Зло во мне - Джеральд Бром

Когда она снова дошла до припева, Руби присоединилась.

Тина резко обернулась, и на секунду Руби была уверена, что подруга огреет её гитарой. Затем глаза Тины расширились. Она покачала головой, моргнула. – Руби?

Руби кивнула, пытаясь прочитать лицо Тины. – Привет.

Тина прищурилась и уставилась на Руби, не совсем злобно, но близко.

Руби выдохнула; она видела, что сейчас будет неприятный разговор.

– Я на тебя злюсь – сказала Тина.

– Я знаю.

Тина смотрела на неё ещё мгновение, затем уголок её рта дёрнулся вверх. Медленно её улыбка, её безумная улыбка, озарила лицо. – Рууууби! – закричала она, отбросив гитару и прыгнув к ней. Она схватила Руби в медвежьи объятия, подняв её с земли, кружась, пока они не врезались в стену.

– Тина, чёрт, остановись! Ты нас обеих убьёшь!

Тина отпустила, схватила Руби за плечи, осматривая её с ног до головы. – Боже мой, Руби! Это ты! Это действительно ты? Я не могу поверить, что это ты… и, и что ты здесь. Прямо здесь, в моей комнате. О, Руби, детка, ты сделала это! Ты наконец-то сделала это! Что? Как? О, неважно. Просто обними меня, девочка!

Тина обняла её снова, крепче, чем в первый раз; она пахла потом, чёрствым кофе и лаком для волос «Aqua Net», и для Руби этот запах был сладок, как мёд. Руби обняла её в ответ, так крепко, как только могла, и на мгновение забыла обо всём зле, гноящемся внутри неё.

Тина отступила. – Дай мне взглянуть на тебя. Господи, что случилось с твоими волосами?

Руби начала отвечать и поняла, что нет простого способа ответить, не рассказав всё, а она была не готова к этому, пока нет. – Ты не захочешь знать.

– Чёрт возьми, захочу. Я хочу знать всё, что с тобой происходит, детка. – Она направилась к своему холодильнику. – Может, тебе чего-нибудь? Чаю? Пива?

– Чёрт, Тина, сейчас вроде восемь утра.

– Правда? – Она взглянула на часы над кроватью. – Ух ты, действительно. Чувак, я проснулась сегодня около трёх ночи с песней, крутящейся в голове. У тебя такое бывает? Пришлось проработать её, иначе сошла бы с ума.

– Ага, по-моему, звучало очень хорошо.

– Спасибо, Руби – сказала Тина с широкой улыбкой и начала рыться в куче одежды. Она вытащила помятые узкие чёрные джинсы и натянула их. Тина отрастила волосы, и теперь они были почти до поясницы – прямые, блестящие, вороново-чёрные. Она подстригла чёлку в виде «мыса вдовы»; это выглядело круто на ней, подчёркивая её тонкие, нарисованные брови.

Отец Тины был корейцем в первом поколении, а мать – высокой немкой. От отца Тина унаследовала тёмные, задумчивые глаза и широкие скулы, от матери – сильную челюсть и рост. И сказать, что она выделялась в школе, где было всего четверо других азиатских детей, – значит ничего не сказать. Но Тина была просто необычной, и точка: манера одеваться, ходить, то, как она хохотала, как издавала ухающие звуки в коридоре без видимой причины. И то, что она была ростом почти шесть футов (около 183 см), тоже не помогало ей вписаться. Поэтому она… не вписывалась. Она просто показывала всем, кто её доставал, добрый старый средний палец и шла дальше.

Генри Аткинс, один из окружения Стейси, однажды допустил ошибку, назвав её «Тина Пунтанг» (Tinna Poontang). Тина, которую отец учил Тхэквондо с трёх лет, ударила его с разворота ногой в горло. После этого никто, абсолютно никто, больше не называл её так, по крайней мере, там, где она могла слышать. Ну, это было не совсем так. Руби называла её так, когда они ссорились, особенно когда Тина называла её «Руби Ублюдок» (Ruby Fucker) вместо Руби Такер. Но у них был бесконечный запас ругательных имён друг для друга, почти форма искусства между ними.

Тина подошла к маленькому холодильнику, открыла его, достала картонную коробку молока. – Ладно, тогда как насчёт хлопьев Cheerios?

Руби не хотелось есть, но она знала, что должна. – Ладно.

Тина приготовила им обеим по тарелке, и они сели на ковёр и начали есть.

В подвальной квартире пахло ладаном и мятой. Руби наслаждалась запахами, осматривая горшечные растения, кружевные подвески и постеры, светящиеся в ультрафиолете, кости, резиновых летучих мышей и книги, так много книг. Тина всегда была ненасытным читателем; от Шелли до Толкина она вдыхала книги так, как другие вдыхали воздух.

В углу стояла барабанная установка, над ней висел баннер со словами «THE BATTZ» («Летучие Мыши») поперёк.

– «The Battz»… это твоя группа?

– Одна из них… или была. У нас вроде как разногласия на прошлой неделе. Ладно, у нас была крупная ссора. Так что не уверена, как обстоят дела. Жаль, хорошая группа. У нас, или была, своего рода вайб «The Cramps», только немного тяжелее, немного злее. Мы даже играли на разогреве у «The Gun Club» однажды, можешь поверить?

Руби перестала жевать. – Правда? Вау, серьёзно?

– Ага, в «688». Это было безумие, Джеффери Ли спросил у Джейн – Джейн из моей группы, – может ли он одолжить её гитару. Сказал, что его барахлит. Джейн была вне себя от радости, знаешь, Джеффери Ли Пирс играет на её гитаре и всё такое. Потом, – Тина рассмеялась, выплюнув хлопья. Она прикрыла рот. – Этот мелкий засранец поджёг её гитару прямо на сцене!

– Что?

– Ага, с его гитарой всё было в порядке, он просто хотел, чтобы реквизит горел, часть его выступления. Наверное, он не хотел сжигать свою. – Она снова засмеялась. – В общем, сжёг гитару Джейн. Можешь поверить?

Руби покачала головой.

– О, чувак, Джейн озверела на него. В итоге выгнала его из клуба. И он не вернулся. Мы… – Тина остановилась. – Эй, что с твоей рукой? – Она прищурилась. – О, чёрт, Руби, это нехорошо. Дай мне посмотреть. – Она отставила свою миску и потянулась к Руби.

Руби спрятала руку подмышку, подальше от глаз.

Тина обеспокоенно посмотрела на Руби. – Руби, детка… что происходит?

Глаза Руби начали слезиться. – Я в дерьме, Тина. В полном дерьме.

– Поговори со мной, Руби. Что бы это ни было, мы можем это исправить. Вместе мы непобедимы.

Руби сделала глубокий вдох, сдерживая слёзы. – Я, я… во мне дьявол.

– Подожди… ты беременна?

– Что? – Руби покачала головой, чуть не рассмеялась. – Нет… демон, я одержима, Тина.

– Наркотики? Чёрт, Руби, ты подсела на дрянь? Блять! Что я тебе говорила об этом? – Тина никогда не отказывалась выпить пива с другом,