Книга вины - Кэтрин Чиджи

Уильям был прав – вскоре мы вышли из леса и увидели каменный мост через реку, церковь со шпилем, возвышавшуюся над красными крышами, и часы с синими циферблатами, которые показывали четыре разных времени. Вот и главная улица: закусочная, откуда восхитительно пахнет жареным, и магазин на углу, где счастливчиков ждут зарытые в солому счастливые пакетики. Вот и телефонная будка ярко-красного цвета, а внутри – листок с номерами, по которым надо звонить в экстренных случаях, и телефон, пропахший потом и сигаретным дымом. Однажды я поднял трубку и поднес к уху. Притворился, что разговариваю с кем-то.

Из закусочной вышли две девочки, прижимая к груди газетные свертки, и чуть не врезались в нас. Мы знали этих девочек – в смысле, знали в лицо, хотя никогда не оказывались к ним так близко. Они взвизгнули и стали толкать друг друга локтем, пытаясь обойти нас, и одна из них что-то прошептала другой на ухо.

– Давай! – сказала первая, но ее подружка покачала головой:

– Нет, ты!

– А тебе слабо?

Вторая оглянулась посмотреть, не наблюдает ли кто за ней, потом схватила меня за запястье и сильно ущипнула. Я так растерялся, что даже не отреагировал, не сказал ни слова, а первая девочка посмотрела на вторую:

– Видишь? Я же говорила.

Они захихикали и бросились прочь: кружевные белые гольфы до колен, блестящие волосы развеваются на бегу.

Я вспомнил мальчика, который уронил книгу, – мальчика, который пнул меня в ногу, потом ударил в живот и поразился, что я не чувствую боли. В глубине души я мечтал понять, что же видели в нас деревенские дети, чтобы так с нами обращаться, – да, мне искренне хотелось знать, кто мы такие. Но в тот день я чувствовал нечто иное, ведь с нами были юные леди. Разве мы не просто компания мальчиков и девочек? Разве мы не такие же, как обычные люди?

Женщина, гулявшая с рыжим сеттером, отошла в сторону, чтобы пропустить нас, и пригляделась к юным леди, словно пытаясь их припомнить, – но они, конечно, никогда раньше не бывали в Эшбридже. Диана потянулась погладить собаку, и как только Лоуренс начал объяснять ей, что не стоит этого делать, женщина дернула за поводок:

– Она не любит чужих.

Мы пошли дальше, и я сказал:

– Иногда сюда забредают пони. Я видел, как они прогуливаются по улице, как будто за покупками вышли.

Диана заявила, что это маловероятно и я все выдумал, как выдумал историю о мистере Уэббе, но Лоуренс и Уильям подтвердили: это правда, пони часто приходят в деревню, и все знают, что с ними нужно быть осторожными.

И вот в конце улицы показалась булочная, в витрине которой были выставлены кексы с лимонной глазурью и рулеты, бисквитные торты и дрожжевые полоски, а среди лотков с выпечкой стоял механический человечек в белом колпаке и фартуке, постукивая ложкой по стеклу.

За прилавком оказался незнакомый мне краснощекий мужчина. Он перевел взгляд с Уильяма на Лоуренса, потом на меня и снова на Уильяма с тем растерянным и смущенным выражением, какое мы часто наблюдали у деревенских.

– Что вам?

– Мы хотели бы увидеть мистера Уэбба, если можно, – сказал я, стараясь не забывать о хороших манерах.

– Здесь такого нет.

– Но он же хозяин. Это его булочная.

Мужчина покачал головой.

– Я же говорила, что он все выдумал, – пробормотала Диана.

Я слышал, как маленький булочник в витрине постукивает ложкой по стеклу.

– Вы, наверное, здесь недавно, – отважился я попробовать еще раз. – Возможно, вы с ним не знакомы. Он высокий и плечистый, у него волнистые седые волосы и огромные ладони, чтобы замешивать тесто.

– У нас для замешивания аппарат.

– Он сказал, что мы герои, – продолжал я, осознавая, что тараторю слишком громко и слишком быстро. – Он хотел пожать мне руку. Из-за испытаний лекарств… из-за его маленького внука.

– Кажется, у твоего брата не все в порядке с головой, – обратился краснощекий мужчина к Уильяму. – Отведи-ка его домой, будь другом. Пока не случилось неприятностей.

Из кухни вышла молодая женщина – в халате, волосы спрятаны под сеточкой – и открыла шкафчик под стойкой. Она начала убирать пустые подносы: булочная закрывалась.

– Мисс? – позвал я. – Простите, мисс? Вы обслуживали меня раньше. Вы меня знаете. Мне нужно увидеть мистера Уэбба.

Она покосилась на меня и продолжала свою работу.

– Извините. Мистера Уэбба здесь больше нет. Он ушел на пенсию.

– Но буквально на днях он рассказал Винсенту об испытаниях лекарств, – сказал Лоуренс. – Видите ли, мы из “Капитана Скотта”. Мы… участники.

– Он угостил меня слойкой с яблоками за счет заведения, – добавил я с отчаянием. – В знак благодарности.

В открытую дверь я видел на кухне огромную стальную чашу с механическим манипулятором внутри.

– Мы ничего не раздаем бесплатно, – сказал мужчина.

Все это время маленький булочник постукивал по стеклу – ритмично, как будто сердце бьется.

* * *

– Я уже начала беспокоиться, куда вы запропастились. – Дневная мама улыбалась своей широкой теплой улыбкой, как человек, которому можно доверять. – Надеюсь, вы замечательно провели время? Что вы узнали о природе?

Мы показали ей черный желудь и вспомнили то, чему она нас учила, – что с точки зрения ботаники это орех, заключенный в чашечку из сросшихся прицветников. Мы рассказали о птице в лесу, и Диана изобразила ее крик: ки-ки-ки! Мы объяснили, что долго искали ее, потому что она явно была очень близко, но так и не смогли увидеть, и тем не менее Лоуренс определил, что это малый пестрый дятел – просто по звуку. А вот и интересный желто-зеленый лист – не совсем мертвый и не совсем живой. Мы сказали, что у корней буков и дубов видели маленькие белые грибы, и это могли быть бледные поганки, а могли быть и лимонные мухоморы, мы не знаем точно, но и те и другие ядовитые, так что мы их не трогали и близко к ним не подходили.

Карен молчала.

* * *

Утром, открыв дверцу бельевой трубы, я опять услышал Дневную маму, потом Утреннюю. Я подался вперед, погружаясь всем телом в темный узкий желоб, где пахло штукатуркой, влажными носками и отбеливателем.

– Что за жалоба? – спросила Дневная мама.

– Из “Эдит Сондерс”, – ответила Утренняя мама. – Они убеждены, что с одной из девочек что-то случилось.

– Чушь. Я все время была с ними.

– Они сказали, что ты отпустила их одних на природоведческую прогулку.

Пауза.

– Ну да, познавательная прогулка по лесу. В этом нет ничего