторговать для своего народа место потеплее, да еще и с максимальной скидкой. Что ж, дедуля, я принёс тебе в своих бездонных сундуках столько забористого компромата, что твоя шикарная борода поседеет ещё раз. Пора переходить от тёплой встречи к настоящей грязной политике.

Нас провели в просторную, на удивление уютную комнату, расположенную прямо по соседству с огромным вестибюлем. В центре возвышался массивный, отполированный до зеркального блеска каменный стол, вокруг него полукругом стояли такие же, но невероятно низкие каменные сиденья. Точнее, низкими они казались для людей вроде меня, но для гномов в самый раз. Я осторожно опустился на холодную поверхность, гадая, насколько быстро у меня затечет задница от таких дипломатических удобств.

Мы расселись друг напротив друга. С одной стороны стола выстроились суровые, насупленные старейшины-гномы во главе с Ториком Примирителем. Их густые бороды воиственно топорщились, а в глазах читалось настороженное недоверие. С нашей стороны расположилась делегация Теневого крестового похода. Я невозмутимо обвел взглядом присутствующих, мысленно выдохнул и приступил к делу.

Я начал выкладывать прямо на отполированный камень стопки бумаг, увесистые папки, перевязанные бечевкой, свитки и толстые бухгалтерские книги, все