Последняя дочь. Книга первая. - Катерина Райдер

Преждевременные роды настигли их внезапно, вопреки всем прогнозам врачей. Рождение первенца – событие волнительное, но для Джеймса оно несло куда больше смысла. Из-за того, что пол ребёнка определить так и не удалось, в данный момент решалась судьба сразу нескольких жизней, ведь в мире охотника не было места женщинам-наследницам. Магистры «Лупус Дей», полагаясь на древнее писание, считали их проклятием, разрушением, которое надлежит уничтожать. А значит, если родится девочка…

– Нет, всё будет хорошо… – устало пробормотал Крофт, опустившись на скрипучее кресло и спрятав измождённое ожиданием лицо в ладонях.

Он попытался сосредоточиться, заглушить посторонние мысли, которые впервые за долгие годы, не подчинялись его воле. Эмпат, умевший чувствовать чужие эмоции на расстоянии, сейчас был ослеплён и оглушён собственным ужасом. Сандра находилась где-то там, на три этажа выше, однако он не ощущал её присутствия. Не мог уловить ни страха, ни боли, ни даже слабого проблеска сознания. Это оглушительное молчание пугало его сильнее прочего. И, в какой-то момент, рука сама потянулась к телефонному автомату на стене.

На другом конце света, в Италии, жил его лучший друг – Майкл Шеридан. Он был единственным человеком, кому Джеймс мог доверить свои переживания, не опасаясь порицания в слабости.

– Привет, Шеридан… – начал он, с трудом сглотнув ком в горле.

– Что случилось, Крофт? – голос Майкла сразу же стал серьёзным.

Он не обладал способностями друга, наделённый иным даром крови, но хорошо понимал его интонации.

– Так заметно? – Джеймс усмехнулся, однако в этом хриплом звуке не было ни иронии, ни радости, лишь отчаянье.

– Ты забываешь, с кем говоришь, дружище. Я знаю тебя как облупленного! Точно таким же голосом ты рассказывал мне, как Сандра отказывается идти с тобой на свидание, – попытался разрядить обстановку Шеридан.

– Она рожает, – коротко ответил Джеймс.

На другом конце провода воцарилась тишина. Даже на расстоянии в тысячи километров Джеймс ощутил, как волна тревоги накрыла его через крохотные отверстия в трубке, что, разумеется, было иллюзией, проекцией собственного состояния, ведь в действительности он не мог почувствовать эмоции друга.

– Я поздравляю тебя, брат! – чуть погодя бодро произнёс Майкл, осторожно добавляя: – Но почему ты не с ней? Всё в порядке?

Этот вопрос вывел всегда собранного и хладнокровного Крофта из равновесия, открыв ящик «Пандоры», в котором Джеймс прятал свою истинную страстную, искрящуюся жизнью натуру от всех в ордене, даже от Шеридана.

– Сандра в реанимации! – отчаянно забормотал он, сбивчиво и отрывисто, – и я… Я ничего не слышу. Никаких эмоций, даже слабого проблеска сознания. Оглушительная тишина. Это сводит с ума! Мне ещё никогда в жизни не было так страшно… Я не чувствую её, Майкл! Понимаешь? Не чувствую! Как будто её больше нет…

– Послушай, Джеймс, – прервал его Шеридан, твёрдо, но деликатно, – это нормально. Скорее всего твоя жена сейчас под наркозом. Успокойся. Не нагнетай и дай врачам сделать свою работу. Сандра сильная, она справится. А ты… скоро станешь счастливым отцом. Только вдумайся! Каких-то пару лет и по вашему газону будет бегать твоя мини версия, – Майкл тихо рассмеялся.

– Майкл… А если… – начал Джеймс, но не успел договорить, Шеридан снова его перебил.

– Если – быть не может! Хватит терзать себя попусту. Всё будет хорошо, друг. Ты лучший из нас и твой сын такой же. Великим людям нелегко появляться на свет. Но вы справитесь.

Джеймс хотел было ответить, признаться, что его беспокоит не только состояние жены, но и неопределённость с полом ребёнка. Однако в этот момент позади него раздался высокий женский голос:

– Мистер Крофт?

Он обернулся, глядя полубезумным взглядом на хрупкую темнокожую медсестру в серо-зелёном медицинском костюме. Её лицо было серьёзным, но не мрачным.

– Да, это я! Как моя жена? Что с ней? – затараторил Крофт, спешно вешая трубку.

– Роды были тяжёлыми, – начала женщина. – Обширная кровопотеря, экстренное кесарево сечение… Но нам удалось стабилизировать состояние вашей супруги. Ей придётся несколько дней провести в реанимации под наблюдением, но она будет в порядке.

Мир, казалось, рухнул и тут же возродился. Джеймс позволил себе закрыть глаза, чтобы сдержать подступающие слёзы, и с облегчением выдохнул, словно впервые за бесконечные часы смог сделать это по-настоящему.

– А мой сын? Что с ним? – вспомнив о ребёнке, спросил он, едва сдерживая дрожь в голосе.

Медсестра тепло улыбнулась и, положив руку ему на плечо, радостно сообщила:

– Поздравляю, мистер Крофт, у вас прелестная дочка. И вы можете увидеть её прямо сейчас.

Эти слова подобно удару хлыста по оголённой спине, вспороли плоть души нестерпимой болью.

Дочь…

Сердце замерло, дыхание остановилось, на лбу проступил холодный пот.

Проклятье!

Грудь сжалась, как если бы в неё вонзились ледяные когти. Он знал, что это значит. Знал слишком хорошо. Его долг перед орденом требовал немыслимого. Того, что он клялся исполнить, не задумываясь о своём выборе, когда был пылким мальчишкой, полным идеалов. Но тот юнец давно исчез, на его месте теперь изломанный жизнью мужчина, который вдруг осознал, что больше не может слепо подчиняться.

Руки дрожали. Джеймс сжал их в кулаки, пытаясь унять подступающую к горлу панику. Он чувствовал, как внутри что-то ломается – старые цепи, десятилетиями державшие его на пути предназначения, превращались в ржавую труху. Он смотрел на женщину перед собой, но не видел её лица, лишь зияющую бездну.

Опустив голову под тяжестью неминуемого, Крофт мучительно прохрипел. Глухая обречённость окутала его, словно дым во время яростного пожара, отравляя, не позволяя найти выход. Дочь… Его кровь и плоть… Сможет ли он перешагнуть через себя, добить последнюю искру человечности, которая ещё теплилась где-то в глубине его сущности? Или это конец?

Впервые бесстрашный и непоколебимый в своих решениях Джеймс Крофт испытал неподдельный ужас. Но он страшился не за себя, а за то, кем станет, если подчинится.

ВСЁ ТАЙНОЕ СТАНОВИТСЯ ЯВНЫМ…

Блэкфорт. США, штат Вирджиния.

За три дня до восемнадцатилетия Кейт.

Сандра стояла у раковины, рассеянно протирая стакан, который уже давно был чистым. Её взгляд блуждал за пределами кухни, скользя по изгороди из высоких сосен. Величественные деревья казались мрачными часовыми, молча застывшими под холодным ноябрьским солнцем, в ожидании неминуемой беды.

– Милая, а почему Кейт не спустилась к завтраку? – раздался голос её матери.

Миссис Войт вошла в кухню с большой плетёной корзиной, полной шерстяных ниток. Она удобно устроилась за столом, разложила вязальные принадлежности и привычно зазвенела спицами.

Сандра ответила не сразу, но когда заговорила, её голос звучал так бесцветно, словно она полностью лишилась жизненных сил.

– Её нет дома.

– И где же она