Сказки дальней дороги - Павел Сергеевич Иевлев

— И что будем делать?

— Да чёрт его знает. Может, у рейдеров дрова и терпение кончатся раньше, чем мы тут угорим. Вентиляция не только тягу даёт, но и дым выводит, понизу дышать пока можно…

— А для кросс-локуса же неважно, открываются ли эти ворота физически?

— Ну да, если бы кросс-локус работал, то пофиг, они ж откроются не здесь, а в том срезе, откуда мы приехали. Там-то они не завалены.

— А точно не работает?

— Ну, давай закроем, я ещё раз попробую…

Вернули створку на место, Фомич встал ворот, даже руки на них положил, чего раньше не делал. Закрыл глаза, напрягся, посопел, пожал плечами, отошёл.

— Нет, глухо, как кол вбили. Не знаю, что у них там за хрень, но блокирует она намертво.

— А если заблокировать блокировку?

— Не понял.

— Ну, допустим, нейтрализовать ту хрень на минуту-две? Поможет?

— Ещё как. Это же «перевёртыш» — открою, и мы сразу в другом срезе, а рейдеры могут хоть сто лет там костры жечь!

— У меня есть идея. Оставайся здесь и через пару минут начинай пробовать. Мне надо доехать до выхода, так что возьму твою машину. Как только сможешь — открывай!

— Э… Ну ладно, идей получше всё равно нет.

Ингвар запрыгнул в кабину пикапа, завёл мотор и поехал вдоль колоны к головной машине. Тоннель всё больше затягивает дымом, он сияет в свете фар, размывая контуры, чем дальше, тем тяжелее дышать. Остановился возле багги охраны, вылез. Водители и стрелки сидят на полу тоннеля, стараясь держаться пониже, где воздух чище.

— Ну что, глухо? — спросила его мадам Бадман и закашлялась. — Мы уже подумываем протаранить ворота и прорываться. Может, кому-то повезёт…

— У вас какого-нибудь респиратора нет? — спросил Ингвар. — Мне надо подойти ближе.

— Нет, но можно замотать рожу мокрой тряпкой. Некоторые рекомендуют на тряпку ссать, но мне кажется, это перебор.

— Да, воздержусь, пожалуй.

Ингвар полил водой из бутылки запасную футболку, замотал ей лицо и пошёл в сторону ворот. Сразу понял, что плохая идея, опустился на пол и пополз — над самым полом есть тонкая прослойка относительно чистого воздуха. Глаза тут же заслезились, начал мучить кашель. От ворот тянет жаром, стальные створки нагрелись до красного пятна там, где снаружи горит огонь. Подобравшись максимально близко, насколько смог выдержать, Ингвар достал из кармана толстый чёрный диск и сжал его пальцами…

* * *

Цирк

Фокман на своих ходулях шагает так резво, что Ингвару приходится почти бежать. Темно, уличными фонарями аборигены не озаботились, в свете луны деталей не разобрать. Дома невысокие, архитектура такая же мрачно-готичная, как всё тут.

— Нам туда, — сказал мессир коротко, но Ингвар уже и сам догадался.

Чёрный пафосный собор, утыканный коническими башенками и острыми шпилями, выглядит именно так, как должно выглядеть место, куда ходят ночью с жуткими клоунами.

— Тут правда висит на цепях Кощей Бессмертный?

— Да, у вас потрясающая интуиция. Уверен, вам будет полезно на него посмотреть.

— Полезно для чего?

— Давайте вернёмся к этому вопросу позже, ладно?

— Как скажете.

Внутри собор ничуть не похож на место богослужения, больше на пафосный мавзолей. Огромное гулкое пустое пространство, а там, где напрашивается алтарь, стоит большой стеклянный параллелепипед, более всего похожий на антивандальную витрину в музее. Внутри необычный, словно бы собранный из деталей странных бронзовых машин, трон. Здоровенное вычурное сооружение, весит на вид десятки тонн, но самое сидячее место невелико, а фигурка, сидящая на нём, и вовсе не впечатляющая размерами.

— Это же ребёнок? — не сдержал удивления Ингвар.

— Подросток. На момент коллапса ему было шестнадцать.

— А сейчас сколько?

— В некотором смысле столько же. У таких, как он, свои отношения со временем.

— С ним можно иметь отношения? — спросил Ингвар. — Типа: «Как у вас со временем?» — «Мы в отношениях».

— Именно так, вы даже не представляете себе, насколько правы. Поаплодировал бы точности формулировки, но я не в тех перчатках.

В костюме чёрно-белого мима у Фокмана нет надувных клоунских рук, а перчатки более привычного фасона, одна чёрная, другая белая. Ими он легко отпирает витрину с троном и делает приглашающий жест.

— Нам туда?

— Заходите, заходите, не стесняйтесь.

— А мы не совершаем сейчас какого-нибудь… не знаю… святотатства? Местные и так не выглядят сильно адекватными.

— Ровно наоборот, — заверил мессир, — мы планируем сакральный акт. Что-то вроде непосредственного богослужения.

— Подёргать бога за бороду?

— Скорее, почесать за ушком. Бороду данный бог отрастить не успел. Да заходите вы уже, он не кусается!

Ингвар зашёл в стеклянное пространство с опаской, подсознательно ожидая запах могильника, но внутри остро пахнет озоном и почему-то шоколадом и корицей.

— Его что, пирожными кормят? — спросил Ингвар.

— С чего вдруг? — удивился Фокман.

— Пахнет как в кондитерской в грозу.

— А, это… На самом деле никакого запаха нет, просто ваш мозг пытается реагировать на то, для чего природа не предусмотрела специального сенсорного канала, поскольку людям он не нужен. То, что вы ощущаете как запах, это…

Клоун произнёс слово, которое прозвучало как скрежет ржавой лопаты по могильному камню морозной ночью в новолуние и, влетев в одно ухо, вылетело в другое, оставив ощущение, что через мозг только что протянули колючую проволоку. Внезапно Ингвар ощутил полное понимание того, что имел в виду Фокман. Усвоил некое понятие, которое невозможно выразить ничем, кроме именно этого невоспроизводимого речевым аппаратом термина, и которое нельзя описать никакими словами известных ему языков. Что-то перпендикулярное всему когнитивному комплексу, который составляет человеческое мышление, то есть, собственно, и является человеком. «Наверное, так себя почувствовала Лысая, когда в ей в голову вбили первый гвоздь», — подумал он растерянно.

Фокман меж тем обошёл трон и, выглянув своей жуткой маской из-за его огромной спинки, сказал:

— Сейчас Король очнётся… — начал клоун.

— Так он живой? — перебил его Ингвар. — Или мёртвый?

— Жизнь переоценена, — отмахнулся Фокман, — это довольно условное понятие, в которое в разных обстоятельствах вкладываются разные смыслы. От вас же сейчас потребуется отвлечь Короля.

— Чем? Сплясать перед ним?

— Если бы требовался танец, я бы пригласил не вас, а Сегонду. Расскажите ему что-нибудь.

— Сказку?

— Сказку, историю, анекдот, мем, стишок с рефреном «гав» —