Бензин в крови - Дмитрий Прост

Или нет — Сан-Паулу был огромен, такого масштаба на Пиренейском полуострове не найти.

Чуть меньше, чем за два часа автобус доставил пассажиров прямо в паддок трассы. Своё, долгое время официальное, а позже нарицательное, название — «Inter lagos», в переводе «между озёр» — она получила из-за того, что была построена на болотистом участке местности между водохранилищ Гуарапиранга и Биллингс. Официально трек открыли аж 12 мая 1940 года, а Гран-при Формулы-1 проходили, с небольшими перерывами, с 1973 года.

Интересная, техничная трасса, да ещё и расположенная в природной впадине — так что с многих трибун можно было охватить взглядом всю её, целиком. Это сильно отличало Интерлагос от других автодромов, где со своего места зритель мог видеть только небольшой участок трассы и делало просмотр Гран-при с трибун по-настоящему незабываемым.

Скоростные прямые, связанные быстрыми поворотами и сбалансированные медленным вторым сектором — идеальное сочетание, который портила только одна маленькая деталь.

Расположенный на месте осушенного болота трек славился своими кочками, образовывавшимися из-за проседания неустойчивых грунтов. Покрытие несколько раз перекладывали, грунт отсыпали и уплотняли — но за полвека так и не смогли справиться с тем, что трек больше напоминал стиральную доску, на которой машины безбожно подпрыгивали, буквально истязая пилотов.

Трассу и в этот раз попытались немного привести в порядок, заодно внесли незначительные изменения в конфигурацию ради повышения безопасности, но судя по отзывам прибывших на день раньше и уже прошедшихся по трассе пешком гонщиков, проблемы с покрытием никуда не делись.

В боксах кипела жизнь: механики в разноцветных шортах и майках катили тележки с шинами, раскладывали инструменты — и просто ходили туда-сюда без всякой видимой цели.

Первая тренировочная сессия запланирована на следующее утро, в пятницу, так что сотрудникам команд нужно успеть не только распаковать оборудование, собрать и проверить машины, но и, неплохо бы, успеть немного прийти в себя. Пусть разница во времени с Оксфордом небольшая, всего три часа, но почти сутки в дороге — это тяжело для кого угодно.

Остаток дня Джеймс занимался привычным, пусть и не особо любимым делом. Таскал, перекладывал, распаковывал, подносил, относил, подавал. Его понимание работы механика если и было ранее другим, и в начале работы на базе он начал что-то подозревать — то уже на тестах в Сильверстоуне он окончательно прозрел.

Младшие механики, особенно в больших командах, были скорее грузчиками, чем техническими специалистами, а речи о том, чтобы допустить их в состав пит-бригады и вовсе не было. Только тотальный дефицит людей заставлял Simtek использовать каждого доступного человека настолько полно, насколько возможно.

После заката нещадно зевающих механиков погрузили в очередной микроавтобус и доставили в ближайшую гостиницу на ужин и ночёвку. Жуткий клоповник, из пяти звёзд Джеймс щедро выдал ей две — одну за то, что в номере была кровать, вторую — за то, что на этаже были общий душ и туалет.

Но даже отсутствие особых удобств сейчас мало беспокоило молодого человека — крепкий сон пришёл сразу, стоило только опустить голову на подушку.

* * *

Первая тренировочная сессия начиналась в девять утра для зрителей и гонщиков, но для механиков — на два часа раньше. Немного отдохнувшие, они готовили машины к выезду, снова и снова проверяя и перепроверяя болиды.

А заодно обсуждали последние новости и слухи, которые через знакомых из других команд и журналистов распространялись по паддоку быстрее лесного пожара. Обрастая разными деталями и, порой, фантастическими подробностями.

Larrousse в Бразилию не приехала. Владелец команды Жерар Ларрусс заявил, что им принято решение пропустить первые два этапа и приехать только в Сан-Марино. Слухи упорно утверждали — не приедут. Денег команде никто не давал, так что шасси на сезон не готово и за месяц до Имолы его точно не успеют достроить. Не говоря уже о том, что успеть хотя бы немного обкатать машину будет решительно невозможно.

Ещё, наконец, официально закончился конфликт между FIA и GPDA (1) — профсоюзом, если это можно так назвать, пилотов. Тема вообще как то прошло мимо Джеймса, а между тем история оказалась достаточно интересная.

В договора на суперлицензии 1995 года FIA добавила пункты, которые позволяли требовать от гонщиков обязательных промо-выступлений в интересах федерации и запрещали публичную критику чемпионата. Пилоты, само собой, увидели в этом ограничение своих прав и желание заткнуть им рты — понятное желание FIA, учитывая жёсткую критику от многих пилотов по безопасности трасс и организации Гран-при.

Шестеро — Алези, Бергер, Брандл, Мэнселл, Шумахер и Хилл — отказались подписывать новые договора. Но в итоге договорились — федерация сдала назад из-за реального риска бойкота первого этапа топ-пилотами и спорные пункты смягчили или совсем исключили. Так что все гонщики перед началом уик-энда подписали соглашения с оговорками и теперь точно примут участие в Гран-при Бразилии.

Были и смешные моменты. Минимальный вес машины с гонщиком в этом сезоне был ограничен 595 килограммами. Контрольное взвешивание пилотов прошло как раз перед первым этапом сезона. Михаэль Шумахер, как показали весы, за зиму набрал аж семь килограммов в сравнении с концом прошлого сезона.

Немец, конечно, объяснял это набором мышечной массы из-за интенсивных тренировок, но по надёжной информации Джека Миллса, полученной им от одного из знакомых в Benetton, Михаэль пришёл на взвешивание, обожравшись перед тем сверх всякого приличия (2). А ещё — на этом моменте пересказывавший слух Джек хихикал как ненормальный — два дня перед взвешиванием не ходил в туалет.

Забавная новость пришла из стана McLaren. Найджела Мэнселла, подписавшего годовой контракт с командой, на первом Гран-При заменит Марк Бланделл. Новая машина команды MP4/10 отличалась радикальным дизайном: для снижения аэродинамического сопротивления её сделали максимально компактной и немного переборщили — чемпион 1992 года был весьма рослым мужчиной и не помещался в миниатюрном кокпите (3)!

Так что теперь инженеры команды спешно перепроектировали машину, чтобы «Биг Найдж» смог комфортно в ней разместиться, не цепляясь локтями и не застревая… Бёдрами…

За обсуждением новостей и сплетен, перемежаемых шутками и смешками, время до начала сессии пролетело незаметно. Паддок постепенно заполнился людьми. Прочие сотрудники Simtek— не такие ранние пташки, как механики — занимали свои места. Некоторых из них Джеймс встречал чуть ли не впервые.

На выезд отправился даже Чарли Муди, которого он заставал на базе всего пару раз. Менеджер команды занимался операционными вопросами — то