Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль

И Роберт услышал, как застучали каблуки, звуки шагов затихли где-то вдали.

– Довольны? – спросил недовольный мужской голос. – Немедленно покиньте помещение, пока я не позвал охрану.

– Сделать это было бы крайне любезно с вашей стороны. Может быть, хотя бы они будут компетентны в этих ваших лабиринтах!

Роберт прильнул к замочной скважине. Доктор сплюнул под ноги, окончательно убеждая Патти в том, что никакой он не доктор. Ни капельки! И быстро протиснулся мимо нее, убегая вслед за Консуэло.

Роберт торопливо двинулся к постели. Первым, что он увидел, было простенькое деревянное основание. Затем – край белой простыни, мирно покоящийся на матраце. А после – его бросило в дрожь. С ногами, которые облегала простыня, что-то было не так. Стопы были короткими. Их край – кривым и совсем не напоминал пальцы. Ноги этого человека были изуродованы. Кровь прилила к вискам. Роберт быстро отступил назад и, коротко прислушавшись, выбрался из палаты.

Он тут же столкнулся с Патти.

– Роберт, вот ты где! Ты слышал?! – возмущенно сказала она. Затем замолчала и посмотрела на него. – Что ты…

– Уходим. – Он схватил ее за руку и потащил к лестнице.

– Туда нельзя! Там…

Звук шагов оборвал ее. Роберт чертыхнулся. Он торопливо прошел в противоположную сторону дальше по коридору и заглянул за угол. Поманил Патти.

– Быстрее!

Она подбежала к нему и юркнула за поворот. Здесь было несколько дверей – все прочие, кроме одной, походили на гостиничные под золотистыми номерками. Роберт и Патти, стараясь остаться незамеченными, добрались до последней, самой простой на вид, двери, и Роберт потянул за ручку. Бинго! Они торопливо спустились по боковой лестнице и, выбравшись наружу, поспешили к автомобилю.

Только рычание мотора позволило им почувствовать себя в безопасности.

Роберт положил обе руки на руль. Глубоко вдохнул. Патти смотрела на него, потом потянулась и вырвала из-за пояса газету. Роберт озадаченно обернулся на нее, но промолчал. Он тронул машину, колеса заскрипели, сворачивая на подъездную дорожку.

Патти вдруг схватила его за плечо.

– Останови!

– Что? Хочешь пересесть назад?

– Нет! Я пойду на маяк.

– Ты – что?.. Патти, что у тебя вечно за вспышки в сознании?!

Она не стала спорить. Молча развернула газету и показала ему. Первая полоса изображала все тот же измазанный краской маяк. Текст гласил: «Расследуется нападение! Сегодняшней ночью местная достопримечательность, старейший маяк, подвергся…»

Роберт не успел дочитать. Едва автомобиль затормозил, как Патти дернула ручку двери.

– Ты уверена, что дойдешь? – Роберт еще помнил, как она порой плутала на хорошо знакомых улицах. Патти фыркнула и указала пальцем на торчащую из-за деревьев красную крышу. Роберт немного поколебался.

– Не торопись, ладно? Я быстро переговорю со Страшилой и приеду. Без меня внутрь не ходи. И… – он сам не поверил, что говорит это, – будь осторожна.

– Так точно! – Она отсалютовала от виска и захлопнула дверцу.

Роберт покачал головой и повернул руль к основной дороге.

Он прибыл к беседкам с небольшим опозданием – не больше трех минут. Резные деревянные строения стояли на почтительном расстоянии друг от друга. К несчастью, номера на них были вырезаны под самой крышей и не оснащались дополнительным освещением. Как бы то ни было, он прибыл, и мистер Каллиома приветственно махнул рукой, когда он подошел.

Страшила сидел напротив. Ворот идеально выглаженной рубашки был расстегнут. Кожа будто стала еще серее. Опухшие красные глаза смотрели так равнодушно, что захотелось его поддеть. Как-нибудь. Чтобы проявил хоть немного эмоций.

На столике стояла чайная пара и этажерка с пирожными. Роберт присел на свободный стул и без спроса взял вишневую тарталетку.

– Добро пожаловать, мистер Вельт. Как я уже говорил мистеру Флэнаггану, я считаю, что беседа в неформальной обстановке может помочь вам обоим обрести гармонию.

– Боюсь, это сложно, когда мистер Флэнагган находится на службе.

– Этот час в моем распоряжении. Как видите, при мне даже нет удавки. – Он сделал вид, что поправил галстук.

– Значит, можно говорить начистоту?

– Нужно, мистер Вельт.

– Думаю, вы можете называть меня Роберт, раз уж у нас встреча без галстуков.

– В таком случае вы можете называть меня Страшилой.

– Почему не по имени? – Роберт склонил голову, и тот отмахнулся:

– Я считаю, что прозвища говорят о нас гораздо больше, чем имена. Вот вам приходилось иметь прозвище?

– Нет, – соврал Роберт, с некоторой неловкостью вспоминая «Богатого засранца», псевдоним, под которым ему однажды пришлось сражаться в подпольных боях.

– Жаль. Что ж, полагаю, тогда нам придется узнать друг друга другим способом.

– Мне бы хотелось начать с вас.

– Что вас интересует?

– Честно говоря, ваша удивительная верность этому месту. – Роберт переглянулся с мистером Каллиомой.

– Верность? – Страшила изогнул бровь.

– Вы ответственно выполняете свои обязанности, насколько я могу видеть. Хотя обращаются с вами, судя по всему, довольно скверно.

Страшила усмехнулся:

– Ну почему же скверно. Они наняли мне личного психоаналитика.

Мистер Каллиома с улыбкой помахал рукой.

– И все же. Чем им удалось купить вас?

– Никто меня не покупал, Роберт. Вы прибыли менее суток назад, и, возможно, вас возмущают местные порядки. Но в них есть смысл, хоть порой это все и кажется сущим безумием.

– Вы отзываетесь об этом месте очень…

– Противоречиво, – закончил мистер Каллиома.

Роберт кивнул. Страшила прицокнул языком.

– У каждого из нас есть нечто, что стоит больше любых денег. Любых возможностей. Больше, может быть, даже жизни.

– И остров дает вам это? – Роберт нахмурился.

– Напротив. – Страшила заглянул в чашку. Было облачно, и оттого свет солнца рассеивался по беседке мягко и ненавязчиво. Однако Роберт видел: Страшиле сложно выносить даже этот свет. – Он не дает.

Роберт задумался. Что значит «нечто дорогое, чего остров не дает»? Это причина работать здесь на износ, ограничиваясь часовыми беседами с наемным рабочим, который, быть может, ежедневно отчитывается верхушке? Что может стоить так дорого?

Отчего-то Роберта посетила мысль о матери. Пожалуй, ее потеря далась Роберту тяжелее всего. Он ощущал ее запах в доме, хотя прошли годы, слышал ее пение на главной площади, а порой – в ночи – ощущал, как она присаживается у его кровати. Ее не было – больше не было, однако она стоила очень и очень дорого.

Роберт втянул носом воздух. Они держат в заложниках что-то или кого-то – нечто, что Страшила не может бросить, даже если хотел бы, – к такому выводу он пришел.

У него тоже был кое-кто, кого он искал.

– Вам знакомо имя Нейтан Линч?

– Дайте подумать… – Страшила помолчал с минуту, перебирая страницы блокнота. – Абсолютно точно нет.

– Это правда?