Тень отступника - Артём Гармашов

Кутанис взял финик, надломил ногтем кожицу, но есть не стал.

— Он назвал не тех эльфов. А когда лжёшь о семье Вашак, желательно хотя бы заранее договориться с собственными свидетелями.

Ризаан усмехнулся.

— Не договорились?

— Судя по тому, что мне передали, каждый из них видел в лесу что-то своё.

Кутанис бросил финик обратно в миску.

— С ними разберутся. Тебе туда больше лезть не нужно.

Нар'миир прикрыл глаза.

— Там было ещё кое-что.

— Что именно?

— Они упоминали Тень Солнца.

Колёса продолжали стучать по мостовой. С улицы доносились голоса, скрип телег, ругань возниц. Кутанис не ответил. Только медленно опустил ладонь на миску, прикрыв финики.

— Повтори.

— Один из солдат сказал, что Тень Солнца ценит тишину.

Кутанис перевёл взгляд на Ризаана. Тот едва заметно качнул головой: прежде имени не слышал.

— Больше ничего? — спросил Кутанис.

— Ничего.

— Ты уверен, что услышал именно это?

— Уверен.

Кутанис отодвинул штору на ширину пальца и посмотрел наружу. Затем отпустил ткань.

— Откуда вы знаете это имя? — спросил Нар'миир.

— Я плачу за то, чтобы знать, кто появляется в Сар'Келе и с кем разговаривает.

— Значит, знаете, кто он?

— Нет, — ответ прозвучал слишком быстро. Кутанис помолчал и добавил: — И мне это не нравится, — он снова посмотрел на Нар'миира. — Светлый эльф. Появился несколько месяцев назад. Имени не называет. Лицо прячет. Его видели в нижнем городе, возле арены, у дворцового квартала. Никто не знает, где он живёт и кто открывает перед ним нужные двери.

— Чёрная мантия? — спросил Нар'миир.

Кутанис замер.

— Ты его видел?

Перед глазами Нар'миира возник вечер в «Трёх корнях». Фигура в углу. Капюшон. Тонкие пальцы, сомкнувшиеся на его руке.

— Перед ритуалом. Он подошёл ко мне и предложил вступить в Орден.

Ризаан перестал улыбаться.

— В какой ещё Орден?

— Не знаю. Он не успел объяснить.

— Почему? — спросил Кутанис.

— Я отказался.

Кутанис некоторое время смотрел на него.

— Он тебя касался?

Нар'миир нахмурился.

— Касался.

— Куда?

— Взял за руку.

Пальцы Кутаниса сжались на краю миски.

— Что ты почувствовал?

— Ничего.

— Совсем ничего?

— Холод. Может быть. Не уверен.

Кутанис откинулся на подушки, но напряжение из его лица не исчезло.

— Те, кто встречал его раньше, тоже говорили о прикосновениях. Рука. Плечо. Иногда шея. Будто ему обязательно нужно коснуться собеседника.

— Магия? — спросил Ризаан.

— Не знаю, — Кутанис снова произнёс это быстро. Почти резко.

— Глаза у него золотые, — сказал Нар'миир.

В карете стало тихо. Кутанис медленно повернул голову.

— Какие?

— Золотые. Не жёлтые. Как новая монета.

Он ждал вопроса, но Кутанис больше ничего не уточнял. Только провёл большим пальцем по краю серебряной миски.

— Высший, — произнёс он наконец.

Ризаан нахмурился.

— Уверены?

— Если Нар'миир не ошибся — да.

— И что высшему понадобилось здесь?

Кутанис посмотрел на племянника так, что тот больше не спросил.

— Такие эльфы не бродят в одиночку по чужим столицам из любопытства, — сказал он. — И тем более не прячут лица, если им нечего скрывать.

— Он говорил, что представляет Орден, — напомнил Нар'миир.

— Мало ли что он говорил.

Кутанис наклонился вперёд. Впервые за весь разговор в его голосе не осталось ни усмешки, ни снисходительности.

