Несравненный. Том 1 - Мэн Сиши

– Верно, – с улыбкой подтвердил человек в белом. – А что насчет вас?

Словно не услышав его вопрос, Цуй Буцюй принялся отвечать на свой же:

– На всеобщее веселье вы явно заглянули ради нефрита Небесного озера, однако вы не из цзянху, и вряд ли вас привлекли слухи о том, что камень тот якобы помогает в совершенствовании боевых искусств. Такие, как вы, кажутся дружелюбными и приветливыми, но на деле обычно чрезвычайно горды и редко соглашаются кому-то служить. Ваш же господин позволяет вам действовать по своему усмотрению, а значит, занимает очень высокое положение. Выходит, вы хотели заполучить нефрит, чтобы преподнести ему.

– Неужто никто не говорил вам, что те, кто слишком много знает, долго не живут? – заметил человек в белом.

– Глупости, – ровно откликнулся Цуй Буцюй, – я бы сказал иначе: выдающимся людям завидуют Небеса.

Незнакомец не удержался от смешка.

– Вы поистине занятный человек, монах Цуй. Не случись наше знакомство столь не вовремя, я бы обязательно пригласил вас вместе выпить чаю, любуясь видами.

– Тогда мне не удалось бы насладиться ни чаем, ни видом, – заметил даос.

Как будто не услышав его, человек в белом вдруг спросил:

– Вы не голодны? Не знаете, где в городе можно поесть в этот час? Проводите? Я бы не отказался от миски горячего супа.

– Я не голоден, – ответил Цуй Буцюй. – У меня болит плечо.

– Если откажетесь, – с улыбкой продолжал незнакомец, – плечо заболит еще сильнее.

Он изъяснялся утонченно и мягко – ни намека на присущую обывателям грубость, – зато вел себя до крайности жестоко.

– Я не стану вас провожать, – сказал настоятель. – Пусть этим займется кое-кто другой.

– Кто же? – все так же любезно поинтересовался человек в белом.

– Я, – ответ раздался откуда-то со стороны.

К ним неспешно направлялся высокий стройный мужчина. В нескольких шагах от Цуй Буцюя и его похитителя он остановился, заслонив спиной весь свет.

– Как же вы быстро, господин Фэн! Неужели так легко одолели лучшего из тюркских мастеров? – удивился человек в белом.

– Разумеется! – подтвердил Фэн Сяо. – Разве мог я мешкать, когда вы похитили моего «любимца»?

022

Человек в белом не смог скрыть удивления.

Оценив уровень мастерства Фо Эра и его свирепую решимость покончить с Фэн Сяо, он полагал, что тот если и не сумеет убить второго господина, то уж наверняка надолго его задержит. Кто же знал, что звание лучшего среди тюркских мастеров – пустой звук! И большого часа не прошло, как Фэн Сяо уже отбился от одного противника и нагнал другого.

– Господин Фэн, ваше мастерство в боевых искусствах оказалось куда выше, чем я думал, – признался он.

– Вы ведь с самого начала не собирались уходить далеко, – заметил Фэн Сяо. – Из всех мастеров, собравшихся у моих дверей сегодня ночью, лишь вы до сих пор остаетесь для меня загадкой. Неужто, господин, вы не желали представиться и собирались как прийти безвестным, так и уйти безымянным?

– Господин Фэн, к чему так упорствовать? – ответил человек в белом. – Имя – лишь слово, то, как нас называют другие, пройдет сто лет – и прах вернется к праху.

– Чем чаще человек произносит подобные речи, тем больше он печется о собственной славе, – усмехнулся Фэн Сяо. – Вы с ног до головы в белом, на одеяниях – ни пылинки, а значит, крайне щепетильны и придирчивы не только к себе, но и к другим. И наверняка далеко не столь беззаботны, как хотите казаться!

– Что вы думаете обо мне, господин Фэн, мне совсем неинтересно, – с улыбкой ответил человек в белом. – Однако мне любопытно другое: вы отравили монаха Цуя сильнейшим ядом, держите его при себе, мучаете, так почему же он был уверен, что вы примчитесь к нему на выручку? Разве может кому-то нравиться, когда его истязают?

– Точно не мне, – холодно произнес Цуй Буцюй. – Но я знаю, что гораздо лучше оставаться в его руках, чем попасть в ваши.

– Разве я не обходился с вами со всей учтивостью, не считая той уловки, к которой мне пришлось прибегнуть, дабы увлечь вас за собой? – удивился незнакомец.

– Цель его поступков всегда ясна, да и меру он знает, вы же жизни других совершенно не цените, – ответил даос.

– Цюйцюй, ты так редко хвалишь меня перед другими, я весьма смущен столь неожиданной милостью…

Фэн Сяо не успел договорить, как тотчас стремительной тенью ринулся к незнакомцу.

Вмиг человек в белом вновь подхватил Цуй Буцюя и быстро отступил, прикрывшись пленником на случай, если второй господин решит нанести удар.

Но оказалось, что тот вовсе не пытался сразить противника: рука Фэн Сяо потянулась к вуали, скрывавшей лицо незнакомца.

Застигнутый врасплох, он попытался удержать вуаль, но не успел и в конце концов остался с непокрытой головой. Гладко выбритая макушка так и засияла в лунном свете, словно очищенное куриное яйцо. Под порывами холодного ветра незнакомца тут же пробила дрожь.

Цуй Буцюй, даже не пытаясь скрыть удивление, пару раз кашлянул.

Фэн Сяо же и вовсе рассмеялся:

– Вот каковы, оказывается, ныне буддийские монахи! Никакого благочестия! Нет бы сидеть в монастыре да бить в деревянную рыбу – им подавай нефрит Небесного озера! И кто же настоятель вашего монастыря? Хотелось бы мне с ним побеседовать!

Цуй Буцюй снова закашлялся. Взглянув на него, Фэн Сяо догадался, что тот прикрывает кашлем рвущийся наружу смех. Невольно подумалось, что они с этим чахоточным все-таки понимают друг друга без лишних слов.

От сей наглости лицо незнакомца исказил гнев, впрочем, он тут же взял себя в руки.

– Перед вами лишь скромный монах, скитающийся по свету подобно вольному журавлю или гонимому ветром облаку. Мое имя в монашестве столь ничтожно, что и упоминания не стоит.

– О-о, – протянул Фэн Сяо, – оказывается, перед нами странник, а вовсе не монастырский затворник. А может, вы и не монах вовсе, а просто хотите избежать трудовой повинности? Пожалуй, сему почтеннейшему следует забрать вас с собой и по возвращении хорошенько допросить!

С этими словами он потянулся к незнакомцу, дабы схватить его, но тот не терял бдительности: тут же легко перенесся назад на добрых десять шагов.

Второй господин тоже сдаваться не собирался, а потому принялся следовать за ним по пятам, пока не поймает.

Человек в белом слегка нахмурился. Сражения с Фэн Сяо он не боялся, да только и времени зря тратить не хотел, а уж тем более не собирался выдавать свои познания в боевом искусстве, опасаясь, что так второй господин сразу поймет, с кем имеет дело. Когда Фэн Сяо наконец нанес удар, монах толкнул Цуй Буцюя вперед, прямо к нападавшему, а сам, круто развернувшись, взмыл вверх, намереваясь сбежать.

Вдруг откуда-то с неба свалилась черная тень, и воздух пронзил лязг меча, извлекаемого из ножен. Клинок в руках тени устремился к человеку в белом.

Луна светила