Великая Библиотека - Анастасия Шелест

Как долго она будет нас преследовать? Продолжу в том же духе – приведу обезумевшую, бессмертную тетку в место укрытия. Так не пойдет.

Музы словно слышат мои молитвы. Вылетев за угол, я сталкиваюсь с Бертом. Мы пересекаемся взглядами, и я решительно всовываю ему в руку маленькую ладошку:

– Доведи их, я отвлеку.

– Наоборот…

– Там моя тетка. – Мотнув головой, я обрываю Берта и уже разворачиваюсь, когда вместо девичьих пальчиков моей ладони касается что-то холодное и гладкое.

Уже дергаясь к углу, я усмехаюсь. Берт всерьез решил, что мне чем-то поможет нож?

Думать некогда. Выскочив за поворот, я уклоняюсь от очередного взрыва и останавливаюсь как можно дальше от Академии, с трудом выплевывая через сбившееся дыхание:

– Ну и что ты вытворяешь, Диана? Эти дети тебе точно ни к чему. Со мной интереснее, правда?

Тонкая, хрупкая фигура тети замирает. Диана поворачивает голову, и от абсолютной черной пустоты во взгляде скручивает внутренности. Она смотрит на меня секунду, а потом в ореховых глазах мелькает узнавание, но больше я не буду тешить себя иллюзиями. Едва ли она признала во мне любимую племянницу.

Что бы она ни думала, это оказывается кстати. Диана поворачивается ко мне всем корпусом, поднимая руку для очередной атаки, а я, убедившись, что завладела ее вниманием, бросаюсь напролом через кусты и клумбы к лабиринту из живой изгороди.

Понятия не имею, куда несусь. Перед глазами все плывет и смазывается. Острые ветки царапают лицо, но я не пытаюсь раздвигать их руками – приходится защищаться от вспышек магии.

Быстрее. Дальше. Лавировать в поворотах, бросаться в самую гущу, петлять. Все, чтобы оторваться и сбить Диану с толку.

Я никогда и не думала, что буду носиться вдоль живой изгороди ночью, пытаясь спрятаться от родной тетки, решившей меня прикончить.

В легких начинает печь. Еще пара минут в таком темпе, и я рухну без сил, но музы мне благоволят. Свернув в один из закутков, я перестаю слышать близкие взрывы. Беглый взгляд улавливает то, что может спасти меня. Фонтан, лавка, кусты и деревья.

Я потом прокляну себя за ужасный план. Но другого у меня все равно нет.

Нырнув в кусты, я чуть не выкалываю себе глаза, но застываю, стараясь даже не дышать. Звуков не хватает, чтобы ориентироваться, – летний ветерок колышет зеленые ветки, мне остается только замереть в ожидании, переводя дыхание, и надеяться, что Диана пройдет мимо.

Как бы не так. Высокая фигура появляется в проходе. Диана неторопливо шагает вперед, внимательно осматриваясь.

Движения у тетки неспешные и выдержанные. Можно подумать, что она просто прогуливается, но я знаю – выдам себя, и эта безмятежная женщина разорвет меня на куски без сожалений.

Зажав рот ладонью, я пытаюсь перевести сбившееся дыхание и аккуратно выглядываю между зелеными ветками, наблюдая за каждым движением. Пусть она решит, что здесь никого. Пусть развернется и идет в другой отсек. Пусть поверит, что я ее обдурила.

Молитвы остаются неуслышанными. Диана упорно продвигается вперед, детально изучая каждый сантиметр вокруг. Она приближается с каждым шагом. Еще пара минут – и тетка непременно обнаружит меня.

Ладони потеют. Мысли цепляются друг за друга, не в состоянии подсказать спасительный план.

К пегасам. Это именно та ситуация, где поможет только безумие.

Беззвучным движением пальца я дергаю ветки дерева напротив. Диана реагирует моментально. Резко поворачивает голову на источник звука и, ничего сразу не обнаружив, щурится, неспешно продвигаясь к тису.

Сердце колотится так, что я едва могу дышать. Мысли о собственном безумии настойчиво бьются в висках, но я отмахиваюсь от них, пристально следя за перемещением тетки.

Она приближается к дереву и неспешно поднимает руку, собираясь проверить ближайшие кусты.

Сейчас. Это мой единственный шанс.

Сглотнув подступившую к горлу тошноту, я замахиваюсь, метаю нож и магией поправляю траекторию и силу броска.

Лезвие легко проходит сквозь ладонь тетки и врезается в ствол с глухим звуком. Диана не вскрикивает. Даже не вздрагивает.

Выскочив из кустов, я бросаюсь к дорожкам, не оглядываясь. Сомневаюсь, что это задержит тетку надолго, поэтому нельзя терять ни одного мгновения, которое удалось урвать.

Здание Академии вырастает перед глазами. Я так хотела убежать, что даже не задумалась куда, но меня тянет внутрь. Музы, точно.

Я уже взлетаю на крыльцо, ничего вокруг не замечая, когда меня перехватывают поперек живота, дергая назад, и низкий голос гаркает:

– Спятила? Куда собралась?

Живо обернувшись, я сталкиваюсь с мрачным, сосредоточенным взглядом Эрика и обрывисто бросаю:

– Книга. И компас.

Они остались в комнате Эрика. Одним музам известно, чем все это закончится. Я не могу потерять такой ценный дар.

Эрик недовольно поджимает губы и морщится, но дергается ко входу, движением подбородка призывая меня за собой. У двери он останавливается и требовательно чеканит:

– Не останавливайся и не смотри по сторонам. Сразу наверх. Бегом. Без попыток геройствовать, ты уже исчерпала весь лимит.

Только дождавшись моего решительного кивка, Эрик отворачивается и дергает дверь, бросаясь внутрь. Я мгновенно кидаюсь за ним, старательно выполняя указания. Не смотреть по сторонам. Не реагировать на звуки битвы.

Уже у самой лестницы взгляд напарывается на груду каменных обломков, и я все-таки оборачиваюсь, тут же увидев тело господина Йенсена.

Мы должны помочь им. Должны тоже сражаться, а не бежать за важными для одной меня вещами.

Требовательный рывок стряхивает с меня сомнения. Эрик дергает меня наверх, заставляя взлететь по ступеням, и уже на лестнице в жилое крыло выдыхает:

– Не обижайся, Тея, но ты не самый полезный помощник там. У нас есть план. Нужно ему следовать.

Обижаться? Музы упаси. Я легко готова согласиться с Эриком, а он уже тащит меня наверх, помогая преодолевать пролет за пролетом.

Когда звуки битвы становятся совсем далекими, мы вваливаемся в пустой коридор и, лавируя в поворотах, через минуту оказываемся в комнате Эрика.

Я облегченно сгибаюсь пополам, надеясь отдышаться, а Эрик быстро добирается до стола и, схватив книгу и компас, засовывает их в сумку.

Ждать, пока я приду в себя и хоть немного восстановлю силы, Эрик не собирается. Он решительно направляется к двери и, поравнявшись со мной, хватает за руку и молча утягивает в коридор. Все-таки каплю сочувствия он проявляет – хотя бы по пустым коридорам мы не бежим, – но даже торопливые шаги мне даются с трудом. Я несколько раз цепляюсь за ковер и не обрушиваюсь на него только благодаря хватке Эрика.

Мы сворачиваем в очередной раз и доходим до середины коридора, когда оглушительный взрыв сотрясает стену. Совсем