Возвращение - Марцин Подлевский

Если только я снова не найду общий язык с Тански.

Эта мысль, ранее не обдуманная, заставила Стоуна резко остановиться посреди коридора. Один раз я с ним поладил. Как насчет того, чтобы поладить во второй раз?

В конце концов, они его проверят, напомнил он себе. Они промоют ему мозги и проведут тщательное сканирование. После этой операции ему повезет, если он не превратится в овоща.

Если только я не облегчу ему побег.

Если все пройдет хорошо и «Ленту» перехватят, Тански окажется на борту «Пропорции». Тогда у меня будет два варианта. Либо я прикончу его с помощью подкупленного человека с корабля, либо дам ему возможность сбежать. Это даже лучше, чем устраивать хаос, чтобы предотвратить поимку прыгуна. Более рискованно, но и более эффективно. Почему я раньше допускал такую возможность лишь условно?

Из-за убийств, — признал он. Они открыли мне пространство для маневра. Если бы с Тански, задержанным на «Пропорции», что-то случилось, можно было бы свалить вину на убийцу. Кстати, разве не забавно, что этот убийца — как и я — стремится к тому же самому? Очевидно, он не хочет, чтобы Флот-К захватил «Ленту»… хотя, возможно, по совершенно другим причинам.

В любом случае, нужно что-то предпринять. И быстро. Самое главное — наладить взаимодействие с подкупленным человеком. Но согласится ли этот жалкий, испуганный человек — некий Пу Ратански, серийный сотрудник компьютерной службы «Пропорции» — на какие-то радикальные шаги? Сомневаюсь, — признал секретарь. Одно дело — вызвать простой сбой и списать его на саботаж со стороны Штатов, и совсем другое — убить кого-то.

С самого начала следовало нанять настоящего наемника, — заключил он. Но теперь уже слишком поздно. Неважно. Так что теперь мне остается только…

— Секретарь Стоун.

Эверетт замер. Голос звучал оглушительно, с реверберацией компьютерного фона, но в то же время громко и тяжело, как будто его обладатель изо всех сил пытался регулировать громкость.

— Требуется ответ, — сообщил киборг, который когда-то был Вальтером Динге, стоя в коридоре. — Необходим контакт. Все проведенные симуляции указывают на это.

— Я думал, вы… вы на своем крейсере, — задыхаясь, проговорил Эверетт. Он не мог оторвать взгляда от клубка компонентов, растянувшегося по лицу твари. Стрипс смотрел на него, казалось, без выражения, но его глаза выглядели живыми.

— Присутствующий здесь блок симуляции техники развития интеллекта постчеловечества скоро отправится на крейсер «Джеханнам», где останется до окончания проводимой операции, — признал киборг. — Это необходимо. Также необходимо заявить, что указанное устройство соответствует спецификации Вальтера Динге, получив техническое спасение степени альфа.

— Поздравляю.

— Стоун, — отозвался Стрипс, и секретарь почувствовал, как по его телу пробежала дрожь, — сохранившиеся воспоминания о подразделении Вальтера Динге позволяют предположить, что Контроль Согласия никогда не говорит всей правды о своих решениях. Это позволяет предположить, что капитан Анабель Локартус не сказала всей правды на брифинге. На это указывает как первоначальный психологический и психобиологический анализ капитана Локартус, так и микросигналы, переданные отдельными членами экипажа.

— Правда? — Эверетт с трудом удержался от того, чтобы рефлекторно не оглянуться в поисках пути к отступлению. Однако коридор был пуст и, вероятно, не контролировался. Психобиологический анализ? Микросигналы? Проклятый ходячий ультразвуковой сканер! — И что же?

— Стоун, — повторил киборг. — Стоун, — добавил он, и на мгновение Эверетту показалось, что Стрипс закончил разговор. Киборг открыл рот, закрыл его и заговорил снова, но на этот раз его голос уже не звучал так компьютерно, как обычно. — Скажи мне, Стоун…

— Что…

— Скажи мне, Стоун.

— Что-то я не припомню, чтобы вы так охотно предоставляли информацию о местонахождении Грюнвальда, — заметил Эверетт. — В самом начале всего этого цирка ваш секретарь набрал в рот воды… Вы не хотите ничего раскрывать, ведете нас, как скот на веревочке, и ждете, что я дам вам хоть какую-то информацию?

— Секретарь Хакс не знает точного местонахождения «Ленты», — поправил Стрипс. — Стрипсы знают. И я знаю. Это Око. Грюнвальд на Оке, — указал он, чтобы немедленно взяться за дело: — Скажи мне, Стоун.

— Око? Ничего себе… Откуда бы вы могли…

— Есть способ… — начал киборг, но осекся и закрыл рот. — Мы получили сообщение через глубинный зонд. Он достиг Флота Зеро почти сразу после появления Грюнвальда на Оке. Зонд был необычной конструкции. При его создании использовалась неизвестная технология. Его конструкция все еще анализируется.

— Зонд? От кого?

— Отправитель неизвестен. Предполагается, что это тайный союзник симуляции техники развития интеллекта постчеловечества.

— Вы заманиваете нас в ловушку, — прошептал Стоун.

— Это необходимо… Стоун. Надо… Стоун.

— Что с тобой? — Эверетт расстроился.

— Чистоты не достичь, — объявил Стрипс к удивлению секретаря. — Было сказано… информация была предоставлена. Необходимо… услышать правду, — сказал киборг и замолчал.

Стоун потер лоб, на котором вдруг выступили мелкие капельки пота.

— Мне нечего… — начал он, но тут киборг наклонился над ним и схватил его за горло.

— Правда, — сказал Стрипс. — Проводится психобиологический анализ. Полученная информация указывает на тенденцию к росту. Говори правду, Стоун.

— Оставь… меня! На помощь…!

— Вероятность получения информации составляет восемьдесят пять процентов, — доложил киборг. Секретарь вздрогнул.

Он почувствовал, что задыхается.

— Они пытались убить меня! — наконец выдавил он, когда Динге слегка ослабил хватку. — Кто-то на борту «Пропорции» саботирует всю операцию! Отпустите меня, чтоб…

— Симуляция завершена, — сообщил киборг, резко расслабив пальцы. Его голос снова приобрел нормальный, компьютерный оттенок. — Необходимо сообщить вам, что передача данных о последнем событии может привести к нежелательному вооруженному конфликту внутри К-флота, как и предыдущая информация о местонахождении Грюнвальда.

— Пошел ты!

— Эта просьба, — объявил Стрипс, — не может быть выполнена.

— Свол… — начал было Стоун, но киборг уже ушел, оставив секретаря, все еще сжимающего больное горло.

10

Палиатив

Машина лишена чувств. У нее нет души, ею не движут желания.

Ее программу можно написать по-другому, и тогда она сама изменится. Поэтому мы всегда должны помнить, что боремся не с живыми.

Мы боремся с зеркалами, в которых отразились наши решения.

Карнок Ве Туст, генерал армады «Сириус»,

выдержка из бортового журнала суперкрейсера «Ярость»,

дат. Машинной войной