— Послушай меня внимательно. Если увидишь его снова, не подходи. Не отвечай на вопросы. Не спорь. И не позволяй ему к тебе прикоснуться.

— Вы его боитесь? — спросил Нар'миир.

Кутанис задержал на нём взгляд.

— Я боюсь эльфов, о которых не могу ничего узнать.

Он откинулся обратно и взял финик, но несколько мгновений лишь держал его между пальцами.

— А об этом я не знаю почти ничего.

Нар'миир кивнул. Встречаться с Тенью Солнца снова он и сам не стремился.

Некоторое время ехали молча. С улицы доносились крики торговцев, скрип телег, цокот копыт по камню.

Кутанис отодвинул штору, взглянул наружу и снова повернулся к Нар'мииру.

— Тебе незачем тратить время на работу вышибалой.

— Другой работы у меня пока нет.

— Значит, плохо искал.

Он бросил Нар'мииру финик. Тот поймал его прежде, чем успел подумать.

— Ешь. Выглядишь так, будто тебя три дня не кормили.

— Плесневелая корка не считается едой.

Нар'миир отправил финик в рот. Сладость показалась почти приторной после тюремного хлеба.

Кутанис усмехнулся.

— Ты выполнил то, о чём я просил. Нашёл зерно, не попытался ничего присвоить и не потребовал больше, чем мы договорились. Я это ценю.

— Вы обещали спасти ферму.

— И спасу. Земля Малис останется за ней. Более того, к следующему сезону она будет приносить доход.

Нар'миир встретил его взгляд.

— За счёт чего?

— Это уже моя забота.

Кутанис взял ещё один финик.

— Пока мне нечего предложить тебе кроме выполненного договора. Нужно вернуть зерно, найти остальных и понять, куда ушли другие партии. Но если появится дело, для которого понадобится эльф вроде тебя, я передам через Ризаана.

Племянник коротко кивнул.

— Отдыхай, — продолжил Кутанис. — Залечи ногу. И скажи Малис, что ей больше не придётся бояться за землю.

— Скажу.

Карета начала замедляться.

За окном показалась высокая ограда резиденции рода Вашак. Ворота уже открывали.

— Дальше поедете верхом, — сказал Кутанис. — Лошади готовы во дворе.

Нар'миир посмотрел на раненую ногу.

— До фермы недалеко.

— Поэтому я и даю тебе лошадь, а не носилки.

Кутанис постучал пальцами по стенке кареты.

— Ризаан проводит. Хромого на тракте подстрелят раньше, чем он успеет выхватить меч.

* * *

От резиденции рода Вашак они выехали ранним вечером. До фермы было недалеко, и сперва Нар'миир решил, что зря опасался дороги. Нога ныла, но повязка держала, а лошадь шла спокойно.

Ближе к ферме боль начала усиливаться.

Каждый шаг животного отдавался в бедре тупым рывком. Нар'миир всё ниже пригибался к шее лошади, уже не правил ею — только держался за поводья и старался не завалиться набок.

Когда показалась изгородь, перед глазами плыло.

Он остановил лошадь у ворот и попытался спешиться. Раненая нога подогнулась, едва коснувшись земли. Ризаан успел подхватить его под локоть.

— Зайдёшь? — спросил Нар'миир, кивнув в сторону дома.

Ризаан посмотрел на освещённое окно. Потом на дверь.

— Нет. Малис не обрадуется.

— Прошло много лет.

— Для тебя, может быть.

Он передал Нар'мииру поводья, но тот протянул их обратно.

— Забери обеих.

Ризаан принял повод второй лошади. Несколько мгновений стоял молча.

— Передай Малис… — Он осёкся и покачал головой. — Хотя, наверное, не стоит. Выздоравливай.

Ризаан вскочил в седло и направился к тракту, ведя вторую лошадь за собой. Нар'миир смотрел ему вслед, пока всадник не скрылся за поворотом.

От изгороди до дома оставалось шагов пятьдесят.

Нар'миир сделал несколько и остановился. Без лошади стало только хуже. Бедро пульсировало, нога почти не слушалась.

У