Похититель картин - Gadezz

– Уже отослала. – Астрид стучит по клавиатуре. – Кстати, как ты догадалась?

– Она отдернула руку, когда Касс потянулся за пирожным.

В динамике слышится шелест фантиков, и Астрид хлопает в ладоши:

– Браво! Я оставлю для тебя пару овсяных печений, которые испекла миссис Черри. В награду. Так и быть.

– А я не понимаю. – Касс поджимает губы. – Что не так?

– Это привычка, вышколенная годами работы на Министерство, – поясняет ему Руби. – Не трогай незнакомца, если не знаешь, что у него за способность. Обычная безопасность.

Улыбка озаряет лицо Касса:

– Ах, вот почему ты облапала меня при первой встрече! А я было решил, что ты следуешь правилам вашего клуба теневых ассасинов, но на деле, – он шепчет близко у ее лица, – ты любишь их нарушать.

Руби игнорирует его попытку поддеть ее, пожав плечами:

– Ты подкрался сзади, и я устранила угрозу, заломив руку. Мне ничего не угрожало.

– А теперь? – ухмыляется он.

– Что теперь?

Касс делает шаг вперед и склоняется над Руби, вынуждая ее задрать голову.

– Теперь ты не боишься меня трогать?

Руби, не меняя выражения лица, со всей силы пинает его по голени. Касс, взвыв, отпрыгивает назад.

– Чокнулась?

– Держи дистанцию, стажер.

– Эй, – встревает Астрид. – Не хочу отвлекать вас от брачного периода, но я слежу по камерам за улицей. И прямо сейчас миссис Лэнгдон пытается скрыться.

Руби выглядывает из-за угла. Пожилая леди, прихватив ручной чемодан, быстрым шагом цокает по асфальту прямиком к подъехавшему такси. Касс указывает на нее пальцем.

– Она… Она убегает!

Руби скучающе зевает:

– Я бы сказала – «уходит быстрым шагом».

– Мы не будем ее ловить? – не унимается Касс.

Руби прислоняется к стене, позволяя себе показаться целиком.

– Хочешь пробежаться, стажер?

– Что? – Касс ошарашенно наблюдает за удаляющейся фигурой. – Смотри, она садится в машину!

– Вижу.

– А сейчас затаскивает чемодан!

– Вижу.

– Там могут быть улики!

– Навряд ли. Разве что реквизит.

– Она прищемила пальто дверью! Открыла ее! И снова закрыла!

– Ка-а-ак будоражит. Шпионский детектив. Да, стажер?

Касс провожает взглядом отъезжающее вдаль такси.

– Смешно тебе? Почему мы ее не преследуем?

– Потому что я положила в карман ее пальто маячок, и Астрид прямо сейчас отслеживает его путь.

– Ты что? – Касс скрещивает на груди руки, точно ребенок, которому рассказали секрет позже, чем остальным.

– Поехали в офис. Посмотрим, куда приведет нас миссис Лэнгдон.

Астрид

Взрослая жизнь Астрид Вейл – это бесконечная череда поисковых запросов: от того, «как заваривать лапшу» и «почему при стирке сел шерстяной свитер» до «что делать, если в квитанции появился минус прямо перед суммой».

В «Красной розе» учили цитировать стихи великих поэтов, решать уравнения и не ломаться под давлением общества, но никто не объяснил, как оплачивать штраф за парковку или что будет, если не подать налоговую декларацию вовремя.

Обычно таким простым вещам учат родители…

Астрид никогда не испытывала жгучего желания ворошить архивы в поисках своего «исходного кода». Для нее прошлое – это поврежденный сектор диска, который проще изолировать, чем пытаться восстановить. Зачем тратить ресурсы процессора на поиски тех, кто когда-то просто нажал кнопку «удалить» в ее жизни? Лучше бы они умерли. Гордость или застарелая обида заставляли ее игнорировать любые вопросы о корнях, убеждая себя, что она сама по себе.

Но иногда любопытство брало свое.

Однажды, когда Астрид особенно долго сверлила взглядом монитор, борясь с желанием покопаться в прошлом, миссис Черри вдруг перестала постукивать спицами. Она посмотрела на Астрид так, словно видела за ее спиной тень.

– Неважно, откуда тянется нить, Астрид, – тихо произнесла тогда секретарь, и в ее голосе не было привычного щебетания. – Важно лишь то, в какой узор она вплетена сейчас. И спицы, деточка, всегда в твоих руках. Только в твоих.

Тогда Астрид лишь хмыкнула, сочтя это очередным нравоучением. Она восприняла это как подтверждение своей свободы: неважно, кто ее бросил, важно, что своей жизнью теперь она управляет сама, а в кармане толстовки всегда лежит ингалятор – подарок, который биологические родители оставили ей в наследство. Астрид любит повторять, что она «чихать хотела» на Министерство и их душные правила, но ирония судьбы в том, что иногда она не может сделать даже этого. Буквально.

Если бы Астрид не сбежала, все выглядело бы иначе. Система позаботилась бы – выдала личного консультанта, который давал бы наставления по «жизни на воле». Но Астрид пошла против правил и теперь находится в том мире, где ни один социальный работник не проверяет, позавтракала ли она и оплатила ли по счетам. Формально ее не существует.

Бюро решило вопрос: предложило работу и крышу над головой. «Неофициальное трудоустройство, – сказал тогда мистер Дефф, подмигнув. – Никто тебя не тронет. Даю слово». И с тех пор система закрыла на нее глаза. По крайней мере, пока Астрид приносит больше пользы, чем вреда.

Покинув стены приюта, все пришлось осваивать с нуля. Куда звонить, если внезапно выключили свет, а в раковине опять капает вода. Как выбирать стиральный порошок. Как вызывать сантехника и не переплатить за услугу втрое. Как отличить настоящие письма из банка от спама. И главное, как не потратить последнюю сотню на сладости, когда впереди еще неделя до зарплаты.

Последний квест Астрид стабильно проваливает. Поэтому, согнувшись за столом своей конуры, она доедает вторую пачку кислого мармелада. На экране монитора мигает маячок Руби, который остановился на станции метро «Ватерлоо» и не двигается с места.

Пока появилось свободное время, Астрид решает проверить досье Белфорда – формальность, которую она может делать с закрытыми глазами. Однако уже на первом экране что-то идет не так. Страница существует, но доступ к ней заблокирован – не служебным паролем, а высшей степенью допуска, отмеченной сигнатурой Министерства.

Она хмурится, быстро заполняет форму запроса, прикрепляя пояснительную записку, и отправляет пакет в Главный штаб. Ответ прилетает через две минуты – отказ. Без объяснения причин, без обратной связи. Обычно в таких случаях хотя бы перезванивают. Но здесь – тишина. Даже система, кажется, предпочла не вмешиваться.

Астрид лениво потягивается, полностью погруженная в мерцание мониторов. В коридоре царит тишина, которую не нарушает ни один звук: ни привычный стук каблуков, ни предупреждающий скрип старых половиц.

– Тук-тук, – Руби материализуется в дверном проеме так внезапно, будто ее только что загрузили в эту локацию. Она щелкает выключателем у стены. – Почему не работает свет?

Астрид подскакивает на стуле, едва не смахнув кактус на пол. Сердце делает кульбит и уходит в режим экстренной перезагрузки.

– Твою ж… Руби! – она шумно выдыхает, пытаясь унять дрожь в руках. – Прекрати это делать. Клянусь, я привяжу к твоим ботинкам колокольчики. Или консервные банки.

Астрид никогда к этому не привыкнет. Видимо, годы в «Клубе для шиноби со